СИРОТА

Ольга Е., врач

Г р и а н а: Жалеет меня... Я сама себя жалею, все силы со слезами вылились... Так в слезном потоке и плыву по течению... Растворилась в нем. Сама себя не вижу. Грег меня разглядел, Жизнь показал, любовь открыл. А я что? Трясусь от страха, шага не могу сделать, чтоб любовь спасти. Бросит он меня. Даже если суд выиграем – бросит. Надоест нянчиться. Он взрослый, сильный, живой. Равная ему нужна. А не бросит, останется из жалости - все равно жизни не будет. Убогий не может подарить счастье. Потеряю Грега и так, и эдак. Так и закончу жизнь - одинокой, несчастной, старенькой, маленькой девочкой. Потерявшей шанс повзрослеть. А шанс сегодня, сейчас. Надо достать документы, самой, через страх. Чтоб себя уважать. Да хоть попробовать себя уважать! Чтоб вырасти, наконец, чтоб на равных любить, чтоб жить на равных.

Л о р е н с: Обиделся. Оболочка, говорит... Репутация - это мой вес в обществе! Что он знает о репутации? Никогда ее не имел и не заботился. Говорит что хочет, делает что хочет, даже думает что хочет...
А завидую ему... Свобода какая! У него главное - собственная жизнь, несовершенная и с ошибками, а общественное мнение всего лишь один инструмент в оркестре. Я же… дирижером его назначил. И подчиняюсь ему. Молчу, лишь бы ноту фальшивую не взять. Так и буду молчать. A толку? Промолчу, уеду... Суд-то все равно будет. Имя мое всплывет. А в каком свете? Да в любом! Меня на суде не будет и шанса защищаться не будет. Отъезд побегом назовут. Невмешательство - укрывательством. Молчание - подтверждением преступления… Хороша репутация. От стыда сгорю… Нет, лучше сражаться. Не дам свое имя грязью облить! (кричит) Грег, я с вами! Нельзя терять ни минуты! Я - на факультет, старые связи ворошить. Нам зацепку юридическую найти надо, судебный процесс оттянуть… подготовимся - дело выиграем!

Г р и а н а: Мы вам нужны - беспомощные. И бессловесные. Я сейчас… Опять слова путаются, исчезают. Я начало фразы забыла. Я вам такая нужна. Чтоб слова сказать не могла, чтоб как марионетку дергать. То придушить ласково, то огреть с раздражением. Вам и воспитывать не пришлось. Как эстафету приняли. Все детство из одной семьи в другую. Родители в разьездах, остальным не нужна. Как колокол в голове гудит: “Обуза она! Не будем в город брать. В туалет будет проситься!” Попала я в город тогда. К веселым каруселям, мороженому, фейерверку. Ух, здорово, еще хочу! Докажу, что не буду проситься, язык проглочу, ничего не скажу. Боль, резь, внутри все на разрыв, умру сейчас. Сил нет, слезы из глаз. И вопрос… как приговор: «В туалет хочешь?!”… Догадались… о… моем преступлении… постыдном… Не смогла, не выдержала, не дотянула… Жжет стыд. Как костер инквизиции полыхает, я в нем горю. Позор - как дым в воздухе. Я слабая, малодушная, недостойная. И родители к себе не возьмут. И никто… Вот такая, с пепелища, я вам нужна. Чтоб властью упиваться, контролировать, указывать…
Одиночества вы боитесь. С близкими по человечески не можете. А не можете - не мешайте. Дайте вырасти! На равных! Или никак! (В сторону) Дух захватывает… Сказала громко… Так надо! Чтоб они слышали, чтоб я себя слышала. (Вслух) Выкладывайте мое наследство. Мне решать, что с ним делать! Совет я выслушаю. Выбор за собой оставлю.