"СЛОЖНО. НЕ ДЛЯ ВСЕХ" Как это понять?
Здесь мы пытались рассказать о терзаниях, печалях и радостях участников групп АСТ. Показать уровень и качество Артсинтезтерапии. И главное, объяснить, что это такое - работа на психотерапевтической группе АСТ.
«Группа – это единый живой организм, и каждый в нем важен, как сердце, лёгкие, печень, почки. Начнёт отказывать один – отразится на всех…»
Психотерапевты АСТ
Первый год
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
Обычно на первом занятии мы с группой определяем главную цель наших занятий - куда и зачем мы будем двигаться. В этот раз я решила сделать это романтично – рассказала о Стране Живых. Мне хотелось заворожить их этой дивной страной, которая вроде бы рядом, но большинству недоступна. Я очень старалась! А реакций не было...
Поздно ночью, анализируя со Светой занятие, мы одновременно вышли на страшную мысль. Никто в группе Ипсилон не понял, о чем идет речь! Во взглядах, которые я ловила, было детское доверие… и полное непонимание. Думаю, такой же абстракцией для меня было бы, если бы кто-нибудь вздумал поделиться со мной красивым решением сложной теоремы. Я бы поверила ему, что это здорово, но видела бы только ничего не значащий для меня набор цифр. У меня с математикой плохо… Правда, без знания высшей математики можно жить, а как жить без представления, что такое Жизнь??
А еще задавали странные вопросы. В переводе на русский язык, что-то типа: «Чем я рискую, если оживу?» Впечатление, что люди выясняют, подходит ли им климат страны, в которую они собрались на ПМЖ. Абсурд!
Занятие прошло вяло. К концу в глазах стало нарастать требовательное ожидание: «ну, давайте, заводите нас!» Мы действительно на презентации заводили группу своей энергетикой. Платили за это тоже мы – смертельной усталостью, вплоть до того, что я, как водитель, представляла собой реальную угрозу на дороге, поэтому ехала домой на аварийке.
Мы понимаем, что никто никому не хочет зла, но как нам показалось, группа Ипсилон пока смутно представляет, что такое работа с собой. Возможно, в первую очередь стоит учиться именно этому - разжигать эмоции в себе, а не греться от внешнего источника.
Правда, Света меня утешала, что, может быть, моя речь у кого-нибудь в памяти отложится. Не как заданная планка, но хотя бы как мечта.
Я понимаю, нельзя тосковать по тому, чего у тебя никогда не было... А может, можно?
Леля
Начали мы той же дорогой, что и многие до нас. Те, которые полагали, что времени на раскачку достаточно, что все можно обдумать позже, что его возьмут за руки и отведут в Изумрудный город. А времени-то нет и идти надо иногда ползком! Я часто перечитываю пост Ольги ("Яркие моменты"), который просто кричит о боли из-за долгого раскачивания на АСТ и просит всех идущих следом учесть ее опыт. Ипсилон, нет у нас с вами будущего времени! Будущее может быть только тогда, когда есть настоящее! А настоящее может быть только здесь и сейчас!
Олег
Первый день занятий. День рождения группы Ипсилон!
Роды получились тяжелыми, и на свет явилось что-то несуразное и холодное.
От занятия осталось ощущение, будто ты стоишь на перроне вокзала, а твой поезд уже ушел.
Татьяна
Олег, не могу согласиться с «несуразным и холодным». И до рождения Группы, думаю, нам ещё вынашиваться и вынашиваться.
Леля
После каждого занятия меня посещает чувство какой-то потерянности и опустошенности. Ты будто бы есть, и будто бы нет. В поисках причины поняла природу этого чувства — умирают надуманные и взлелеянные иллюзии о себе, о людях, о жизни. Сколько же пустоты и абсурдности в этих иллюзиях... Сколько упущенного времени... Сколько боли от осознания этого...
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
Милые. Но вялые. Люди, в принципе, все хорошие. Только друг другу не интересны и не нужны. Интересно, а кому нужны? А кому интересны?? А если честно...
Что тревожит. Группы как таковой до сих пор нет. Есть отдельные индивидуумы (о личностях говорить рано), связанные рамками занятий. А еще есть рамки семьи и рамки работы. Эти рамки нужны, чтоб не рассыпаться окончательно. К тому же рамки охраняют от мыслей о бессмысленности существования… Похоже, группа Ипсилон так и не родилась. Какая- то замершая беременность…
Елена
Мы все регулярно ходим на занятия, выполняем домашние задания, а вот на вопрос ЗАЧЕМ? так и не дали себе ответа. Выстраиваем тотальную защиту от психотерапии и психотерапевта. Старательно играем в свои игры с толстым-толстым слоем грима на лице. Мы много анализируем, но этот процесс не имеет ничего общего с чувствами. Потому и самые простые ассоциации не идут. Мы не видим друг друга! Нам это не интересно!
Из архива Послевкусия
Светлана Захарова
Вела занятие, так как Е.П. сейчас в больнице.
Спасибо группе Тау, что были на занятии! Я бы иначе умерла. Расползающаяся в разные стороны, вялая не рабочая группа, безразличная к тому, что происходит. У меня было ощущение, что все занятие мы плавали в манной каше, захлёбывались манной кашей, а в конце - в ней утонули.
Всё уже было в нашей жизни! «В простых ассоциациях (до сложных можем не дойти) наговорили себе комплиментов. По ассоциациям получалось, что передо мной сидят: умные, тонкие, сложные, самодостаточные, свободные и независимые люди, с обалденно интересной жизнью! У которых нет проблем!! Все это весьма странно, потому, что эта группа работает по облегченной программе. И пока с ней НЕ справляется…»
Послевкусие группы Бета от 03.10.2008.
Не могу не отметить, что потенциал группы Ипсилон выше, чем у группы Дельта. Моя группа слабее, но работать с ними мне интереснее, потому что им ИНТЕРЕСНО.
Олег
Занятие оставило противоречивые чувства. В воскресенье мы наговорили друг другу комплиментов. Мы плакали, смеялись, были почти счастливы - вот оно! Свершилось! Мы стали ближе! На самом деле мы раскрашивали наши “панцири” жирными мерцающими мазками! На занятие в понедельник мы пришли с ожиданием прорыва - ведь мы вчера "сблизились"! Прорыва не случилось.
После занятия чувствовал дикую злость и усталость. Сначала не понял, с чего бы это. Позже дошло - Светлана не позволила нам "ею подкормиться"!
Катя, Тау
Олег – вас губит местоимение «Мы». Ради бога, не пишите за всех, пишите за себя. Вы имеете право на любые ощущения, они ваши. На любые мысли – они ваши. Но в вашем посте я вижу оторванные обобщения, и очередной ярлык, повешенный на всю группу. Если уж делаете такие выводы – аргументируйте их. Иначе, пост выглядит как провокация, передергивание и обесценивание.
Натулища, Тау
Олег, я не была на встрече группы в воскресенье, но знаю, как ЭТО было по рассказам. Из них я поняла, что росточек близости стал пробиваться. Некоторые стали понятнее, теплее друг другу, чем когда-либо до.
Но, похоже, эта волшебная встреча не соединилась с занятием в понедельник. Жизнь отдельно, занятия отдельно.
Вот и получается, что «пришли с ожиданием прорыва», а не с настроем на работу. Вы уже полгода занимаетесь, а манна небесная все не падает. Может, пора попробовать выкладываться самим?
“Светлана не позволила нам "ею подкормиться". Олег, а Вы всегда испытываете злость, когда не удается использовать человека в своих корыстных целях?
Вчера на риторике мы читали сказки о страхе. Одна из них была про “не узнать близость”. Была когда-то близость, и не стала ценной. А потом, когда она вновь возникла, главный герой ее НЕ ВСПОМНИЛ. Может, поэтому вы и обесценили внутри себя то, что было в воскресенье?
Стас
Мы слили очередное занятие. От этого больно. И противно.
После занятия мы шли с ребятами из Тау до метро. Они быстро убежали вперед, а мы вяло брели поодаль. Им было хорошо и радостно вместе. И я подумал, каково же им было с нами, если сейчас они так жадно и с упоением общаются друг с другом? Ипсилон, от нас хочется бежать, как от зловонной кучи! Какие еще знаки мы должны получить, чтобы измениться?
Катя, Тау
Были на занятии группы Ипсилон. Тяжелое ощущение. Как будто тонешь в черной полынье. Тело каменное, мокрая одежда как панцирь на дно тянет, если выдохнешь – вздохнуть больше не сможешь, сил не хватит. Так мы и тонули все занятие.
И еще, меня очень испугали ваши ассоциации. У презентационной группы, которая была недавно, почти с первого раза получилось у всех. Они делали их первый раз в своей жизни.
Женя
Ребят, что происходит? Нас нет в гостевой. Все затихли...
У нас убрали ассоциации - мы не справляемся. Ни гордости, ни желания доказать, что можем, ни воли, чтобы это желание найти.
Мы столько сил тратим – и на занятии, и вне них - чтобы своим молчанием доказать, что мы холодные, отстраненные, апатичные... Только это ведь в условиях задачи, в разделе «дано».
Может, попробуем доказать обратное?
Оля Сова, Бета
Женя, покарябала фраза "Ни гордости, ни желания доказать, что можем" - будто занятия воспринимаются как вызов самой себе. И еще вопрос. "Доказать обратное", что не холодные - кому? Е. П.? Себе? Группе? Вообще, разве можно доказать, что ты теплый? Похоже на какое-то состязание, не имеющее ничего общего с человечностью и теплотой.
Женя
Оля Сова,
Посмотрела на свой пост твоими глазами – и словно осенило! Когда сама твердо не знаю, «зачем», включается – «доказать»... мой очень привычный способ жить. Моя Игра. От этой догадки холодок по спине, словно пазл сложился, и глаза открылись на все ситуации, в которых «доказывала». Спасибо тебе, что помогла найти это.
Макс
В этот раз после группы ехал домой с ощущением неодиночества. Сегодня через круг начали протягиваться маленькие ниточки-паутинки интереса…нет, не интереса, это слишком громко – любопытства…любопытства к тем, кто сидит на соседних стульях. По-моему, появилось чувство нужности других людей… Может быть, мы сегодня сделали маленький шажочек от отгороженности к взаимодействию. У меня, по крайней мере, такое ощущение есть!
Олег
Я попытался содрать с себя пару чешуек, «оголить нерв» и с громадным трудом решился на занятии озвучить в стихотворении то, что реально чувствовал. И знаете, какое мое самое большое открытие? Когда снимаешь панцирь – это не всегда больно! От осознания этого уже второй день нахожусь в какой-то непонятной эйфории… чувствую, засасывает… О-хо-хо!!! Пора выбираться!!!
Евгения Белякова
Олег, не надо выбираться! Легкая эйфория - это НОРМАЛЬНОЕ состояние Человека Живущего...
Наташа
ГОРЯЧО! Уже целый вечер среды и половинку четверга. Это ОЧЕНЬ много. Ощущение никуда не пропадает, оно играет и извивается внутри. Тепло, наполненность, и в груди что-то сжимается, переливается, распускается! Вчера были такие стихи... ! Вывернулись наизнанку, самое-самое, чем живем, что любим - поделились и подарили друг другу. На польке был такой кайф, что мы со Скво даже руки не сразу разжали. Цвету, смакую и слезы радости на глазах! Отвоевали, заработали кусочек счастья. Маленькая общая победа!
Женя
Хочу поделиться: вчера был вечер фламенко: импровизация с друзьями, на кухне, до 3 ночи, и профессиональным гитаристом. В разговоре зацепила вот какая мысль: самое важное для фламенко – ритм, который ведут все участники – и гитара, и кантор, и танцор. Каждый из них ведет ритм, создает его, творит. Добавляет свои акценты, обогащает мелодию. Но самое важное – это совпасть в одной, самой сильной доле всем вместе, где – всплеск и взрыв эмоций, страсть.
Я перенесла на работу в группе: если бы каждому нести этот ритм всю неделю после занятия, обогащать его, расставлять акценты, искать. А раз в неделю, на самой сильной доле – совпадать, чувствовать друг друга. Я бы хотела так. Ведь это и есть ответственность – нести то, что получил на занятии, не теряя темпа, ритма – и приносить: законченное, сформулированное, яркое.
Таня
Жень, сильно, образно и очень верно по сути. Очень хочется в едином ритме, не выпадая из него, внося свои нюансы и чувствуя группу как единое целое. И чтобы никто из нас не был зрителем.
Олег
Ощущение, что по полу рассыпались жемчужные бусы. Второй день их собираю ... медленно и не спеша разглядываю, смакую, проживаю снова и снова те чувства и эмоции, которые испытывал в каждом упражнении, и каждый раз всплывают какие-то новые детали и оттенки. Очень сложно найти слова, которые могли бы передать полноту испытываемых чувств. В груди распирает и захлестывает... ловлю кайф от каждой подробности, преисполнен благодарности к каждому, кто принимал участие в этом действии...
Maкс
У меня был день рождения. Отмечали после группы, за роялем. И в прямом и в переносном смысле. Это было как музыка: чувственная, волнующая!
Не было пустых пожеланий счастья, здоровья, удачи. Каждое пожелание было глубоким и настоящим, отзывалось в душе волной мыслей, чувств, вопросов… А подарок для меня теперь не просто вещь, которая мне нужна, это хранитель, аккумулятор той атмосферы, тех чувств, которые были в среду. Я возвращался домой в потрясающем состоянии наполненности, связи с чем-то высоким и настоящим. Я потом долго катался по пустынной, заснеженной, ночной Москве, сливаясь с машиной в единое целое, чувствуя блеск фонарей и скрип снега под колесами, внутри звучала та самая музыка! Большое, огромное СПАСИБО за слова, за эмоции, за атмосферу, за те чувства, которые я вынес!
Евгения Белякова
Это был не день рождения, а Новый год! Потому что Максим весь светился как елка, кажется, по нему даже огни бегали!
И еще было очень тепло. И свободно. И легко! И весело. Как в юности в новогоднюю ночь, когда веришь, что все еще будет...
В юности всего лишь веришь, а у нас действительно чудо состоялось: получился редкий по ощущениям и красоте праздник.
Второй год
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
Хорошее занятие. Анализ театральных этюдов глубоко и очень умно. Исповеди в пьесах - каждое слово как удар шпаги, в цель, то есть в самое сердце. Больно было нам всем ужасно! Плакали. Но это была святая боль и светлые слезы... Думаю, подобных высоких потрясений многие за всю свою жизнь не испытывали. Думаю, они-то и назвали эти мгновения бедным, скушшным словом «катарсис»...
Группа Тау, запомните эти минуты! Вы были – живые!!
Шальная идея посетила меня. Повесить в сокровищнице эти, в прямом смысле слова, душераздирающие монологи. Страшновато. Я все по поводу отзывов переживаю. Потому что люди, писавшие их, всем нам свое пульсирующее сердце на ладони протянут. А у меня есть основания бояться, что каменная плита молчания может раздавить эти сердца, только начинающие биться...
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
Спешу уведомить, что про группу Тау я в послевкусии больше писать не буду.
На прошлое, потрясающее занятие из 9 человек 3 отзыва. Я, дура, пишу в послевкусии "запомните, вы были - живые!" А в ответ - молчание. Да мы же только ради этих мгновений и работаем!!! Они не нужны? Они не ценны? Или их к себе под плинтус тихонько унесли и там схавали?
Все это уже было. Синдром группы Сигма называется: ожили - не заметили, умерли - не поняли. Если нет осмысления - все впустую. Как бы кто старательно не делал задания…
Так что занятия продолжаются, проводить я их буду, как и всегда, качественно и на 100 градусов, а в послевкусии писать не буду.
Маша
Оказывается, нам что живое, что мертвое - все одинаково. Даже не заметили, что приняли как должное и жизнь, коснувшуюся нас в кругу, и послевкусие, и посты в гостевой. Не захотели разжечь маленький огонек, сохранить его, передать дальше.
Я представила группу Ипсилон - такие же, как и мы в начале. Вспомнила себя тогда - я не понимала, почему Сигма ничего не пишет? Как мне не хватало их откликов, мыслей, советов, опыта! Теперь я делаю то же самое с новыми группами, и они точно так же не понимают, почему Тау молчит.
Потому что мой мир сейчас вмещается в диагональ 19 дюймов. Одна цель - дописать детектив. Ничего о живых людях. Как Лелин Маленький Принц – «моя планета слишком мала, чтобы позвать гостей».
Наташа
Мне кажется, у нас рабочая группа. Быстрые, живые, по делу комментарии на детективах, интересные коллажи, и на театре стали гораздо смелее. Но нет, наверное, самого главного! После пронзительного, обжигающего болью монолога Лили, повисла тяжелая, душная тишина…Каждый переживал, но тихо, про себя… А рядом человек, которому нужна молниеносная реакция, человеческое соучастие! А ты… молчишь. И тогда получается, все задания идут на укрепление умного, стеничного, но очень холодного чудовища внутри себя. Мне жутко от этого, и очень больно, будто кипятком обварилась! И самое ужасное, что выбор от Человеческого к монстру происходит неосознанно. И поэтому такой важной становится обратная связь от группы, и так тоскливо, что не будет послевкусия Е.П. Ведь это ориентиры – куда ты выбираешь жить!
Натулища
На занятии тронули тему, которая как подкожный гнойник, болела, но никак не нарывала. Холодность. Почему на втором году мы стали холоднее, чем под конец первого? Мысль уперлась в потребности и ценности. Мы пришли на группу оголодавшими по близости. И мы искали, как это бывает, завоевывали друг друга, переживали вместе. И ведь получилось, смогли. Может, утолили первую жажду и поставили на близости галочку «могу»? Но неужели близость так и не стала ценной?
Олька
С ужасом поняла, что пропало горевшее ощущение битвы, яростное отвоевывание у вечной мерзлоты каждого сантиметра живой земли. Оно было каждый день. А сейчас появилась успокоенность и довольство маленьким оазисом теплоты. Прошлое занятие заставило взглянуть дальше собственного носа и увидеть ледяные поля вокруг…и внутри. Оказалось, там еще столько корежащих ледяных осколков! Так ловко сама себя обманула.
Наташа
Беда нашей группы – политкорректность. Мы замалчиваем косяки друг друга. Но тогда мы лишаем друг друга возможности увидеть себя настоящими, а, значит, двигаться дальше! И группа перестает быть рабочей, превращается в приятное времяпрепровождение с девизом: лишь бы не обидеть!
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
Страсти по послевкусию. Большинство не может понять, что происходит. И уже прозвучали с разных сторон слова с подмигиванием: «понятно, это не иначе как психотерапевтическая провокация…». Ну да, в свое время, когда мы объявили, что не будем публиковать статьи на сайте, в гостевой писали - педагогический ход. То есть все, что бы психотерапевт ни делал, это он теми или иными способами стимулирует своих пациентов. Это что ж за чудовищная помешанность на себе? Я знаю, есть такая фишка в нашей работе - в психотерапевте начинают видеть идеальную мамашу (вне зависимости от возраста и пола), которая дни и ночи напролет думает только о ребенке, как бы ей его получше накормить, обиходить, развлечь, воспитать… И все, что она делает, это исключительно ориентируясь на его нужды, потому что своих у нее нет и быть не может.
Ребятки, милые, у меня полноценная и насыщенная событиями и людьми жизнь! У меня есть друзья, и Любовь, и еще я книжку пишу, и когда выкраиваю на это время, это такое счастье!!! Я понимаю смысл послевкусия для вас. Маленький нюанс – это должно иметь смысл и для меня. С группой Тау смысла я пока не вижу. Они умные, даже очень умные. Только холодные, как смерть. На прошлом занятии человек рыдает на монологе, и видно, что все переживают, но почему-то сидят по своим жердочкам. И простого человеческого движения – подойти, обнять – ни у кого. А во мне тоска смертная нарастает. Только когда я спросила: «а подойти не хочется?», с места стронулись…
Странная тенденция наблюдается последние годы: люди умнеют, повышается стеничность, а человеческого не вызревает…
Натулища
Уже какой день берусь написать, язык не поворачивается сказать два простых честных слова: мы умираем. Умирает группа Тау «тихо, как сверчок за печкой». Нам, вместе с группой Ипсилон, впору писать эпитафию. Да, мы приходим на занятие, выполняем задания. Вот только над всем этим висит пыльное облако «все в тягость». Как это получилось? На первом году нашим движком была работа на себя и ради себя. А теперь этот рычаг себя изжил. И это нормально, теперь время искать новый, другого уровня. Тот, где «совершают поступки» и отвечают за них, где люди вокруг интереснее, чем собственное я. Привносить, не жалея себя, «растить из семечка подсолнух», даже если его затопчут.
Или второй вариант: больше не искать, пребывать до лета на занятиях.
И тогда от нас отстанет бедная Е. П., люди, и жизнь. Я не вправе писать за всю группу, поэтому везде, где пишу «мы», подставляю «я».
Олька
Разрывает на части, больно и тяжело, но сразу понятно, что отвернуться, преуменьшить уже нельзя. Это точка выбора, и это не группа умирает, это мы ее убиваем. Для меня здесь важно знать ответ на вопрос, что Я ДЕЛАЮ, чтобы мы пробились?
Евгения Белякова
А, по моему, умирать начали, когда перестали писать в гостевую. Писать, значит осмысливать, и не только для себя. Это значит, передавать вслед за тобой идущим знаки - там пропасть, там болото, а если идти туда - попадете на альпийский луг... Сейчас, перед угрозой душевной смерти, началось какое-то шевеление.
Больно ранит другое - такие страшные посты от Тау, а остальные группы даже не любопытствуют в этом направлении. Если и пишут, (Ипсилон, Бета) то совсем о своем.
Лиля
Никак не могу нащупать точку, с которой пошло это внутреннее умирание. Мы выползли из ямы, встали на окрепшие ноги. И оказалось, что вокруг нет ничего интересного? Пока ползли, этот процесс походил на преодоление, и это будило некий азарт, было некоей целью – преодоление ради преодоления. Здесь, вне этой ямы, бензин зависти и чувства неполноценности, который толкал вперед, больше не работает. Растерянность. Потеряли цель и не нашли «зачем дальше». Эта дыра ощущается почти физически, но от этого даже не больно. Безнадежно, как тонкий плач, где- то вдали.
Анька
Как так получилось, что не нашли, зачем дальше? Дольше учась, тем самым больше разбираясь в себе, в людях, следовательно, и тоньше, глубже ставишь цели? Ведь недаром же на первой странице пульсирует фраза «ювелирная огранка личности» И эта самая огранка и происходит на втором году обучения, когда есть что огранять.
Маша
Не так прямолинейно происходит огранка личности, как хотелось бы. Чем глубже идешь, тем больше узнаешь о себе такого, о чем и не догадывался. Вылезают бессознательные цели, программы, которые борются за себя всеми силами, как живые звери, которых загоняют в угол. Одними декларациями своих желаний и аккуратным выполнением заданий их не победить.
Ирина
Умирание нашей группы – на контрасте с эйфорией от рождения новых ощущений на Презентации. Жизнь и смерть рядом, как и в Большом мире. Неизвестно, возможна ли наша реанимация. Неизвестно, что будет дальше. Сейчас - это боль и вынесенный из нее урок. Все усилия – на следующий шаг.
Из архива Послевкусия
Светлана Захарова
Я предложила группе новое упражнение «Режим молчания». По условиям игры всю неделю им запрещено делиться друг с другом мыслями и впечатлениями.
Дело в том, что из года в год с группами происходит одно и то же. Группы начинают «дружиться». Это когда всю неделю созваниваются, и вроде как чем-то делятся, что-то друг другу пишут (сейчас нечто подобное происходит в нашей гостевой).
И гудит всю неделю «междусобойчик», выбалтываются «несозревшие» мысли, а на занятии – пустота...
И хотя первая реакция на это упражнение была у всех разная (страх, паника, любопытство, азарт, вплоть до облегченного вздоха), группа решила попробовать. Интересно, что работа на занятии пошла совсем по-другому. Появилось ощущение конечности занятия, время стало более ценным. Пошла мобилизация, всё успели, причем качественно.
А после занятия каждый остался наедине со своими мыслями
и чувствами.
С волнением жду вторника. Интересно, какую группу я увижу.
Оля Сова, Бета
В нашей группе неделя молчания. Возникает чувство, что раньше многие эмоции и осознания были будто не доготовлены, вынимались непрожаренными, недоиспеченными. Сейчас - наоборот. Появилось время, когда непонятные ощущения дозревают до осознанных мыслей!
Катя
Кидалась в неделю молчания с радостью – очень хотелось попробовать. Оказалось тяжело. Сама себе не признаваясь, подсела на междусобойчики.
Натулища
Ужасно боялась недели молчания. Думала, уйдем в аутичность и потом друг друга не соберем. Неправда, на занятии все были включенные.
Я начала сильнее ценить то, что раньше было «под рукой» - секунды занятия, которые жалко тратить на пустое. Мысли и слова на группе, когда каждую хватаешь жадно, цепляешься, боясь потерять…
Второе занятие подряд у нас – сосредоточенное, четкое, богатое. А после группы мы идем домой, и с вожделением вглядываемся в глаза друг друга «у кого какие мысли? ну…давайте еще поищем» И расстаемся мы теперь будто не на неделю – на века.
Для меня очень осязаемой стала фраза «отведенное время». Не только 3,5 часа занятия, но и время, отведенное на жизнь.
«Лишь очень немногие живут сегодняшним днем, большинство готовится жить позднее»
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
Группа Тау.
Продолжаем разбирать подвалы подсознания. Обсуждаемый вопрос один – кто и чем мешает нормальной РАБОТЕ группы. Дело в том, что атмосфера на АСТ располагающая, люди, часто впервые в своей жизни, узнают, что такое - душевная близость. И наша экзистенциальная психотерапия быстро опускается до милых, душевных тусовок, умного времяпровождения. А чтобы из группы не попросили, начинается имитация работы.
Вот мы и пытаемся с животного, инстинктивного (это когда без душевного напряжения) выйти на человеческое. Глядишь, и до Божественного можно дорасти…
На этих обсуждениях говорю не я, говорит группа. Правду. Она болезненная, но тот, про кого говорят, понимает – это все не для того, чтобы его обидеть, а для того, чтобы не дать ему умереть. Ведь если откажут почки, какими бы здоровыми не были остальные органы, умрет весь организм.
Из программы успели только риторику, и это было очень достойно для первого раза – 3 речи пошли в антологию.
А может, программа не самое главное? Потому что после этих разборок атмосфера на группе становиться чище. А когда дышится легко, работать вкуснее и интереснее!
Из архива Послевкусия
Светлана Захарова
Вела занятие на Тау вместо заболевшей Е.П.
То, к чему мне позволено было прикоснуться, в нашей работе случается редко.
Как на живописи мы создаем мощный эмоционально-цветовой массив, так и здесь, с первых робких мазков, по нарастающей ткался эмоциональный массив занятия.
И первый, родившийся на разборе образ – Натулище со светящимся преображенным лицом. И сияющая группа вместе с ней – получилось!
А дальше – глубже и увереннее.
Папье-маше – за каждой работой жизнь, борьба за сложность или отстаивание собственной примитивности, амбиции и попытки их обуздать. Некоторые работы просто восхитительны. Я знаю, сколько усилий на это требуется.
Риторика. Стопроцентная включенность. Зал наэлектризован до накала, пронизан тысячью нитей от каждого оратора. Мы заряжаемся друг от друга, мы входим в резонанс. Поднимается, крепнет и разворачивается единая мощная эмоциональная волна, увлекающая нас все выше.
А потом всё кончилось. Подъём прекратился. Я позволю себе быть не понятной для всех остальных, группа Тау знает, что произошло.
Никто не хотел специально ничего разрушать… Но мы, еще наполненные горячими токами, медленно стали опускаться вниз. Еще дочитывали речи, танцевали сиртаки. Но полёта уже не было.
Можно приходить на АСТ, чтобы почитать и послушать речи, повариться в проблемах, принести свою работу, поиграть на театре, а можно – чтобы улететь в космос. Это получается редко.
Группа Тау, вы не просто могли бы, вы это можете. Не упустите свой шанс.
Наташа
Я привыкла, что ЕП ведет каждое занятие, и вдруг занятие проводит Света. Меня как молнией шарахнуло: а ведь человека может в твоей жизни не быть! И занятия конечны. Испугалась жутко. Неужели нужно потерять, чтобы научиться ценить? Упускаю моменты, упускаю людей, упускаю жизнь, думая, что все это никуда не денется… Горько.
А занятие было чудесное – ослепительно теплое, глубокое, динамичное. Света, спасибо тебе огромное за атмосферу, за то, как ты интересовалась каждым, за точность!!!
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
«Слухи, о моей кончине несколько преувеличены».
По постам в гостевой народ понял, что что-то случилось, и начались робкие звонки на тему «как – вы - себя – чувствуете». В среду на группе Тау занятия действительно проводила Света, так как я была не комильфо. Ну да, сначала думали инфаркт (как романтично!), но оказалось, всего лишь моя ломаная спина обострилась, и боль отражалась везде, и в область сердца тоже. Скорая сняла кардиограмму и инфаркта не нашла, чему я искренне рада.
А еще я рада, что хотя бы группу Тау коснулся страх потери... что человека может не быть… и время может закончиться... Истечь.
Не только мое время, но и ваше! И не обязательно в смерть, но вы уверены, что в жизнь?
Это хороший страх, мудрый, и я бы сказала: сакральный.
Леха
Занятие началось со слов Светы: «Ничего может не быть…» И чувство хрупкости всего вокруг подступило к горлу.
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
Корабль, заблудившийся в тумане, кажется, нащупал фарватер. И туман начал потихоньку рассеиваться...
Хорошее занятие. В душе осталось светлое ощущение, а на губах - вкус свежей и чистой воды.
Кажется, мы осторожно двинулись в путь…
Я надеюсь!
Женя, Ипсилон
Как же я ждала такого послевкусия о Тау!
Олег, Ипсилон
Группе Тау. Такое ощущение, как будто бабочка на палец села ... боишься вдох сделать лишний раз, чтобы не спугнуть... Вы должны знать - мы за вас очень переживаем!!!
Лиля
Группа высветила то, что тщательно пряталось в темноте. Недавно на риторике я сравнивала себя с гонщиком, который и по жизни несется в шлеме и комбинезоне. Так вот, сейчас, после разбора, оплакав по полной себя, свою жизнь, чувствую, что рву этот приросший комбинезон, высвобождаюсь из тесного шлема. Хочется всего и сразу: любви и мороженого, подснежников и снега, жить и плакать… Это что-то пронзительное, счастливое, новорожденное… «День рождения» - это больно. Но это, как воздух, необходимо, если хочешь к себе настоящему.
Натулища
От занятия легко и жадно дышится. Как будто срезали балласт, который не давал сдвинуться с места. Куда плыть, пока не видно, а топтаться на месте последний месяц стало невыносимо. Занятие, как продолжение детектива - в чем мое преступление на группе? Что я такого делаю, от чего группа не работает? Я ведь и в жизни делаю то же самое, но далеко не всегда в это тычут носом. Открыла вчера, после разговора с ЕП, что проговаривать проблему с человеком лично и на группе - несопоставимые вещи. По телефону свидетелей нет! А значит, ни ответственности, ни доказательств. И можно увильнуть и не пустить боль в себя на правах “между нами”. А на группе и рад бы забиться в угол и зашипеть, а нет – группа держит. И отвечать придется. Никогда не ощущала такой честности от группы, от разговора и от занятия. Это было равноправно, взросло, честно!
Леха
На занятии обсуждали, что каждое задание – это повод выложиться по максимуму.
В простом выполнении нет настоящего поиска. А значит, и нет напряжения. А все задания ради него! В книге по растяжке нашел потрясающую вещь. Оказывается, наш мозг “выбирает” оптимальную длину каждой мышцы. Он основывается на предшествующем опыте, например, сидении целый день, монотонной работе и пр. И всякий раз, когда мы выходим за эту норму, мозг паникует, изо всех сил он напрягает мышцы и не дает растягиваться. То же происходит и с нашей психикой. Напряжение – это форс-мажор. И психика отчаянно сопротивляется, включая режим сохранения. Но границы запуска этой программы, как и мышцы, МОЖНО “растягивать”. Это и называется взять от методики.
Светлана Захарова
Лёха, потрясающая мысль! Спасибо за неё огромное! )))
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
Корабль еще не полностью вышел из тумана, но он уже плывет, а не стоит на месте с провисшими парусами.
Что было на занятии? Риторика, папье-маше, сиртаки, театр… Что-то лучше, что-то хуже, но разве дело в предметах, составляющих АСТ? Они всего лишь нити Ариадны, назначение которых вывести из темного, сырого лабиринта к Смыслу. Мы ведь и работаем исключительно ради того, чтобы его - Смысл - увидеть, понять, почувствовать… обрести!
Мне кажется, занятие получилось.
Из архива Послевкусия
Светлана Захарова
Группа Бета.
От вчерашнего занятия у меня необычное, проникновенно-тёплое ощущение.
Занятие было негромким, без ярких прорывов, но от начала до конца созданное группой. Я впервые чувствовала себя не клоуном, не массовиком-затейником, не стимулом (то бишь попросту палкой-погонялкой), ни козлёнком, кенгурёнком, доброй феей… а проводником.
Хочется рассказать о многом и сразу. Как всю неделю, выполняя домашние задания, самостоятельно, без всякого моего вмешательства, подходили к болевым точкам и пробивались через своё сопротивление. На детских сказках (это последнее задание по стихосложению) обсуждали так, как итальянцы болеют за свою любимую футбольную команду. И в конце обсуждения родилось, что без группы, в одиночку ни у кого ничего не получилось бы. Всё занятие было пронизано кайфом от поиска. Группа ЖИЛА как единый организм.
И еще одна маленькая, но существенная деталь. На занятии не было одного человека. А. сильно заболела. И все мы знали, что у нее затык со сказкой. Уже после занятия, не сговариваясь, начали обсуждать ее сказку, искать, думать. Было ощущение, что А. сейчас с нами. Кто-то предложил ей позвонить, и мы поделились с ней нашими мыслями, и еще каждый сказал ей что-то своё, только для неё предназначенное. Вы бы видели лица!
Как часто мы с Е.П. говорим, повторяем, талдычим, долдоним, что работа группы зависит от каждого. Вчера эти слова обрели плоть и кровь.
Группа Бета, с ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!
Оля Сова
Занятие было изумительным. Наполненным, пульсирующим, теплым, легким и бурлящим! Нам было в удовольствие читать сказки, и папье-маше, а балеты! За уши не оторвать. Внутри журчало удовольствие, хотелось побыть с группой побольше, подольше. Было чудесно! И хочется еще!
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
На риторике вышли на ослепительную артистичность. МХАТ отдыхает! Они на сцене играют, а у нас – живут. Каждая речь - это моносцена с авторскими находками.
А еще группа Тау пытается помочь Ипсилон. Те помощь молча, лениво съедают, ничего не замечая, а Тау бьются дальше. За Ипсилон. «Что он Гекубе? Что ему Гекуба? А он рыдает…»
Тау называется: Сильная Старшая Группа. Сейчас я могу сказать - это не за «выслугу лет», это по праву.
Ощущения от занятия и от группы в целом. Мы не просто плывем, мы несемся на всех парусах! Когда мы пребывали в тумане, даже очертания нашего корабля в нем терялись. Впрочем, я и сейчас не знаю «марки» нашего корабля, просто чувствую, что он сильный и мощный. И не просто гуляет по морю, а идет к цели. Атмосфера на группе живая и творческая. Нет полуживотного сопротивления, как у Ипсилон, нет закулисных интриг, в коих запуталась и потонула Сигма. Есть ветер, иногда встречный, иногда попутный, и мы научились его ловить. Есть волны, разные – бывает штиль, бывает шторм. И есть небо, и тучи, и солнце, и звезды – они подсказывают дорогу. Есть цель. Общая. И мы к ней идем. И нам интересно!
Натулища
После занятия проснулась с ощущением – Жизнь прекрасна! Как в фильме с точно таким названием. Внутри теплый шар, он не остывает. В нем наши объятия, хохот, разговор, тронувшие кусочки из речей, слезы разбора. Это было негромкое занятие. А какое чудесное! И сегодня оно догоняет, накатывает волнами. У нас закончились разборы, и ощущение, будто поочередно прочистили и смазали звенья одной цепи, и она наконец «встала», пазухи соединились, мы двинулись в путь. Как будто мчишь на велике, жадно вбирая ветер, запахи, а голова кружится от переливчатых красок!
Катя
Так удивительно, когда чувствуешь, ловишь тех, кто рядом и понимаешь, что они тебя сейчас тоже ловят. Ищут, прислушиваются. И вот протягиваются живые ниточки, от них так тепло. Ты подхватываешь чью-то мысль, твою мысль подхватывают, и вот суть выходит на поверхность. От этого внутри такая свобода и легкость!
Лиля
У музыкантов есть понятие – «сыгранность», когда опытные музыканты чувствуют друг друга буквально позвоночником, по движению брови улавливают настроение, поворот, паузы. От группы на занятии было то же ощущение: это была свободная, искрящаяся джазовая импровизация. Необыкновенная по силе, проникновенности и обнаженности, риторика – сидеть на стуле было невозможно, закручивало в узел от ужаса и восторга, боли и наслаждения. А как мы поднимали Земной Шар на балетах – Боже! С достоинством, я бы даже сказала, царственно – и подняли! Вместе! Секунда, а какая весомая, врезающаяся в память, Полно-Ценная! Каждый день возвращаюсь мысленно к занятию, и воспоминания не тускнеют, а обогащаются нюансами, более зрелыми мыслями. Когда умеешь не только «хапать», но и создавать, - все внутри расцветает!
Олька
Ощущение свободы, солнечного тепла, ветра гуляет по коже, проникает внутрь, наполняет. Будто мы встали, распрямив спину, расправив плечи, прямо и открыто смотря вперед. Так интересно искать! На балетах - позу, ритм, глаза тех, кто рядом. На риторике - добавляя линии, черточки, отсекая лишнее, всем вместе складывать шифр, открывающий двери к настоящим страхам, боли, но и к силе! Мощной лавине чувств, ощущений! Знаете, бывает, что проплавав целый день в море, уже ночью, засыпая, ты все еще чувствуешь движение волн – я вот также до сих пор ощущаю силу и глубину нашего занятия.
Из архива Послевкусия
Евгения Белякова
Новогодняя сказка.
Представьте, что Золушке говорят: выбели кухню, выполи грядки, отдели чечевицу от гороха, посади 7 кустов роз, познай самое себя, а заодно и смысл жизни… А Золушка в ответ на это восторженно всплескивает руками и говорит: Как здорово, что так много! Вот такой была реакция группы Тау на домашние задания на каникулы: поставить каждому законченный миниспектакль, а еще пластический балет, ну, и мы начали трагедии в стихах… Уходили со светлыми лицами и счастливым стоном: какие у нас каникулы будут чудесные, наполненные! И ах, как все интересно! Как вкусно!
Благодарю группу Тау за честность в работе, за мужество слышать, видеть, думать, за божьи искры в глазах, за возвращенный моей работе смысл. Я вновь Проводник, а не скоморох и не дядька с розгами. И наши отношения – не покорный тухляк, но и не противостояние. Мы ВМЕСТЕ идем, ползем, карабкаемся к Вершинам.
Мы одной крови. Мы одной стаи.
Олег, Ипсилон
В среду мне был преподнесен роскошный, неожиданный и бескорыстный предновогодний подарок от группы Тау. Мне посчастливилось прикоснуться к последнему в уходящем году занятию. Ощущение, будто меня подхватили и взяли в полет … «Посмотри, а вот так мы летаем… Нравится?» … Они были свободны и раскованы, летели с достоинством и уважением, они бережно поддерживали друг друга…
На теории Е.П. читала ввод в трагедию – наворачивались слезы, к горлу подступал болючий комок, физически ощутил, как растаяло мое слепое раздражение и отупение, как в груди отпускало и стало горько и обидно за бездумные, глупо-упрямые последние 3 месяца. На занятии почувствовал, словно со звонким сухим треском раздираемой по швам ткани рвется СВЕТОнепроницаемая штора, и в пыльную комнату жадно рванулся яркий свет...
Спасибо ВАМ, группа ТАУ! C вами очень тепло... я постараюсь сохранить и нести дальше полученный от вас огонек!
Евгения Белякова
Однажды Света, которая вела занятие на Тау вместо меня, написала в послевкусии: «Можно приходить на АСТ, чтобы повариться в проблемах, принести свою работу, поиграть на театре, а можно – чтобы улететь в космос. Это получается редко. Группа Тау, вы не просто могли бы, вы это можете. Не упустите свой шанс!»
На этом занятии мы были в космосе. Нет, не в безвоздушном пространстве, где надо ходить в скафандре. Наоборот! Ты там обнажен и естественен, благороден, мудр и светел.
Мои ощущения от занятия? Это было как… Любовь! Когда тело и душа плавятся, кости становятся восковыми, и по ним бежит, переливаясь, золотое сияние. И ты летишь сквозь Вселенную, тебя обжигает лава и омывают волны древних океанов, и цветут деревья, и смеются звезды… А потом, благодарная нежность. Истома. Мед, сливки и шоколад...
Таким было наше занятие в среду на группе Тау.
Натулища
Все началось, как только мы вошли. С каждым новым прибывающим членом нашего экипажа, внутри разрасталось ощущение “к полету готов!”.
На риторике Душа поднялась над миром, обжигалась о Солнце, парила, широко открыв глаза. Каждое слово оживало на сцене, речи проживались, извергались, грохотали и выливались в объятия. Едва успевая выдохнуть, все начиналось вновь…Мы уверенно набирали высоту.
В какой то момент я подумала: “Это не сон. Мы говорим об одном, о самом важном и главном на свете. И я тоже здесь, среди этих обалденных людей, мы вместе. Мы на равных”. От этой мысли защекотало и одновременно защемило в груди, до слез.
Отрезвела уже на театре, когда в лицо ударил соленый пиратский ветер Свободы!! На вкус она похожа на коктейль “Порто-ронко”, сладковато-горько-терпкая!...
Катя
Ощущение печи, в которой ревет пламя. Каждая речь по отдельности хороша. Но сложенные вместе они дали непередаваемое ощущение. Огромный, разномастный букет, яркий, буйный, с цветами, с фруктами, ягодами и бог знает, чем еще. Почти в каждой речи – божественное, выстраданное (господи, слово-то каким стало понятным). Редкое по честности состояние, когда понимаешь, что заплатил полную цену.
Маша
Это было не занятие, это была ЖИЗНЬ - божественный дар, зашелестевший в наших душах дивным садом и напоивший нас своим глубоким, греющим ароматом.
Своими речами мы так распалили пространство, что я смутилась – настолько непривычно и неприлично в первые минуты казалось переживать вместе такие сильные эмоции. А потом смущение уступило место сопереживанию, восхищению. «Теплое медовое молоко» разлилось по телу и прорвалось свободой на моей речи.
Макс, Дельта
Тау! Читаю ваши посты, а они как будто вылетают с экрана бурлящей лавиной восторга, силы, победы, наполненности, единения, уважения, достоинства, благодарности! И заполняют все пространство вокруг. И это только от того, что их прочитал! Как же здорово быть в центре этой чудесной бури, быть ее автором!
Ребята, ЛЕТИТЕ!!! Набирайте высоту!!!
Леха
На каждом задании мы отрывались... непринужденно, легко, свободно. И если хочется… запрокинуть голову, соскользнуть на сцену, ползать, стонать... Пожалуйста! Можно все!
С таким же чувством свободы мы отмечали наш Новый Год на Гоголевском, где ресторанчик был нашей сценой. Но кроме свободы, такой новой и такой пьянящей у нас появилось главное - нам было, что сказать друг другу!
На днях родилась мысль: наш космос мы создавали сами. И нам было куда вылетать!!!
Лиля
Взлёт на качественно другой уровень сложности и свободы.
На риторике душа рвалась из тела. Я почувствовала, что сердце останавливается, не в силах выдержать, вытерпеть этого накала, надрыва. И боль, и страдание, и любовь, и красоту мы пили полной чашей. Снова и снова, за 3 минуты текста, проживали полноценную, ошеломляющую, горькую и прекрасную Жизнь. Мы летели в другом измерении...
После занятия с высоты птичьего полета, я увидела, какой долгий и трудный путь мы вместе проделали с начала года. Как будто, пробившись через джунгли, вышли на бескрайнее океанское побережье. Мы дошли. Мы заработали!
