Светлана Захарова Группа Альфа - второй год занятий. Работает по облегченной программе.
В прошлое воскресенье два психотерапевта (я и Е. П.) пытались реанимировать группу. "Больной" категорически отказывался самостоятельно дышать, требовал электрошок и пожизненное подключение к аппарату искусственного дыхания. И остался скорее мертв, чем жив.
После занятия меня всю неделю не отпускает чувство опустошенности и горькой потери. Мне есть с чем сравнивать. Потому что в прошлом году эта группа вытаскивала себя за волосы из болота бессилия, прорубалась сквозь старые окаменелые ценности, пыталась вырваться из цепких лап семейных сценариев. Мне было интересно с ними работать! На занятия я летела, а после - мы не могли разойтись. И еще каждый из нас приносил в "общий котел" свои открытия, мысли, переживания. Мы вместе наслаждались этим пиршеством духа...
Нас всех можно было поздравить. Поставленные на тот период цели были выполнены! И тут все успокоились и... вернулись на круги своя.
Мне очень больно.
Даша Павлова
Всем нам говорили, что психотерапия штука трудная, даром никому ничего не дается, все надо зарабатывать тяжелым трудом. Я думаю про себя: хорошо, я буду работать, давайте уже записывайте меня в группу. И ведь работала же, Света не даст соврать! Но, видимо, где-то в глубине души тогда отозвалось: «Я буду работать, и тогда будет мне награда! Проинвестирую свои психические ресурсы, год-другой, повкалываю, заработаю, а потом оно меня всю жизнь кормить будет. Получу, так сказать, честным двухгодичным трудом право на пожизненное безделье.
Но когда во время летнего перерыва ко мне вернулась моя депрессушка, я ничего не сделала, чтоб она ушла. Ожидала, наверное, что вот сейчас инвестиции окупятся…
Пришла на второй год с настроением: «Не окупились. Вся моя напряженная годовая работа коту под хвост. Уйти стыдно, ладно уж, досижу как-нибудь".
Ольга Богинская
Под комментарием о том, что в глубине души каждый рассчитывает получать дивиденды от проделанной работы, могу подписаться и я. И я тоже летом получила свою депрессушку, когда эмоции, стоило расслабиться, утекли сквозь песок. В ужасе, что ОНО опять надвигается, остаток лета брыкалась: прыжки на велосипеде в речку, купания в ночных озерах голышом, прыжки через костер, коллективные музицирования.
И то, на группу пришла в медузообразном состоянии…
Светлана Захарова Устала безумно, но есть ощущение, что не напрасно. Группа стала немного теплее. Приоткрылись, начали делиться мыслями и ощущениями. И тут, как из тумана проступило - увидели, насколько перестали слышать и понимать друг друга. И еще, оказывается, совсем забыли, как сами в прошлом году сделали свою группу рабочей. И когда в конце занятия на театре сами ставили этюды, помогали, показывали, заводили друг друга - глаза загорелись, маски спали, лица стали мягкими и живыми. Меня, как теплым дуновением окутало. Контакт пошел! Ах, удержать бы...
Светлана Захарова После занятия перед глазами все плыло от отчаянья. Группа на занятии не работала совсем, уводила себя в бок и в сторону, включая сопротивление и бессознательную халтуру. Стали панически бояться боли. Застыли, и вперед - ни в какую!
Но, какая же все таки у меня благословенная работа!
Именно ЭТО ЗАНЯТИЕ вызвало у меня лавину вопросов, которая камня на камне не оставила от отчаянья и дикой усталости.
Почему, когда достигаются первые маленькие поставленные цели, одни - останавливаются, а другие с интересом идут дальше?
Почему один, вкусив тепла и близости, ужасается своей холодности и пробивается вперед через апатию и боль? А другой, удовлетворенно урча, засыпает?
Откуда появляется этот потолок запросов?
Может от бескрайней пропасти между амбициями и реальными возможностями?
Что такое этот потолок:
- неизменно потребительское отношение к миру (дайте мне за мою работу)
- внутреннее неосознаваемое ПРАВО НА БЕЗДЕЛЬЕ
- взлелеянное годами ощущение себя идеалом, которому только чуть-чуть чего-то не хватало, а теперь хватает!
Возможно, удовлетворенность от выполнения своей маленькой заявки приравнивается к ощущению благополучия.
И тогда появляется спасительная иллюзия - у меня все в порядке.
И тогда горизонт становится потолком.
Светлана Захарова Задержалась с комментарием, "копала", пыталась осмыслить неоднозначное ощущение от этого занятия. Группу как прорвало. Тонкие, умные, авторские ассоциации, точные, глубокие стихи. Даже то, что не получалось, заставляло задуматься.
А ведь это занятие могло стать последним.
Странное у меня послевкусие осталось: живой интерес и радость от пробуждения смешался с чувством, что главный противник затаился и выжидает, чтобы нанести новый удар.
"Великое удивляет нас, ничтожное отталкивает, а привычка примиряет и с тем и с другим." (Жан де Лабрюйер)
По-моему в этом примирении кроется главная опасность.
Если ходить раз в неделю на группу и выполнять задания становится привычкой, уходит осмысленность (зачем я это делаю?).
И тогда душевная теплота, тонкость, глубина уступает место холодности и эгоцентризму. И старая наработанная система "худо-бедно жить, ничего не меняя" торжествует.
А ценить что-то по-настоящему начинаешь, когда теряешь это навсегда.
Светлана Захарова Очень хорошее занятие. Глубокое, чувственное, полноценное. Живые ассоциации, тонкие стихи. Все четко, по делу, без проволочек. На коллажах в конце устали и немного завяли. Но выложились по полной, честно работали. А как замечательно пошло упражнение "Ведущий - ведомый"!
Как интересно, свое привнесли, обогатили упражнение, и впервые за все время нашей совместной работы появился запрос от группы: "Хотим делать это упражнение снова и снова, чтобы почувствовать каждого, чтобы научиться доверять".
Горизонт начал расширяться.
И еще, стало проклевываться чувство времени. Мы можем не успеть: понять, почувствовать...
Этот год пролетит и... что останется?
Maks
У меня был день рождения. Отмечали после группы, за роялем. И в прямом и в переносном смысле. Это было как музыка: чувственная, волнующая!
Не было пустых пожеланий счастья, здоровья, удачи. Каждое пожелание было глубоким и настоящим, отзывалось в душе волной мыслей, чувств, вопросов… А подарок для меня теперь не просто вещь, которая мне нужна, это хранитель, аккумулятор той атмосферы, тех чувств, которые были в среду. Я возвращался домой в потрясающем состоянии наполненности, связи с чем-то высоким и настоящим. Я потом долго катался по пустынной, заснеженной, ночной Москве, сливаясь с машиной в единое целое, чувствуя блеск фонарей и скрип снега под колесами, внутри звучала та самая музыка! Большое, огромное СПАСИБО за слова, за эмоции, за атмосферу, за те чувства, которые я вынес!
Евгения Белякова
Это был не день рождения, а Новый год! Потому что Максим весь светился как елка, кажется, по нему даже огни бегали!
И еще было очень тепло. И свободно. И легко! И весело. Как в юности в новогоднюю ночь, когда веришь, что все еще будет...
В юности всего лишь веришь, а у нас действительно чудо состоялось: получился редкий по ощущениям и красоте праздник.
Светлана Захарова Есть замечательный фильм "Окно в Париж". В нем персонажи через окно питерской коммуналки попадают в совершенно другую жизнь, в Париж. И начинают метаться между двумя мирами, пытаясь перетащить ценности того мира в свою привычную жизнь.
После воскресного занятия у меня возникло похожее чувство перетаскивания.
И занятие было очень хорошее, и работали честно.
Но зачем, ради чего?
То живое, что прорастает на занятиях, переносится в повседневную жизнь частичками, разрозненными искорками. А главные бастионы собственных сценариев, у большинства остаются не тронутыми.
Откуда взять чувство неудовлетворенности существующим порядком вещей, чтобы не меняться в корне стало невозможно?! Мучительно невозможно!?!...
Светлана Захарова В субботу был дивный день. Наполненный, умный, с божественным чувством внутренней свободы.
У меня было две группы - воскресная и подростки. Не было ничего сногсшибательного, никаких грандиозных открытий и прорывов. Просто работа - искренняя, отношение к заданиям - вдумчивое и честное. На упражнениях сами искали КАК? и ЗАЧЕМ? И от этого зажигались, импровизировали. Мои слова воспринимались впрямую, без передёргиваний и инсинуаций. Рядом со мной были люди, а не зомби слепо ведомые своими играми.
Ещё один нюанс работы - прямо на занятии вскрывали болезненные для себя вещи. Те, кто преодолевал - расцветали и зажигались, а кто отсиживался - поимел подвешенность и зависть к прорвавшимся. И начинал рыпаться, чтобы хоть немного прорваться!
Возвращалась вечером. Холодно. Устала. А в душе - благоухали жаркие тропики Амазонки и пели райские птицы.
И ещё было чувство – мы идем ТУДА.
Светлана Захарова Группа Альфа закончила курс.
В целом даже очень прилично подлечились.
На последнем занятии, подводя итоги, честно и радостно говорили, что большего и не хотели. Абсолютно искренне и тепло благодарили меня, вручили великолепные подарки, очень личные, подобранные специально для меня. А я чувствовала себя глупой неисправимой идеалисткой, потому что эти два года я пыталась в хаосе, где намертво сплелись конформизм и диатез, раскопать хоть маленький расточек потребности в развитии! Копала, потому что иначе мне не интересно работать. И маленькое чудо произошло. Один человек из группы тоже стал копать мне навстречу! Удивительно трепетное чувство, когда на твоих глазах сквозь этот хаос пробивается маленький, хрупкий росточек человеческой Личности.
Что ж, остальные подлатались, подрасцветились и ушли… Померцают какое-то время яркими красками на сером фоне обыденности, а потом проступит внутренняя серость и всё сравняется.
С трудом пытаюсь принять как факт, что большего и не надо. Грустно мне от этого.
Впору вспомнить послевкусие Е.П.: «…потребность в развитии - это РОСКОШЬ... Круче яхты и собственного самолета. А роскошь, как известно, позволить себе могут единицы.»
Не утешает…
Maks
Очень больно от послевкусия Светланы. Совершенно не хочется быть подлечившимся планктоном, которому больше ничего не надо. Принимаю это как факт для себя, только смириться не могу...
И другая мысль. Когда идешь на группу, у тебя просят заявку, что хочешь от занятий. Когда заканчиваешь группу, неплохо бы иметь заявку, что хочешь от жизни (кстати, спрашивать ее никто не будет). И что получается, заявка на жизнь: "Померцать какое-то время яркими красками на сером фоне обыденности" пока залитый на занятиях бензин не кончится, и все... Все!? Даже то, что подлечили, уйдет. Все.
Оля Т.
Тупая боль от послевкусия... И ещё от того, что успокоилась и вздохнула с облегчением, когда группа закончилась. И ведь знаю, что могу с легкостью вернуться к нудному сериалу собственной жизни, и червячок заболевания сожрет росточки пробудившегося внутри живого... Недавно сидела одна дома, и нечем было подразвлечься в свободный вечер. Тут-то меня накрыла и заставила рыдать в голос внутренняя пустота и отсутствие любимого дела... И мне стало по-настоящему страшно.
Натали
В моей так и не написанной мелодраме главный герой возвращается домой проигравший, и, боясь признаться в этом, пускает окружающим пыль в глаза, что у него все хорошо. В воскресенье, после последнего занятия, по дороге домой, я ВПЕРВЫЕ почувствовала, что он проиграл, по-настоящему. Ну не было у меня в жизни ни одного ЗАКОНЧЕННОГО этапа. До группы - все обрывками, и вот первый, доведенный до точки. И откровение – вот, что я делаю со своей жизнью. Больно, обидно. На группе я вызверилась на всех, кто сказал мне правду, не замолчал; такая агрессия поперла. А потом усталость и опустошение…
Впервые спросила себя: «Ну и как мне от этого?». Оказалось страшно… И в пустоте звенели Светины слова: «Люди-то тебе не интересны!». Захотелось вцепиться в эти слова бульдожьей хваткой, пока не отвечу себе: «Откуда берется интерес к людям, и вообще – это что? как?»
Я уверена, что ради этого стоило работать все два года.
Ольга Б.
Группа закончилась. Группа двигалась в одном направлении (вернее, давала ВОЗМОЖНОСТЬ направления), а все в результате приехали в разные города. Для кого-то это была пляска с бубенцами вокруг собственного картонного домика. Кто-то уехал в ослепительное путешествие к океану, достопримечательности осмотрел – и домой, путевка кончилась. Где я? Совершенно точно, сижу на перроне с просроченной путевкой. Все уехали, а я осталась. Здесь было сказочно хорошо. Коленки подгибаются, боюсь ступнями попробовать морской песок – вдруг уже исчезло, затянулось диатезной защитной пленкой? Диатез ведь никуда не ушел. Он затаился, чтобы в подходящее время мягко просочиться в прорехи моей собственной жизни - через скуку, чаты, компьютерные игрушки… Потревоженные в мелодраме злодеи не собираются мне прощать предательство, и чем умнее становлюсь я, тем сильнее и изощреннее – они.
Но за все время группы у меня появился мощный противовес. Это мое, заново осмысленное и прочувствованное Дело. Это то, чего у меня не было никогда – люди вокруг, которые стали интересны. Это e-mail от совершенно незнакомого человека после моего концерта в клубе: «Ты была очень живая. Чудесная». Держу, держу, держу это все внутри. Не хочу назад.
Maks
Еще одна мысль, не совсем про АСТ, но все в этом мире связано.
На прошедших праздниках побывал в нескольких городах на Волге, в том числе в Калязине и в Мышкине. У этих городов похожая судьба: богатые поволжские города, наполовину затопленные в 30-е годы.
Калязин так и не пережил того, что половина города оказалась под водой. Эта боль висит в воздухе, живет в стенах домов, владеет городом. Мышкин, где то, тоже, как челюсть с выбитыми зубами, но на их месте, блин, растут, новые! Меняется судьба города, он находит себя заново. Город борется за жизнь, там чувствуется смех и боль, напряжение и восторг, звон пробивающегося ростка. Мышкин уже стал известен в мире как уникальное туристическое место.
А Калязин так и знаменит только своей затопленной колокольней...
В четверг было первое занятие группы старших подростков. Пришли все такие разные: колючие и застенчивые, ранимые и высокомерные, растерянные перед многообразием мира.
Я люблю работать с подростками. Они как бы на перекрестке миров, уже не дети, еще не взрослые... И в них борьба животного и Божественного начала пока еще идет, и идет в открытую. (Как часто бывает у взрослых - уже победило животное начало, а они делают вид, что ищут Божественное...)
Для большинства попавших на АСТ подростков наши занятия - уникальный шанс стать Личностью. Не возьмут максимум от занятий, Вселенная не заметит, а человечество пополнится очередной партией стандартных винтиков, обреченных на общение не с людьми, а с компьютером.
Первое занятие всегда немного сумбурное. Но у меня после занятия осталось очень хорошее чувство: большинству из них действительно было интересно!
И еще, я в очередной раз убедилась, что родители своих детей не видят вусмерть: ни проблем, ни достоинств...
Светлана Захарова
Атмосфера в группе теплеет. Начали потихонечку, пока очень осторожно приоткрываться.
По-разному: у кого-то глаза загорелись, у кого-то безразличие поперло.
Но самое главное, начали делиться ощущениями.
И когда после занятия шли к метро, размышляли, искали, задавались вопросами:
Что делать если не чувствуешь?
Как найти у себя точку включения?
Как удержать ощущения?
Не рецепты искали, пытались осмыслить.
А у меня осталось ощущение звенящей искренности.
Живое прорастает!
Светлана Захарова
Я вдруг поняла, как может быть больно человеку, из-за того, что не получается почувствовать.
И еще одно открытие: подросткам во много раз тяжелее и больнее, чем взрослым. Не нарастили еще защитную броню из паттернов и семейных сценариев, и боль если бьет, то остро и прямо в сердце. И поделиться они этим не могут - не умеют. Потому что абсолютному большинству родственники никогда не показывали, как это делать.
А знаете, какой вопрос чаще всего задают и на взрослых, и на подростковых группах?
- Что делать с родственниками, чтобы они стали родными...
Как вы думаете, почему такое совпадение?
Возможно и те и другие - заложники семейной системы.
Возможно это - единственное, что их объединяет.
...А еще у нас был первый день рождения на группе. Были свечи, торт и обалденно вкусный, горячий, дома заваренный чай. И разговоры..., и пробовали делиться, и получалось!
Очень вкусный день получился!
Евгения Белякова
Света затронула больную тему - РОДСТВЕННИКИ!
Я 20 лет в психотерапии. И уж нагляделась за эти годы на кропотливую целенаправленную работу семьи по уничтожению личности, по убиению души ребенка.
Триллер под названием «Родительская любовь» слишком часто, на моей памяти, заканчивается безумием. Иногда громким, но чаще тихим, заметным для всех, кроме родственников.
Чтобы человек сошел с ума недостаточно генетической предрасположенности. Надо еще и маму соответствующую иметь. Например, которая оценивает своего ребенка исключительно по учебе. И старается всеми силами не замечать, что он думает и чувствует, и какого ему ж и в ё т с я в этом мире.
В больнице у меня есть пациент, который сошел с ума на другой день после получения красного диплома. Программа «самое главное в жизни хорошо учится» была выполнена. Сейчас наблюдаю, как мама троих детей, врач по образованию, одного за другим погружает, опускает, заталкивает своих детей под темную воду безумия. И никто, ничего не может с этим поделать!!!
Впрочем, совсем не обязательно, доводить ребенка до психического расстройства… Можно так изыскано дезадаптировать его, что он уже никогда полноценным не будет.
Зачем? Будем проходить на занятиях в теме: «Игры».
Светлана Захарова
Недавно узнала о последнем увлечении подростков моей группы - вылазки на замороженные стройки.
Аквапарк. Бизнес-центр. Больница... Большие, красивые здания. Когда вы проходите мимо них, даже в голову не придёт, что они брошены...
Что же так тянет туда подростков? Экстрим? Нет. Там безопасно.
Я поняла что! Эти заброшенные здания внутренне созвучны моим подросткам.
Их построили, вложили кучу сил, времени, денег... а они не используются по назначению. Гниют.
Кто знает, какое количество детей и подростков из приличных семей так же бездумно выпущены на свет, но, по сути, никому не нужны и неинтересны. Им всучили каркас жизни, но Жизнью так и не наполнили.
Мои подростки возвращаются оттуда с одними и теми же вопросами: "Зачем их строили и почему их бросили?"
Светлана Захарова
Классное занятие! Строили себя. Свой хребет.
Как? Продирались через внутреннее "уже всё понятно".
На моих глазах происходило чудо рождения цепочки "осознание - действие". Через вопросы к себе: "Почему у меня на фехтовании зажатые скрюченные руки и вялые суетливые движения? Почему у меня на живописи куча пустых, ватных, рассыпающихся декораций, висящих в туманных облаках? Неужели я такой?!" А дальше - собственный поиск, как пробиться хотя бы на шаг. И пробивались, дожимали, доделывали. И кайф от того, что получилось. Не картинку нарисовать и шпагами помахаться - СЕБЯ СОБРАТЬ.
У Л. Н. Толстого нашла: "Человек подобен дроби: в знаменателе - то, что он о себе думает, в числителе - то, что он есть на самом деле. Чем больше знаменатель, тем меньше дробь."
Мне кажется, что у моих подростков после этого занятия и знаменатели поубавились, и числитель немного подрос. ))
Надежда Белякова (она же Плюша)
Подростковая группа. Тренинг по актерскому мастерству.
Я приехала на тренинг в ужасном состоянии – в душе было зыбко, а все внутри растеклось, как «ползучая мелюзга» в «Муми-тролле и Шляпе волшебника». Взмыленная и уставшая, я волновалась за качественное проведение тренинга.
Группа Гамма, как я благодарна вам, что вы дали мне возможность абсолютной мобилизации! Благодаря несмелому и неявному отклику в ваших глазах и телах я сама себя вытащила из гнусного болота внутренней несобранности. Тренинг прошел на одном дыхании! Вы были настроены на работу, включены и точны. И мы зажглись вместе – как два кремниевых камушка, которые извлекают блестящие искорки при соприкосновении друг с другом. Пусть эти искорки существуют лишь мгновение, но это значит, что камень еще может рождать живое. Даже если он зарыт в землю, он имеет ШАНС ПРОРАСТИ, совсем как наше «семечко». И это чудо.
Надо только знать, куда расти. И помнить о том самом глотке воздуха, ради которого нужно столько усилий, как точно описал Никита.
Светлана Захарова
Хочу извиниться, больше чем на месяц исчезла из послевкусия - набор на презентацию, три моих группы, плюс группа в больнице, плюс делаем новый форум... Короче, загружена по полной.
Но о том, что было в прошлую субботу промолчать невозможно. И писать безумно трудно. Пишу и плачу.
Группа Гамма, подростки. Тема театрального этюда, как в больнице - про самоубийство. Но развернулось как-то всё в свою сторону.
Мои замороженные семьёй подростки попытались проявить милосердие. Впервые в жизни!
Они давали другому то, чего сами никогда не испытывали!!!
Это был не театр. И это было больше, чем психотерапия... Что это было?
Светлана Захарова
Закончила работу моя подростковая группа Гамма.
Я очень хотела работать с подростками! Мне казалось, что в отличие от закоснелых взрослых, им от жизни еще что-то надо.
Я хотела быть их Проводником в этом мире. Я мечтала научить их глубоко и тонко чувствовать, а еще - творчески мыслить. Я представляла, как вместе мы будем открывать законы жизни, искать Истину, познавать, что есть Добро и Зло.
Всё оказалось совсем иначе. Быстро выяснилось, что московские подростки из приличных семей не умеют не то что думать, но даже разговаривать как люди, от любого напряжения шарахаются, а об окружающем их мире имеют весьма приблизительные представления.
Понять, тем более, впитать, то, что я им давала, они были не способны. А по причине короткой эмоциональной памяти на каждом занятии нам приходилось начинать все заново, как в первый раз.
Иногда мне казалось, что они вроде приведений, витающих над заброшенными могилами. И все мои усилия проходят сквозь их бестелесную пустоту.
От этого внутри меня постоянно жила тупая ноющая боль...
Я изменила свои психотерапевтические задачи. Они стали проще и грубее - научить общаться, приучить к элементарному напряжению, вывести на критичность, подвести к реальности.
На это я и работала весь год. С невиданным для меня смирением. Я делала всё что могла и даже больше. Получилось.
Я довольна результатом.
Только почему-то тупая ноющая боль так и осталась внутри…
Никита
На Светино послевкусие о Гамме: самая ключевая проблема была в надобности. "Зачем нам ваши тонкие, глубокие мысли? Нам под крылышками родного дома не плохо живётся..". Стыдно за безразличие к другим, за халтуру, и за пиявочный вампиризм. Пиявки, хотя бы, пользу несут, а я?..
Вчера было занятие группы Сигма, второй год обучения.
В начале чудесное ощущение от занятия. Риторика – умная и глубокая. Не все речи пошли в антологию, но мы же не для антологии работаем, а ради этого умного и глубокого осмысления себя и своей жизни.
К концу занятия настроение испортилось. В группе есть человек, которого и я, и группа вытаскивали из чудовищной пропасти. Настоящей пропасти. Человек вылез. От пропасти отполз. И ему все это стало «до лампочки». Отвратительная халтура на всех заданиях. Мерзкое неуважение и к моей работе, и ко всем, кто рядом. Было ощущение, что рядом с обалденно вкусным пирогом, испеченным стараниями всей группы, положили ложку говна (прошу прощения за экспрессию).
Но проснулась сегодня утром, а внутри - поющая радость. Потому что речи были действительно очень достойные - честные и мудрые. Думаю, мы все за вчерашний вечер немного поумнели.
Господи, какая же у меня счастливая работа!!
Евгения Белякова
Ко второму году осталось 9 человек. Как обычно. Но как здорово работать с группой, которая хочет и умеет работать!
Вчера успели все. Потому что не было ни отвлекающих разговоров, ни слабоумных комментариев. Четыре с половиной часа напряжения души и ума.
Ввод в трагедию – умные, глубокие размышления.
Драйв и блеск на фехтовании.
Абсолютная свобода в театральных этюдах.
И балеты… Господи, какая же роскошная пластика! Время вышло, я уже выключила музыку, а они все продолжали в творческом запале. И тогда я объявила: «Пальчики». Кто знает, что это такое, тому не надо объяснять, кто не знает – объяснить невозможно. В общем, это тоже упражнение. Особое. Вы подумали, что-то непристойное? Фи, как не стыдно!
После «Пальчиков» группа вышла на улицу с плывущими, блаженными глазами.
В этот вечер с нами был Бог.
Евгения Белякова
Ощущения от занятия сложное. На риторике были две роскошные, умные, глубокие речи. Одна из них – гениальна! (Все кто со мной знаком, знают, что я слово «гениально» просто так никогда не произношу). Остальные с заданием справились кто на 50, кто на 10, кто на 3%. Не хватило анализа, честности, смелости… Жаль. Эту дырку уже ничем не заполнить, не залатать.
Зато все остальное – фехтование и балеты - было здорово. Да и атмосфера группы мне нравится. Они уже умеют падать. Но умеют и вставать, и карабкаться, и ползти дальше. Потому что знают КУДА.
А кое-кто умеет уже и взлетать! Катя Киселева, ты мое самое большое открытие за этот год!!!
Катя Киселева
Евгения Петровна. Не могу промолчать. Затряслись коленки, запотели ладошки. Ведь знаю, что слова Ваши за работу, а так боюсь потерять только обретенную путеводную нить! Дверь назад всегда открыта, и оттуда ой как поддувает!
Счастье, что пошла на второй год. Счастье, что группа у нас рабочая, и каждому надо. Счастье, что МОГУ на группе вот так выкладываться.
Натулище
Была в гостях у группы Сигма. Другой мир, наполненный, честный, настоящий, там ВСЁ. Все разные, мощные, сметающие, вызревающие. Отношения другие, все вместе переживают, делятся, ловят друг друга, радость на всех, боль на всех, через себя друг друга пропускают. Людей в группе немного, но едва успеваешь глотнуть воздуха, чтобы не захлебнуться мыслями и переживаниями.
Риторика. Первая мысль, которая пришла после начала первой речи – может сразу уйти из группы, как сложно, как страшно… разве я это смогу?… Потом накрыло восхищение, дикая благодарность за то, что пустили, поделились своим сокровенным, может, не дорасту, но за ЭТО спасибо! … Я тоже так хочу!
А еще я поняла, что каждое задание это шанс, всковырнуть больное, терзающее, засевшее, каждый раз все более потаенное, упустил шанс, схалтурил, а он был один, единственный за всю жизнь шанс!
Евгения Белякова
Дурацкое занятие. Начало трагедий полностью провалилось. Ах, нет, размышлять в ямбе на наших группах могут все, легко и в любом стиле – хоть в низком, хоть в высоком. Глубже лезть испугались. Есть опасность свалиться в написание пьесы, минуя психотерапию. А тогда цель занятий трансформируется в... поиметь нестандартную, тонкую, теплую тусовку и умно время провести. Что-то типа хорошего хобби. А мне это неинтересно! Плясать и уговаривать: «давай выбираться из задницы» не мое дело. Я – свободный Сталкер, я могу только показать дорогу, остальное сами.
Знаю, что не может быть только хороших занятий, должны быть и спады, но как времени жалко!!!
Евгения Белякова
На риторике произносили 3 речи о себе: хвалебную, ироничную, объективную. Все почему-то очень волновались. Может потому, что уже прознали, что такое качество и было страшно сползти в подделки и фигню. За жизнь этого все наелись. Удачных, цепляющих за душу фраз было много. Жаль, полностью доделанных речей меньше. Но зато – живое обсуждение.
А вот два поставленных балета были на разрыв сердца!
После занятия отмечали сразу три дня рождения. Чудесный вечер получился! Умные, тонкие, глубокие разговоры. Тепло. Свободно. Легко. Счастливо. Расстаться было невозможно! В общем, засиделись до закрытия метро.
Ехала домой и думала, а ведь этот уровень общения знаком, наверное, единицам на земном шаре!
Евгения Белякова
Видели ли вы, как после балета вся группа сидит на полу и ревет ревмя?
Вспоминаю свои чувства, когда мы все смотрели этот балет. Ах, нет, мы не смотрели, мы все вместе, с героиней балета пытались выбраться, выдраться, выползти из маленького, убогого, серого пространства, которое она зовет своей жизнью.
От страха мы не дышали. Потому, что зная героиню, дико боялись, что в любую минуту она скажет «не могу», или «не получается». И останется там.
У балета есть сюжет, но нет заданного конца – как пойдет. Плакать все начали еще во время балета. Светка, которая снимала, плакала за камерой. Героиня выбралась. В этот раз выбралась. И это было по ощущениям - честно. И это было по ощущениям – чудо.
И мы уже не плакали, а ревели, и обнимались, и сидели на полу, потому что в ногах была страшная слабость, а после пережитого вместе потрясения оторваться друг от друга было невозможно, надо было быть близко-близко, прикасаться, и обниматься, и гладить друг друга… И Светка, как последний папарацци, плача, все это снимала.
Показала пленку А.П. Я всего несколько раз в жизни видела у него такое лицо - перевернутое… И потом молчание, долгое-долгое… Когда он смог говорить, сказал просто: «редкая по красоте и силе психотерапия». Странное словосочетание, правда?
Евгения Белякова
Это был «Кошмар на улице Вязов». На группу пришел страшный убийца Фредди Крюгер. В этот раз он выступал в роли гомеостаза. Помните главный закон гомеостаза? Система должна оставаться без изменений!
Вперед, ребята! То - есть, назад!
Странно, но мое сердце не разорвалось ни на занятии, ни после. Потому что я знаю, у меня будут следующие, другие, новые группы…
А что будет у вас?
Евгения Белякова
Мысль. Делюсь.
Как известно, настоящий музыкант упражняется каждый день. Иначе он теряет форму и перестает быть Настоящим. Один великий пианист говорил своим ученикам:
«Когда вы занимаетесь - каждый день, каждый раз - вы должны доводить качество своей игры до 100 процентного кипения! Не будьте чайником, который нагревают до 60 градусов и выключают огонь».
В понедельник на группе Сигма было 36,6. Нормальная температура человеческого тела, свидетельствующая, что клиент жив и здоров. Не более.
Не научимся каждый день искать 100 процентного качества жизни, вся двухлетняя работа на группе - это только чтобы время убить.
Евгения Белякова Страшная это штука АСТ. Ты себе намечтал, что ты белый, пушистый, тонкий и умный… а наши задания показывают, что есть на самом деле. А на самом деле там холодность, высокомерие, примитив и - немерено амбиций. Группа Сигма. Театр гадкий. Друг друга не слышат, не видят. Халтура. И это группа, у которой театр импровизации был очень сильным местом. Трагедии в стихах. Одна великолепна! Еще три трагедии вполне достойные. Остальное – мертвое. Хотите рецепт мертвечины? Это просто. Главное, глубоко не копать и вранья побольше. Вранья себе, родимому...
Евгения Белякова Умирает группа Сигма. Умирает тихо, как сверчок за печкой. «Так стремительно ветшает и незаметно для окружающих разваливается дом, в котором никто не живет...» Нет-нет, каждый делает свой индивидуальный рост, поэтому 2 сильные и красивые трагедии. Но этот рост не личностный, а именно индивидуальный. Личностный рост предполагает глубокое, тонкое, и взаимообогащающее взаимодействие с людьми вокруг и рядом. Не происходит. Поэтому умер театр и балет. Все это уже бывало. Пришли за Жизнью, но она показалась слишком громкой, слишком яркой и хлопотной. Поэтому побежали назад и вернулись… к равнодушию Смерти. Нам неведомо, по каким законам возникают и исчезают галактики. Мы не знаем, по каким законам создаются и рушатся империи. «Тайна великая сия есть…» Но я знаю, по каким законам личность превращается в существо. Это ее выбор. Предательский выбор. Обладая Божественной душой, выбрать участь таракана, который может только жрать и размножатся? Ах, да, еще прятаться по щелям…
Надя, Сигма
На послевкусие Е.П. Януш Корчак, перечисляя права ребенка, первым назвал право на смерть. Странно и дико, не правда ли? Прийти в жизнь лишь для того, чтобы воспользоваться правом на смерть. Прийти в группу, чтобы перестать жить.
Е.П. действительно бессильна. Группа сейчас бессознательно апеллирует к своему законному праву.
Хочу поделиться своими ощущениями от 2-го года. Я впервые столкнулась с чудовищной нестабильностью в своей собственной работе на группе: или почти гениально или фигня полная. Изматывает жутко, а главное, нет движения вперед. Почему? Затрагиваются глубинные программы самоуничтожения, кредо жизни. Эти звери просыпаются, рычат, скалят зубы.
И если ты их тронул, то нужно либо идти до конца и перепрограммировать всю эту бесовщину, либо они тебя сожрут.
Меня пока жрут.
Евгения Белякова
Вспомнили, что второй год. Вспомнили, зачем здесь. Целых 3 сильных трагедии! Глубоко и честно с точки зрения психотерапии. Очень сильно с точки зрения литературы. Слушала и думала - литературный институт бы сюда, от зависти удавились бы…
Вечный вопрос, почему ко второму году доходит только половина? Ведь уникальные занятия, ничего подобного нигде в мире нет! Везде расчет на самый средний уровень, (который все ниже и ниже…) А у нас из этого среднего уровня дозревают, дорастают до Человека Думающего, Человека Чувствующего. До Человека.
Отчего же в человечестве это популярностью не пользуется?
Я знаю почему. Считается, что чем ты проще, тем тебе жить легче. Отсюда родилось и дурацкое пожелание: «будь проще». Не надо проще!!! Оставьте эту прерогативу инфузории-туфельке, ей так сам Бог велел. А человек всю жизнь мается, если не достигает уровня человека…
Евгения Белякова
Хорошее крепкое занятие, две отличные риторики. Но внутри как будто что-то гложет. Мысли, все мысли...
Наверное, все знают, что такое плановая операция. Это когда хирург назначает день и час операции. А знает ли кто, что такое плановая подстава? Это когда человек назначает день и час, когда он подставит психотерапевтическую группу, в которой занимается.
Уже месяц мы на группе Сигма не можем сыграть театральный этюд. Потому что всегда то одного, то другого нет на занятиях. Большинство пропускает по действительно уважительным причинам. Это нормально. Это жизнь. Она достаточно регулярно подбрасывает нам всем форс-мажорные обстоятельства.
А как назвать пропуск занятия ради инфантильного желания урвать свой кусок кайфа? Плановая подстава.
Самое интересное, что группа молчит в тряпочку, потому что – политкорректность, и мы все дружимся. И хрен с ним, что всех подвел, сам не поумнел и другим не дал. Ведь главное не обидеть, не вступить в конфликт, – а для этого надо всего лишь промолчать. А лучше всего – никому ничего никогда не говорить, кроме комплиментов.
Уверена, что, кроме гомеостаза, главный враг Личности– политкорректность.
Евгения Белякова
Отчего мне так не хочется ничего писать про группу Сигма?
Ведь все весьма не плохо. Конечно, есть и халтура, и хрень, но есть и красивая сильная работа, и открытия, и удачи. А писать не хочется…
Я люблю докапываться до непонятных мне в себе вещей. Думала, думала – надумала.
Они все так заняты своим личностным ростом, что полностью исчезли из гостевой книги. Ну, понятно, риторика и трагедия в стихах отнимают все душевные силы. А можно и так сказать: силы идут исключительно на себя.
Интересно, что в трагедии мы с головой погружаемся в высшие эмоции – Сопереживание, Благодарность, Ответственность, Благородство… Получается, это только на бумаге? А зачем ЭТО ВСЕ, если это не переходит в жизнь??
Мысль. Делюсь. «Мы не имеем права потреблять счастье, если мы его не производим»
Бернард Шоу.
Евгения Белякова
Риторика – речи не додуманные…недоделанные… Балеты – неряшливо небрежно. По-моему, у группы ощущение, что все еще впереди! И в один прекрасный день они соберутся с силами и мыслями, и допоймут и доделают… Или наоборот, это предпенсионное настроение. Знаете, как бывает? У человека в жизни были какие-то свершения, победы, а перед выходом на пенсию он увял, и ослаб, и забыл, что значит, душу рвать, для него теперь самое главное, как работает желудок... Группе Сигма осталось 15 занятий. И ВСЁ. Суп из синей птицы будет готов…
Евгения Белякова Появились слабые ростки… не возрождения, пока еще нет, но хотя бы оживления. Риторика далеко не самая оригинальная и отнюдь не самая глубокая, но, по крайней мере, собранная. Зато на балете взаимодействия группы напоминали бурную суету старшей группы детского сада. «А давайте что-нибудь…?» «Ой, давайте!...» В конце концов, двое начали импровизировать, тело включилось, голова заработала… Они пробовали вновь и вновь, искали, теряли, находили… и это было здорово! Остальные вяло-покорно наблюдали. Впечатление от занятия смешанное. Рада, что есть попытка ожить. Жутковато, потому что некоторые, похоже, умерли окончательно и не заметили этого... Оказывается, так можно – быть мертвым и не знать этого. Даже не догадываться.
Лена, Сигма
Комментарий на фразу Е.П. «Оказывается, так можно – быть мертвым и не знать этого..»
Оказывается, можно не только быть мертвым – и не замечать…, но даже «хронический воспалительный» процесс под мертвечиной не заметен… Была сегодня у стоматолога – и меня аж пришибло! Под мертвым зубом, в десне – многолетний воспалительный процесс – Неужели никогда не беспокоил?
– Не беспокоил.
– А, понятно! – частое явление, воспаление под прочной, непроницаемой оболочкой.
Евгения Белякова
Мои пинки, вопли и стоны действуют на группу Сигма весьма оживляюще. За одно занятие группой был великолепно поставлен «балет агрессии» - оригинальный, энергетически очень мощный. Тут же родилась идея показать его на Тау, что и было исполнено. Танцевали по просьбе публики аж 3 раза, и каждый раз заводились все больше – не только танцующие, но и публика. Какое же у группы Тау после этого было фехтование! А потом был полонез, и Сигма не могла устоять, и танцевали обе группы. И это было достойно, и это было красиво. На самом деле, занятие пошло совсем по другому руслу, чем я планировала. Мы многое не успели, но мы успели главное – поймать на занятии золотую ниточку Жизни.
Надя Сигма
Балет агрессии. С каждым движением внутри раскаляется мир. Игривый задор переходит в сумасшедший драйв, легкое раздражение - в ярость, телесная вяловатость - в "высоковольтное" мышечное напряжение (до дрожи)! Это уже не упражнение, это битва за жизнь!!! До последнего вздоха. А на пике ярости раскаленный мир будто взрывается - в одно мгновение в полную силу чувствуешь страсть, бешенство, восторг, легкость, какую-то демоническую мощь и... любовь, господа!
Так вот откуда - "Кто не способен испытывать бешенство, тот не может испытать любовь".
Ольга, Сигма
Во время исполнения балета на Тау ощущения пережили скачок на совершенно новый уровень: от стартовой взбудораженности, до единой, непрерывной, ровной мощи. Так набирают обороты самолеты при взлете. Музыка прочно поселилась внутри, и после всю неделю хотелось двигаться в этом ритме, с этой силой и этим ощущением красоты.
Леха, Тау
Прошлое занятие - это буря. Это шквал... У нас были "гастроли" старшей группы – они пришли к нам с балетом. Стремительным!!! Взрывным!!! Сюжет – бескомпромиссное противостояние двух равных сторон. Напряжение нарастает буквально с первых мгновений. И в финале, мощь столкновения настолько разрушительна, что сметает жизни противоборствующих.
Экспрессия зашкаливает. Дышать просто невозможно. Напряжение в воздухе, в теле - колоссальное.
Браво!!!!
А еще, на занятии, родилось удивительное ощущение, что есть МЫ!!!
Не просто отдельно старшая группа и группа первого года… А МЫ!!!!
Евгения Белякова Группа Сигма. Ощущение как на похоронах. В начале занятия пробовали поговорить о драме (мы ее начинаем писать). Кто-то чего-то почитал, но сформулировать большинство ничего дельного не смогли. В основном обходились общими словами и восклицаниями: «круто», «классно». Кошмар продолжился на театральных моносценах - и опять у половины неряшливые монологи, переполненные междометиями... И глаза – мертвые. Я понимаю, когда не получается, это нормально. Но здесь было что-то подловато-нечестное. В голове стучала мысль - мы проводим время. Провести - значит обмануть. Зачем??? Зато часть группы открыла для себя сложный кайф - истово посещают спектакли Виктюка. И опять, зачем?? Чтобы посмотреть, как ослепительный Бозин каждый раз выдает 100 градусов? Ну, да, чтобы погревшись у чужого огня, вернуться к себе - пустому, простому и хладнокровному… Господи, я ведь знала их живыми… Думающими! Ищущими! Откуда же эти пустые глаза и междометия? В голову лезли строчки из трагедии Кати Киселевой: Хотела царствовать! Сумела? Любви просила… А любить могла? Стою живая среди трупов, Я мертвой оставалась средь живых... И что итог царицы-Клеопатры? Жить не умею, смерти не нужна... На другой день побежала к А.П. психотерапевтироваться. Говорили с ним, что потребность в развитии, это против законов природы. Вышли на интереснейшую мысль: потребность в развитии - это РОСКОШЬ... Круче яхты и собственного самолета. А роскошь, как известно, позволить себе могут единицы. Стало легче. Наверное, я слишком многого хочу. Простите меня, группа Сигма… Я постараюсь хотеть меньше.
Надя, Сигма
На Послевкусие Е.П. Мои междометия и мои мертвые глаза. Мне все это не нужно? Тогда что я тут делаю 3-й год? Невозможно решить раз и навсегда. Выбор складывается из мимолетных разговоров, фраз, поступков. Они кажутся ничтожными, но имеют огромное значение! Иногда определяют всю дальнейшую жизнь. Я как-то задумалась: наше тело, весом в 50-80 кг и больше могут убить несколько миллиграммов яда! Всего-то! И столько же миллиграммов могут спасти. У группы Сигма - не лучшее время. Я не оправдываюсь, я очень прошу - Евгения Петровна, не нужно хотеть меньше! Ваше ожидание - тот же миллиграмм противоядия. Иногда он решает все.
Катя Киселёва Нынешнее состояние группы Сигма давит и душит... Больно видеть именно эти строки из моей же трагедии про мою же группу. От кого зависит какую цитату подобрать к своей группе? К своей жизни? Я в своей моносцене "мечта о счастье" загадала быть равной среди сильных! И как я хотела бы, чтобы каждый из группы сделалвсё, чтобы иметь право приводить про группу такую цитату из трагедии: Как чудо жизнь, - единственный из дней, Прожитый без оглядки, без стыда! Где грудь согрета, щеки горячи, Дыханье льется лавой раскаленной До дна испепеленной жаром знойным, Гремит, сжимая в ярый жгут Жар сотен тысяч смелых солнц В глазах свободного и равного народа, Что жизнь существованью предпочел!
Евгения Белякова Агонизирующая группа Сигма. Все милые, не вредные, не глупые, но группа напоминает рассыпавшиеся по полу бусы. Связующая их нить, как и цель психотерапии, утеряна. А цель второго года - когда эмоции уже заиграли и запели - приблизиться к Высшим Эмоциям. Это значит, научиться отдавать. Передавать другим ценнейший опыт, как разжечь внутри себя огонь, какие опасности и трудности подстерегают в дороге слабое пламя. Свой огонек в группе Сигма поимел почти каждый, достаточно сравнить, что было вначале курса и сейчас. Огоньки есть, но для себя. А еще есть куча обид на злобную меня. Зачем я кочергой своих претензий ворошу тлеющие угли? Они правы. Их тепла действительно едва хватает на самих себя. Ведь в Большой Огонь это так и не выросло…Я знаю рецепт Большого Огня, мы говорим о нем на каждом занятии. Он прост. Делиться. Тратиться. Отдавать. Группа Сигма делится - и теплом, и мыслями, и чувствами, но… исключительно со «своими». А это совсем другое!!! Потому что когда мы дарим свое внимание друзьям, мы их немножко покупаем. Подкупаем. В глубине души мы рассчитываем, что они ответят тем же. А когда мы делимся с незнакомыми нам людьми, мы в ответ ничего не получаем. Как говорил мне один знакомый: «Ты работаешь на Вселенную, а она не платит». Неправда. Еще как платит. По-своему. Только Вселенная может раздуть крошечную искру до настоящего пламени. Неугасимого! Группу Сигма подвел детский эгоцентризм. А еще, удавила петля Маслоу. Подобие дружбы (в мое время это называлось приятельство), заставляет политкорректно молчать, сглаживая углы, тем самым, затаптывая общую цель.
Евгения Белякова
От отчаяния придумалось новое упражнение. Называется «похороны». В зале было темно. Мы стояли у края сцены и смотрели вниз, как будто в могилу. А там, на подносе горели свечи. И все делились своими воспоминаниями о «покойном». Говорили только хорошее, но становилось по-настоящему жутко, когда я спрашивала, а что N.N. хотела при жизни от жизни? И повисала пауза, и никто не мог ничего сказать вразумительного. Даже сам «покойник», который тоже имел право голоса.
Когда речи о покойном заканчивались, я тушила одну из свечек на подносе. И в полутемном зале становилось чуть меньше света. Еще меньше света...
Похоронили и меня. Интересно представлять себя в гробу - вся жизнь перед глазами проносится: что успел, что не успел… Так вот, я сама себе лежащей в гробу позавидовала! Не от речей над моим гробом, а по факту. Эпитафию себе придумала: «Ей было интересно жить!»
А еще мне мои похороны были нужны, потому что догадываюсь, что у некоторых в голове бродит тайная мысль: «сейчас не получается… ничего, через год, через два пройду курс еще раз». Губительная иллюзия называется – «сегодня я не готов, но завтра!..»
А если завтра не будет??...
Потом мы делились ощущениями от похорон… Безумно интересно! Если бы еще это не забыли, не замылили, не затерли…
Но это еще не все! Этот вечер вместил столько, сколько у других и за пол жизни не бывает. А у некоторых и за всю жизнь.
Продолжение следует…
Екатерина Киселева
После «похорон» мы отмечали день рождения Оли Покровской.
Мы приготовили ей сюрприз. Из темноты зазвучала музыка. Раздвинулся занавес, и пред нами ожили герои Олиной трагедии. Момент самого накала: разговор злодея и героини. Что ни чувство – бурлящий поток! Что ни мысль – озарение! Высокая, сильная, умная жизнь не обычных людей, а ГЕРОЕВ.
Я выбираю – жизнь! С сомненьем, с гневом,
С пронзительной тоской и острой болью,
С восторгом через край, волнами счастья,
С раскатом ярким ярости ревущей,
С азартом, с бешенством, с доверием, с любовью
Пусть будет честной жизнь моя…
А потом мы попросили Ольгу выйти на сцену и самой прочитать финальный монолог. Она сначала растерялась, но уговаривали мы ее не долго. И она вышла. И в этот момент она была Героиней своей трагедии. Мощной. Честной. Настоящей. Мудрой.
Нам хотелось подарить Оле больше чем подарок. Оживить ею же созданных Героев.
Чего это стоит? Олькиных глаз после - переполненных, озаренных, просветленных. Олькиных объятий – благодарных, горячих.
Это было живое рукотворное чудо!
Надя
Пространство и время на занятии были многомерными. Как во время бала в "Мастере и Маргарите". И какое же счастье осознавать, что на одну грань в этой многомерности стало больше благодаря тебе! Что ты здесь ПО ПРАВУ. Равный среди сильных.
Как это - умирать? Представляешь себя в гробу - красивая и молодая. О тебе говорят только хорошее, причем, честно тобой заслуженное. Сначала заволакивает упоительная дымка сладкой жалости к себе, такой славной... Наворачиваются слезы умиления. А потом сквозь эту дымку проступают куски собственной жизни. Яркие, оригинальные и незаконченные. Будто фрагменты раскроенного платья обалденной красоты, в котором я была бы неотразимой, если бы сшила его. И надела. Если бы.
А еще поразило, как мало от меня осталось в тех, кто стоял над "могилой".
Господи, если я умру сегодня, то что от меня вообще останется?!
Оля Покровская
О вчерашнем занятии написала два отзыва.
Сначала похороны. Тихо обволакивает, убаюкивает мягкая сладость надгробных речей, первый страх проходит, уже хочется подоткнуть поуютнее атласную подушечку и слушать, слушать… А потом начинает мелкой дрожью бить осознание – а если конкретно?
- что смогла?
- что сделала?
- кого любила?
- да хотя бы с кем была откровенна?
И как приговор – пустая тишина после вопроса «А кто знает, чего она хотела от жизни?»
Я поняла, что тишина может быть острой и холодной. Я разрезана этой тишиной. Я действительно чувствую себя мертвой, безвозвратно и бессмысленно промотавшей ничего не изменившую жизнь. А ведь всё могло быть по-другому, ведь всё для этого БЫЛО!
После занятия был самый удивительный день рождения в моей жизни. Долгие шорохи и шуршание за занавесом, занавес открылся - и я попала в другое измерение.
На сцене была МОЯ трагедия. На сцене была МОЯ жизнь. Я растерялась. Я онемела. Я заплакала. Я не могла поверить, что это происходит со мной и наяву. Те, кто на АСТ написал (прожил!) трагедию – я знаю, вы поймете, ЧТО я чувствовала.
А потом – мне показалось, что Катя Киселева просто взяла меня за руку и помогла сделать шаг ТУДА. Я вошла в это пространство.
Я стояла на высоком холме, где-то в античной Греции, под ногами был не пол, а сухая горячая земля, воздух пах морем, тимьяном и розмарином, передо мной был в дымке красивый и свободный город… И в то же время я видела Ваши глаза, в них отражались свечи на сцене, и было - внимание, волнение, боль, надежда, НЕРАВНОДУШИЕ.
Вы сотворили для меня чудо! Я хочу запомнить этот монолог. Я так хочу удержать это ощущение - себя сильной, умной, свободной, достойной, ВИДЯЩЕЙ ЦЕЛЬ – которое вчера мне подарили ВЫ!!! Я выбираю – ЖИЗНЬ!
Евгения Белякова
Сильный вдохновляющий эффект произвело упражнение «похороны». Роскошная риторика! Не просто умные речи, а моносцены – с жестами, интонациями, горящими глазами. Шесть (6!!!) речей из восьми пошли в антологию. Такого еще не бывало! Дозрели? Доросли? Во всяком случае, заговорили. Про самое больное на сегодняшний день. Что самое больное? Читайте речи, они уже висят на сайте.
Посмотрите, как риторика смыкается с психотерапией и позволяет человеку поставить точки над i, признаться и признать: «Да, я это вижу. Я это делаю. Я знаю, что я делаю».
Посмотрите, как агрессивная политическая риторика позволила каждому из них изысканно объясниться.
С кем? С моим послевкусием. С собой. С господом Богом.
Шаг вверх? Прыжок!!!
Что дальше? Не знаю. Готова ко всему.
Мне только бесконечно жаль, что так и не появилось бережного отношения к своему времени. Театр не успели. А могли.
Из архива сокровищницы:
Перед вами пример политической риторики. Она отличается яркой эмоциональностью и высоким пафосом. Подобного рода красноречие используется не только в политике, а ВЕЗДЕ, где нужно убедить, призвать, вдохновить «на дело».
В этот раз тему речи каждый оратор выбирал самостоятельно. Главное, чтобы он был убежден в истинности того, к чему призывает. Здесь свежие речи вновь пробудившейся группы Сигма. Кто наблюдал за страстями по группе Сигма в послевкусии, поймет, о чем речь.
*
Ну что, мы опять ничего не ответили на послевкусие….?
«…агонизирующая группа Сигма»… «огонек поимел почти каждый», но «тепла едва хватает на самих себя»… «детский эгоцентризм»… «петля Маслоу»… «подобие дружбы»...
И мы ЭТО тихо проглотили? Приняли, покорно утеревшись высокомерной усталостью?...
Да неужто ваше сердце не рвется на части?!
Да неужто мертвая тишина и зализывание ран за спиной друг у друга – это всё чего мы заслужили?!
Что же мы, так и будем молча смотреть, как желторотая группа Тау закидывает гостевую своими писульками???!!!
А мы только тихо оправдываемся и шипим из засады...
Да неужто мы позволим жирным крысам нашей Политкорректности и Гордыни скрутить нас – могучих и сильных? Перегрызть, громко чавкая, наши наполненные жизнью вены и выжрать самую суть - тот маленький драгоценный живой росток, что мы выхаживали и лелеяли.
Я знаю путь спасения. Друзья, говорите! Ваша полная достоверность здесь – это ваш шанс на вашу жизнь «там».
Отбросьте трусость и лицемерие. Пусть ложь, обережение, закрытость и пустословие не коснутся больше этого круга.
Я призываю вас к честности и достоверности.
Честность и достоверность – вот наш выход.
Честность и достоверность – дадут нам силы и свободу.
Сейчас!!!
Сегодня!!!
Всегда!!!!
Со всеми!!!!!
Заслужите это право.
О.П.
*
Сестры по Сигме!
Мы вместе три года! Это были трудные времена. Мы тратили силы и время. Мы отдирали приросшую плоть сценариев. Мы харкали кровью непроглоченных обид.
Мы хотели стать теплыми. Мы брали и учились!
Мы хотели стать понятными. Мы брали и учились!
Мы хотели стать чувственными – Мы НАУЧИЛИСЬ!
Сейчас хитрый и умный враг заманил нас в ловушку, он подвел нас к новому рубежу! И требует Горения, Отдачи и Любви! Он говорит, что это сделает нас полубогами! Что надо во имя и вопреки, через боль и отчаяние раздувать в себе искры Любви. Гореть, пылать на разрыв, нараспашку! Отдавать свой огонь по полной!
Признаемся честно, что нас вполне устраивает быть просто людьми: брать то, что так радостно эти полубоги отдают…
Признаемся честно, нам нужен Мир, состоящий из кайфа...
Друзья, не напрягающие болью и не раздражающие победами...
Близкие, говорящие то, что мы хотим слышать…
Любовь, в которой можно удобно пригреться...
Осталось всего 5 занятий. Сплотимся стеной, плечом к плечу, и не отдадим ни грамма, ни миллиметра достигнутого. Это НАШЕ!
Мы пришли, чтобы брать, и мы взяли!
Осталось всего 5 занятий. Докажем всему Миру, что мы имеем право не быть полубогами. Что мы имеем силы, чтобы признаться в этом. Что мы имеем разум, чтобы этого не желать.
Докажем всему миру, что мы имеем право оставаться Среднестатистической Социальной Функцией! И ни шагу вперед!!!
К.К.
*
Ну, что, многострадальный народ?!
Не знаете, где взять Потребность Любить, Потребность Жить, Потребность Развиваться?
А? Что? Они исчезли, так и не родившись?
Как и когда это случилось? Возможно, когда укрывшись Конформностью, словно сумерками, мы пытались договориться с Судьбой об особом положении? Иначе, как объяснить, что, когда нас накрывает Боль, мы шепчем: «Ты не можешь со мной так поступать! Мы же договорились!»
Тогда-то мы все эти потребности и начали продавать.
А в ответ Судьба жестко и беспристрастно попрала все договоренности.
Зато нам удалось купить Жалость к себе. Она радостно дожевала остатки потребностей и пообещала счастливый финал, как в мелодраме. Но что она сделала, когда снова пришла Боль? Она сыто рыгнула!
Хватит кормить эту жирную суку!
Хватит продавать свои потребности по дешевке и кому попало!
Забудьте про авансы!
Наплюйте на скидки!
Выкиньте из головы способы спасения от напрягов!
Забудьте о надеждах подкрасться к Счастью с тыла, а потом взять его нахрапом!
Идите и заработайте свое Счастье. Как? Формула проста – любить плюс развиваться - значит Жить.
Беззаветно! Бескомпромиссно! До конца!
О.К.
*
Закройте глаза и вспомните один из офигительных моментов вашей жизни. Когда счастье, или боль, или нежность были на разрыв… Улыбка пляшет на лице. Внутри грохочут барабаны. И трепет теплый под ребром… Эх, какой это был Бал! С Вселенной… Жизнь без полумер и компромиссов!
Надеюсь, вы успели с ней попрощаться?
Как? Вы забыли? Вы же сами отказались от нее! Потому что слишком больно. Слишком ярко. Сильно. Страстно.
«Слишком» - это не для нас, правда?
Отдавать больше, чем имеем?
Гореть ярче, чем способно выдержать сердце?
И все это НЕ ДЛЯ СЕБЯ?! Попахивает одержимостью. Чур ее!
А здесь у нас тепло и тихо. Мило. И безопасно. Можно вполсилы. Можно вообще никак. И почти не больно.
Чем не жизнь? Ну и что, что смерть…
Что притихли? Ждете, когда я призову вас стать одержимыми? Делом, жизнью, любовью?! Щаз!
Туда не зовут. Туда идут сами. Без поводка и плетки. Я сказала «идут»? Нет! Карабкаются из последних сил. За избавлением от пожирающей внутри себя пустоты.
За возможностью тратиться без остатка.
За нечеловеческой болью.
И ослепительным смыслом!
Вам чё, правда туда надо?...
Так карабкайтесь, вашу мать!!!
Н.С.
*
Евгения Белякова
Наверное, все читали на сайте, что риторика – Царица искусств. В этот понедельник мы это ощутили. Все речи – оригинальные, с авторской изюминкой. Ни разу не возникла мысль: «я это уже где-то когда-то слышал». А какая ослепительная свобода на сцене!
А потом был балет «Коряги». Это когда входишь в свое подсознание. Нет, все в рамках пластического балета, но вот чувства там, внутри, вне всех рамок. Потому что ОНО оживает, надвигается на тебя, и закручивает, и тащит за собой. В определенный момент хочется завыть, расшвырять всех ногами и выдраться. Но ты не имеешь на это права, ты должен держать балетную осанку, ты должен выйти с достоинством. Потому что если ты теряешь человеческий облик, ОНО тебя обязательно поглотит...
Выходили. С изменившимся лицом и сумасшедшими глазами.
За две минуты, что длится балет, мы получаем колоссальный опыт преодоления! Опыт, который нельзя передать, пересказать словами, его можно только пережить.
Вышли! В этот раз – вышли...
Надя
Входила в лес коряг с доверием, с «огоньком». Хотелось дотрагиваться до «веток», смотреть моим «корягам» в глаза. Даже когда их глаза стали злыми, меня со всех сторон дергали, швыряли друг другу, воспринимала все будто в шутку, ощущая себя «хозяйкой» леса. Изменилось ощущение времени. Долго не выбиралась, будто застыла в сумасшедшем кружении в центре «шабаша» коряг. Успела в последний момент. Выбралась. Всосался в грудь и долго не оставлял ужас от себя самой, так легкомысленно отдающейся на растерзание подсознательных игрищ. Это я в отношениях, я высокомерная и пресмыкающаяся, я, когда мне некуда жить. Сейчас есть куда и зачем. Поэтому на смену ужасу пришла мобилизация, как во время решения сложной задачи – «Здравствуй, мой Подсознательный Убийца! Думала, ты остался в прошлом – не тут-то было… Что ж, спасибо за урок, я буду на чеку! И я дойду! А ты поможешь мне поумнеть».
Катя К.
Танцевала его не первый раз, и очень тяжело было позволить себе почувствовать на полную катушку, открыть все эмоциональные шлюзы. Потому что знала, куда иду. Туда, где больно и страшно так, что кожа раскалялась. Растерянность закипала ненавистью. И в обнаженную мякоть доверчивости впивались тычки, уколы, пинки, ухмылки и ехидный шепот: «Отдай своё сердце». Боль, взвизгнула в позвоночнике, и он натянулся струной. Не отдам! Ни за что! Любой ценой! Не отдам, чего бы это ни стоило! Вокруг завертелась бесовщина. А внутри налилась упругая, тугая уверенность: я выйду! И только такая открытая боль, могла так раскалить нутро. Страшно идти на боль, нырять в нее с головой: а вдруг не выплыву, не выйду?
На балете выйти получилось.
Таня
Наткнулась на очень интересную вещь, благодаря балету "Коряги".
Там чтобы "вырваться", надо позволить себе полностью, до конца испугаться, позволить до конца сжаться пружине ужаса и отчаяния, которая, выстреливая, выталкивает тебя на новый способ реакции. Потому что, так как было раньше, больше уже нельзя! В балете получилось...
А в жизни поймала себя на том, что не позволяю этой пружине сжиматься, как бы отодвигая нижнюю опору. И тогда теряется возможность ПОЧУВСТВОВАТЬ ситуацию. А без этого невозможно ничего менять.
Евгения Белякова
Финалы драм. Драма - высший пилотаж драматургии, самый сложный жанр. Группа Сигма выдала шедевры. ВСЕ восемь. Восемь законченных, умных, тонких, глубоких пьес. Про себя. Про всех нас...
Осталось одно занятие. Последнее в их жизни. А потом – разбор полетов. И все… Кто что успел, то это и съел.
Надеюсь, они поделятся своими размышлениями, какие опасности подстерегают всех занимающихся в группах АСТ и как это, умирать и возрождаться… Надеюсь...
Ольга К.
Мы доросли до ДРАМЫ. Чтобы уже никогда не смочь сказать себе: "Я сделал это бессознательно, поэтому могу не брать за это ответственность".
Оля
Завтра и у нас последнее занятие. Три года вопросов, открытий, прорывов, разборок, сомнений, обид, удивительных новых ощущений, интереснейших мыслей … и постоянной поддержки. Сейчас остро почувствовала что группа - как «страховочный трос», за который чудом ухватилась три года назад, сорвавшись в пропасть. Который больно выдергивал (вверх!) каждый раз, когда падала, и надежно держал, когда безвольно висла на нем «кулём»…. Он почти незаметен, когда ты уверенно идешь вверх…. иногда кажется назойливым и неудобным…… а вот сейчас, когда пришло время его отпустить – ощутимо понимаешь его постоянное присутствие, надежность и продуманность конструкции…
Завтра нужно будет отпустить. Что успела – то успела, что сделала – то сделала, дальше – сама… По ощущениям – волнение, радость, легкая растерянность, «груз ответственности».
Надя
В этом году я нашла свое Дело. Работаю там же, где и 3 года назад, но теперь у меня появилось свое направление в работе. Я сама его создала. Теперь каждый день полон открытий и рисков. Чувствую себя Колумбом на Новой Земле. Одновременно – какое-то очень правильное ощущение, что полностью отвечаю за все, что там происходит. От начала и до конца.
Представляете, когда у меня появилось Дело, я чуть было не ушла из группы! Мне казалось, что самое ценное, свое, я уже получила, а занятия с их «чудовищным» напрягом от домашних заданий только отнимают мое время! «Моя жизнь втиснута в тиски между понедельником и понедельником» - пожаловалась я на группе. Меня поняли, не стали «пинать». В тот же день решила остаться. И только тогда начала по-настоящему работать. Осталось еще одно занятие, но уже теперь я могу сказать, что завершаю группу достойно. И только теперь понимаю – мой уход из группы тогда подрубил бы корни моим начинаниям на работе. Ведь малодушный побег из группы, которая была частью моей жизни 2,5 года – свидетельство моего отношения не только к группе, но и ко всему новому, что только начинается в моей жизни.
Евгения Белякова
Окончила курс группа Сигма. Результат?
В людях стали разбираться лучше. Соответственно, отношения с людьми стали полноценнее. Сил стало больше. Страхов и тревог меньше. Познакомились с процессом «думанья». Повысили уровень культуры и научились получать кайф от сложных спектаклей, кино, книг. Но главное – выползли из болота, называемого психопатологический Диатез. В общем, клиническая динамика просто замечательная!
Отчего же мне так печально? Как будто хожу по кладбищу и читаю надписи на могильных плитах.
С группой Сигма не произошло чего-то самого главного, самого важного, самого нужного… Задания-то все выполняли. Только зачем? Наши задания – чтобы их в сердце принять, в жизнь перевести. А тут задания делались, потому что велено. И себе доказать – могу!
Вся работа в течение трех лет происходила на импульсе, без внутреннего понимания, без перехода в жизнь. В жизнь, это в первую очередь - делиться. Своими чувствами и мыслями, своим драгоценным опытом по вылезанию из болота. Потому что только отдавая, мы по-настоящему присваиваем. «…Чем я больше трачу, тем становлюсь безбрежней и богаче»… (Шекспир). Группа Сигма не тратилась. Наоборот, виртуозно отстояла свое право брать, никому ничего не отдавая. Свой опыт и жизни и смерти оставили при себе. А не переданный и, значит, не осмысленный опыт утекает в знакомую всем бочку без дна.
Разбор полетов был показателен – точные характеристики друг друга касаемо первого года и пространное мямлинье в обсуждении динамики. Куда делась блестящая риторика? Испарилась за ненадобностью.
Удивительно, но за эти годы так и не сформировались приоритеты: что ценно, что не ценно. В фильме «Человек дождя» героя спрашивают, сколько стоит шоколадка – Доллар. Сколько стоит машина? – Доллар. А дом? – Доллар… Как оказалось, и у группы Сигма все по одной цене.
Падения и взлеты бывают на каждой группе. Парадокс Сигмы в том, что и когда взлетели выше облаков, и когда под плинтус поползли, разницы не увидели. Были живыми – не заметили, умерли – не поняли…
Да нет, все не так плохо. Подлечились. Поумнели. Подразвились. А дальше? А глубже?
Я знаю, почему мне так печально. АСТ может дать крылья и право дерзать! Этого не взяли. Зато осуществили мечту диатезной половины человечества – ожить, но не очень, уйти от пустоты, но не далеко... «Она готова была оставаться мертвой, лишь бы это не было так скучно». Надеюсь, группе Сигма уже не так скучно.
Как мне от этого? А я с группой Сигма здорово поумнела! Умудрилась. Увидела воочию, как можно потерять все ради «пожить для себя». Убедилась: если не ты управляешь подсознанием, оно управляет тобой. Ужаснулась жизни без Смысла. Это когда с тобой что-то случается, а ты не можешь понять, почему.
Светлая память группе Сигма…
Надя, Сигма
Делюсь мыслью после «разбора полетов» на нашей группе. За три года я побывала в шкуре «здорового гения», «безнадежного пациента психотерапевтической группы» и «приближающегося к Человеку». Была на Олимпе и под плинтусом.
Хочу сказать про оценки на АСТ. Они объективные (группа + психотерапевт). По ним можно и нужно выставлять внутренние ориентиры. Они – ни в коем случае не приговор и, уж тем более, не гарантия светлого будущего. Полной зависимости от себя они не прощают.
Так что желаю всем, идущим за мной, как можно скорее выработать свои внутренние оценки и ориентиры!
Маша, Тау
На послевкусие Е.П.
Самые потаенные и ужасные мои страхи были озвучены в последнем послевкусии. Ведь очень легко можно и вот так – выйти из клиники, а в небо так и не взлететь. Вспомнилась сказка Джанни Родари про синий светофор: когда вдруг вместо привычных цветов загорелся синий, горожане очень возмутились и в конце концов вырубили и починили светофор. А он подумал: «Бедняги! Я же дал им сигнал: «Пусть в небо свободен! А они!… Впрочем, может быть, у них просто не хватило смелости?»
Очень хочу, чтобы и смелости хватило, и упорства, и памяти на те моменты, которые были живыми, чтобы ориентиры держать.
Оля Сова, Бета
В продолжение мыслей о послевкусии Е.П.
Маш, те чувства и мысли, что ты описала, знакомы.
Меня тоже подтачивает изнутри мысль, что если ты на АСТ, это еще ничего не гарантирует)..
Недавно поняла, что принадлежность к какой-либо группе, действию - не делает тебя автоматически владеющим теми же качествами и способностями, тем же масштабом, что эта группа. Можно принять законы, мысли сообщества, не переваривая, не рождая своего.
Но тогда речь не о присвоении, а - о примыкании.
И тогда это очередное времяпрепровождение. Сам себя обманываешь!
Наташа, Тау
Мне тоже страшно стало, когда читала послевкусие Е.П.
Ведь планку - куда выбираться, мы устанавливаем для себя сами. Можно просто приподнять потолок, что и произошло со мной после 1-го года занятий. Содрогаюсь от этого..
А можно попробовать прорваться к небу! Если потолок поднимаешь, пространство лишь немного расширяется, и оно остается тем же самым. А небо - это бескрайние просторы! Кажется, так очевидно, небо - то лучше, интереснее! Почему тогда ограничиваюсь потолком? Небо страшит тем, что незнакомо, непредсказуемо. Но еще страшнее так никогда и не взлететь!! Хочу, чтобы у нас хватило смелости!
Надя, Сигма
На послевкусие Е.П.
У нас была удивительная группа! Круг, где я впервые училась быть открытой в боли и слабости (на моносцене) – и меня поняли и приняли! Круг, в котором, спустя несколько занятий, мне было неловко за получившуюся драму… Мы запоминали свои взлеты. Яркие и стремительные. Нам казалось, что мы их ценили. С этим ощущением мы и умирали…
Только сейчас понимаю, как сильно нас подкосило молчание в гостевой. Ключевые моменты в жизни группы не осмысливались, не обсуждались. Мне врезались в память слова ЕП на похоронах – «Так молчат, когда на груди, в горле земля. Покойники так молчат»…
«Все по одной цене»? Не уверена. Но получается так. Эта цена – молчание.
Евгения Белякова
Надя, у меня от твоего поста сразу и мороз по коже, и волосы дыбом, и ком в горле... Ведь из Сигмы на послевкусие больше никто, ничего. Умерли, так умерли.
Благослови тебя Бог, ты, кажется, живая?!
Таня, Сигма
Неимоверно удушающая пелена мертвого молчания нашей группы, и только Надька нашла слова... Может, правда только она живая...?
Почему? Что было не так? Что не сделала?! Чем второй год так отличается от первого?... И куда делись вроде показавшиеся крылья... Хотела поделиться мыслями...
Начало второго года. Я, наверно, в том же месте где и в начале первого. Только знаю, что может быть по-другому! Я попробовала краешек совсем другой жизни. Ведь меня взяли и ненадолго отнесли туда, а я может пару раз ногами оттолкнулась...
Второй год надо было идти туда, к этой другой жизни, САМОЙ. Каждый день. Не на заданиях. Не в теории. На практике. В жизни. Через боль и страх. И чем дальше, тем более самостоятельным должно быть это движение.
Сколько шагов я сделала? Один? Два? Три? А может вообще осталась на месте?...
Ведь только Надька нашла слова...
Надя, Сигма СЕНТЯБРЬ 2009 Перечитала историю группы Сигма. Делюсь мыслями. Знаете, когда наша группа начинала усиленно дружиться? Когда мы съезжали и нам давали пинка. Каждый где-то в глубине души чувствовал, что что-то не так. Но во внутренний конфликт это переходило редко, он (внутренний конфликт) подменялся внешним – с психотерапевтом, который пытался нас вытащить. Претензии к себе снимались, плавно перетекая в обидку на психотерапевта. Обидка становилась общим переживанием. Так и дружились – против. Прошло 3, 5 месяца. С большинством из «дружной» группы Сигма не виделась практически все лето. И не хочется – говорить не о чем…
Сегодня у меня была больница. Психиатрическая. Это одно из мест моей работы, если кто не знает. "Дом скорби", как его называли 100 лет назад. На самом деле нет там ни скорби, ни печали, ни радости, ни желаний, ни стремлений. Психические заболевания тем и страшны, что в первую очередь умирают эмоции.
Сегодня четвертое занятие. Предыдущее было обнадеживающим - у кого мерцающий мазок стал осмысленным, кто шаг польки поймал. А сегодня все пришли вялые и, как оказалось, все всё забыли. А главное, забыли, ЗАЧЕМ они здесь. Это бывает не только в ПБ...
Таня (стажер) растерялась. Я бы раньше тоже ужасно расстроилась, но меня спасает многолетний опыт. Ну, а дальше, мы их возбуждали, пробуждали, искали точки включения...И под конец, чудовищными усилиями слегка раскочегарили.
После занятий от усталости хотелось плакать. И по дороге домой почти засыпала за рулем...
Евгения Белякова
Вчера вела группу в ПБ (психиатрической больнице). Крошечный сдвиг у большинства. Чуть менее мертвые глаза... чуть менее глубокая погруженность в себя... Надолго ли?
У людей в ПБ есть то, о чем многие подсознательно мечтают - ПРАВО НА БЕЗДЕЛЬЕ. А мне нужно, чтоб им это "право" встало поперек горла. Чтобы они захотели вновь жить, а не существовать. Без их желания, как бы я не работала (хоть на разрыв сердца!), у нас ничего не получится. Если бы это понимали мои пациенты в больнице! Если бы это понимали и на группах "в миру"!
И до сих пор для меня загадка, почему одни выбираются, а другие так и остаются в этом вечном и бесконечном сне без снов.
Хотя у меня есть одна мысль: слово "выбирается" однокоренное со словом "выбор". Может в этом все дело?
Евгения Белякова
В этот раз больничка прошла прекрасно! Пожилой дяденька (он лет 20 на инвалидности) смог увидеть картинку на музыку. 25-летняя красавица (ей инвалидность сейчас оформляют) в театральном этюде поймала один верный жест. И вышла с занятий с другим лицом – как будто с лица сдернули деревянную маску! Еще у одной женщины на живописи получилась собранная, цельная картина.
Живопись на изменения психического состояния реагирует первая. И в ту и в другую сторону. Малоцветная живопись, да еще кусками – это хреново. Собранная, с оттенками и нюансами картина свидетельствует о начавшемся оживлении психики.
В целом, осталось ощущение, что почти вся больничная группа очень-очень медленно, но движется вперед. Движется помимо своей воли и желаний. Потому что своих воли и желаний у них нет.
Ах, если бы на группах «в миру» понимали бы, с чем они позволяют себе играть!!! В больничке-то можно и не оказаться. А вот близкое состояние поиметь запросто, когда не жизнь, а сплошная имитация – семьи, работы, чувств, отношений...
Пока больно - человек ищет помощи. Потом боль проходит. И он уже ничего не ищет. Существует. Не мертвый и не живой.
«Не дай мне Бог сойти с ума»…
Евгения Белякова
Трудности заставляют мозги шевелится. Мы придумали новое упражнение по живописи!
Мало ли чего я придумывала… но даешь на группе, а оно не идет, и все. А тут получилось! Мы чувствовали себя создателями!
После занятия внутри у меня били цветные фонтаны, и пела Монтсеррат Кабалье.
Будем вводить это упражнение и на группах «в миру». Оно гениально!
Евгения Белякова
По внутренним ощущениям урок супер! Дело не в результате, для результатов рановато. Дело в той золотой жиле, которую мы так искали, и нашли, и теперь разрабатываем. Золотая жила это чувственная игра с красками, которую мы ввели в этом году.
И у большинства получилась летящая, поющая, звенящая линия… Знаете, как меняется лицо человека, когда он почувствовал краску, и кисточку, и бумагу… А знаете, как меняется жизнь, когда ее ч у в с т в у е ш ь…
А еще Таня - стажер замечательно вела пластику. Вместе с французским поклоном мы длинной ложкой ели мороженое - с фруктами, шоколадом и орехами. Было очень вкусно! А Ольга (Вячеславна) потрясающе провела камни. Это ее авторская разработка. Мы трогали мох, и кору деревьев, и ловили ладонями солнечный луч, и дождь, и ветер…
Вот он, главный Клондайк на планете Земля – уметь чувствовать ВСЕ.
Евгения Белякова
У меня в больничной группе выкристаллизовался замечательный человечек. Во-первых, к 9 занятию можно с уверенностью сказать, что началось явное оживление эмоциональной сферы. И с каждым уроком в эмоциях проявляется все больше нюансов и оттенков. Во-вторых, несмотря на то, что больничная программа сильно сокращена и упрощена, он умудряется от нее взять по максимуму. Он прямо на глазах умнеет. Сам ищет и формулирует сложные закономерности, например, вышел на то, что нет печали или тоски в чистом виде, что любое чувство это всегда клубок разных ощущений!
А еще - в больнице никаких домашних заданий нет и быть не может… а он их сам себе назначает! Представляете, его никто не заставляет, а он дома играет с линией и с цветовыми сочетаниями, ищет различные формы деревьев… Сам!!!
Чудеса!
Евгения Белякова
Последние дни хожу в тоскливых раздумьях. Вдруг поняла, что работа в психиатрической больнице доставляет мне намного больше удовольствия. Там мы радуемся каждой, казалось бы, мелочи: хотя бы одному получившемуся мазку, верному жесту на театре, на минуту ожившим глазам… Но, извините, там у меня в группе люди со 2-й группой инвалидности. Люди за чертой, под чертой. Для них каждое крошечное «получилось» - настоящий подвиг!
А на группах «в миру» меня постоянно преследует ощущение обмана. Ведь НЕ НАСТОЛЬКО больны. Почему же все набросочками, наметочками балуются? И в глаза заглядывают: «похвалите меня, вон я сколько эскизиков принес»… Я им 100 градусов кипения на каждом уроке – потому что мне не интересно иначе. А мне в ответ еле тепленькую водичку – потому что не умеют иначе...
Это не только нынешние группы, это последние лет 5 уже продолжается. Все в полноги, вполсилы, кое-как.
Скушшшно мне…
Евгения Белякова
Вели занятие вдвоем с Ольгой (Ольга, кто не знает – врач 13 ПБ и занимается у меня в группе Сигма). Занятие от начала до конца было чудом. Чудом выстраданным, выстроенным нашими руками.
Когда я стала ощущать тугое тепло распускающегося в груди счастья? Может быть, во время уже совсем живых и даже оригинальных ассоциаций?? Или когда к Ольге подскочили двое наших пациентов и пригласили ее на польку? Или когда я, затаив дыхание, снимала на камеру театральные этюды? Они были столь хороши и свободны, что я забыла, что это больница, и что это психотерапия, и что это наши пациенты... Судя по лицам, и они забыли...
После занятия мы с Ольгой обнимались и плясали качучу в коридоре дневного стационара. А потом я ехала домой по МКАДу и вокруг меня, и внутри меня, и на всем белом свете было Счастье. Роскошное, бархатное, сверкающее бриллиантами и радугой во все небо, полноценное, полновесное, сочное, острое и густое счастье…
И я была гений и автор гениальной методики, и я всех любила, и меня все любили, это было понятно, потому что все водители на МКАДе были удивительно милы и вежливы.
Ночью мне приснилось, что мне 5 лет и я танцую босиком на лугу. Луг был мокрый от росы и весь в цветах. И всходило солнце…
Евгения Белякова
Ощущение хрупкого чуда в больнице не оставляет меня… Но вечером все это сбил звонок мамы одного из моих будущих пациентов. Этот молодой человек будет заниматься у меня в следующей группе. Мама заранее благодарит меня и уверяет, что на меня вся надежда. И обещает молиться за меня…
А мне от всего этого становится тошно. Потому, что за 10 лет работы в психиатрической больнице я наелась этого до отвала. Это нечестная, невкусная еда из протухших продуктов. В подобных пылких благодарностях всегда ощущается привкус вранья.
Чтобы не отравиться, я в лоб задаю простые вопросы, после которых пылкие благодарности стихают.
Как можно было не увидеть того, что видно всем окружающим – что у человека, которого ты называешь близким, родным и любимым серьезные проблемы с психикой, с миром, с людьми, с собой?
Как можно было не понять, что это НЕ НОРМА?
Как можно было запустить эти проблемы до такой степени, что вряд ли теперь кто сможет кардинально помочь…Ну, да, подлатать немного можно, но не вылечить.
Что это? Зачем? Почему? Звериное, животное охранение своей нервной системы, своего спокойствия? Или есть глубинные, скрытые в подсознании цели?
За что же меня благодарить, если я уже не смогу помочь? Ведь человек, которого ты называешь родным, тобою же и загублен.
Не верю я, что подобная молитва угодна Богу...
Светлана Захарова
О молящихся за нас родственниках...
Занимался у меня в прошлом году юноша двадцати лет.
Его папа звонил мне каждую неделю и постоянно восхищался то мной, то методикой, то беспредельными талантами своего сына. Я пыталась достучаться, что с его сыном беда, душевное заболевание, на что он сокрушенно охал, нет, не о сыне, об институте, в котором тот с трудом учился. Но тут же заранее благодарил и говорил, что на меня вся надежда, и он готов молиться за меня, обо мне, на меня и т.д. со всеми предлогами.
Мальчик занимался недолго, методику не потянул, институт - тоже. Папа исчез.
В этом году юноша дозрел, пришел и сейчас очень неплохо работает на группе. Но у "молящихся за нас" все переменилось. Теперь АСТ для них - это вселенское зло. Потому что в институт он не вернулся.
Уже месяц его активно выгоняют из дома.
Евгения Белякова
Гадкое занятие. Все были мертвые от начала до конца. Мерзкое ощущение бессилия стоит у горла, как подкатывающая тошнота.
Зачем мы с ними работаем? Им же ничего не нужно! Узнала, что наша прошлогодняя пациентка, которую мы вытащили с того света, опять попала в остряк (острое отделение). Оказалось, сама отменила себе таблетки, к тому же стала пить со своим сожителем... Вся наша годичная работа псу под хвост. Сегодня видела ее в отделении. Это опять не человек, а существо – холодное, злобное, тупое... А я помню ее живые глаза и милую, застенчивую улыбку… Ужасно!
В общем, жизнь прожита зря…
Евгения Белякова
Есть у меня в больничной группе пожилой дяденька, лет 20 на инвалидности. На занятиях вялый, почти спит. Да и в жизни такой же, уже лет 20…Краски выкладывает 3-4, не больше. А потом один цвет выберет и по быстрому картиночку сварганит – так дети лет 3-х рисуют. А в глазах одно желание – отстаньте от меня.
На последнем занятии уходящего года он выложил на палитру очень много цветов. Он рисовал стоя – чтобы видеть картину в целом... Он ДУМАЛ, что он хочет выбрать из этого многоцветья, и рука его со шпателем металась и замирала над палитрой… Время от времени он всхрапывал как лошадь, потому что от мозговых усилий забывал дышать…
Результат? Три больших портрета цветов - тюльпан, колокольчик, роза. Ярко, красочно, мощно, свободно. Ничего этого быть не могло, потому что не могло быть… Но это было!
Я теперь понимаю, что имел в виду Паганини, когда утверждал: «Твой Бог говорит с тобой игрой твоего инструмента».
Мой Бог говорит со мной… Регулярно!
Евгения Белякова
У меня изумительная группа в психиатрической больнице. Это моя последняя группа, потому что по независящим от меня обстоятельствам из больницы мне придется уйти. Мировой кризис… сокращены ставки психотерапевтов в больницах... не только в нашей – везде.
В общем, самой эффективной (в мировой практике) психотерапии для людей с психическими расстройствами больше не будет. Нигде. Стараюсь относиться к этому философски.
Наташа, Тау
Евгения Петровна, с ужасом читаю про то, что Вам "придется уйти" из больницы. С ужасом, потому что для душевнобольных занятия по методике АСТ - единственный шанс обрести душевное здоровье. Мне посчастливилось видеть Ваших пациентов в динамике до и после АСТ -терапии: они становились живыми людьми, про некоторых невозможно было даже сказать, что у них психическое расстройство. Я психиатр, но никогда не видела таких результатов при лечении душевных расстройств методами, которые традиционно используются сегодня в медицине.
Евгения Белякова
Как все вдруг заволновались, что в больнице групп больше не будет! Наверное, нарисовали себе душераздирающую картинку, как жаждущих выбраться из болезни пациентов лишают этой возможности… Думаете, у нас очередь на единственные-в-мире-группы АСТ? Да фигушки! Каждые раз мы у г о в а р и в а е м наших пациентов пойти в бесплатную для них группу...
Дело в том, что психическое заболевание обостряет инфантильные черты. Поэтому у большинства - куча претензий ко всем, и уверенность, что все должны, и высокомерие выше крыши, и знаменитое право на безделье.
В психиатрической больнице все как в жизни, только ярче, откровеннее. Инфантилизм - так до крайности, неблагодарность - так совсем черная, с втыканием ножа в спину и докладной начальству.
На самом деле, больничные группы это самый большой парадокс в моей жизни. 10 лет мы творим никому не нужные чудеса. Не нужные ни государству, ни большому психиатрическому начальству, ни самим больным, ни их родственникам.
В общем, работа в больнице, как всякая работа на Вселенную - абсурдна, бессмысленна и неблагодарна.
Много лет назад на одной психиатрической конференции АСТ назвали «второй революцией в психиатрии». (Первая была в 50-х годах, когда открыли нейролептики). АСТ доказала, что под страшной коркой этой таинственной болезни есть здоровое начало. И до него можно достучаться, докопаться… Жаль, что это открытие оказалось никому не нужным. Ни у нас, ни за рубежом.
Почитаю за счастье, что работающую ныне группу дают довести до конца.
Евгения Белякова
Как же я люблю свою работу в ПБ! Настоящая психотерапия всегда экзистенциальна, она впрямую затрагивает главные вопросы человека – смысла жизни и смысла смерти. Но на группах «в миру» мы долгое время вынуждены играть в политкорректность. А в ПБ можно все в открытую.
В этот раз темой театрального этюда была смерть. Красавица Наташа играла неудавшуюся самоубийцу. Я долго расписывала, как она вскрыла себе вены, и как ее нашли в ванне, плавающей в собственной крови... По предложенной мной версии, остальные члены группы были ее родственники и друзья. Они пришли к ней в больницу, и должны были рассказать ей, почему она не должна умирать. Все работали на одних интонациях, вместо слов произнося: «то-та». И в их интонациях должно было быть столько всего, чтобы мы поверили. А для этого надо было поверить в это самому…
Как убедить другого человека в ценности жизни, если сам этого не ощущаешь?
У нас получилось. Может быть потому, что за пол года работы мы ее чуть-чуть начали ощущать… Смею в это верить, иначе не было бы таких интонаций. И лиц. И глаз…
У нас!! Получилось!!!
А у вас?..
Евгения Белякова
Закончилась моя работа в больнице. Последняя группа была подарком. На живописи было - за уши не оторвать. Мы охотились за оттенками и нюансами, и если нам удавалось кого-нибудь из них поймать и приручить, это немедленно отражалось в лицах. Как будто отсвет костра начинал перебегать по застывшим чертам…
А театр? Мы придумываем этюды вместе, хохоча и перебивая друг друга. И теперь, через год работы, они импровизируют легко и свободно, они ловят глаза и интонации друг друга, они по ходу дела меняют сюжет… И к концу занятия как будто сдирается - приросшая к душе, вросшая в душу - корка болезни.
Как ощущения? - спрашиваю я после занятия. И мне отвечают: как будто радуга в груди.
Когда настанет мой срок, и Господь призовет меня, и спросит с меня со всей строгостью, я скажу Ему: «Господи, я сделала много зла. Но в моей жизни была психиатрическая больница. А я была в ее». И я знаю, мне многое простится… Если бы у меня было время, я бы дописала давно начатую книгу «Психиатрия - любовь моя». Она начинается так:
«Как полковая лошадь при звуках военного марша начинает перебирать в такт ногами, так я, переступая порог больницы, начинала улыбаться. Я шла по отделению и сияла. Я разбрасывала вокруг себя улыбки, словно кинозвезда в окружении поклонников. Поклонников? Не думаю, что большинство наших пациентов, знают, как меня зовут. А это неважно. Потому что в психиатрическую больницу я приходила не работать, а обольщать, очаровывать. У меня там было НАЗНАЧЕНИЕ: Я была - Жизнь - сверкающая, манящая, зовущая…»
В больницу меня привел профессиональный интерес - попробовать АСТ в тяжелой патологии. Первые же результаты окрылили настолько, что я зазналась. Я повторяла за героем фильма «Господин оформитель»: «Этот, с нимбом на голове - он мой соперник. ОН делает, а я доделываю…»
А потом самолюбие отступило. Интерес перерос в нечто большее – в любовь, негромкую, неяркую, безвозмездную. Любовь привела с собой смысл. Смысл указал дорогу к назначению. Все так озабочены найти это пресловутое Назначение, и мало кто догадывается, что назначаем-то мы себя сами...
В чем состоит моя работа? Я пытаюсь превращать камни в птиц. Думаете, камни мечтают об этом? Отнюдь! Слишком давно они пребывают в сером, вязком пространстве вечного и бесконечного покоя. Мы стремимся пробудить их от темной дремоты, вдохнуть в них желание желаний. Иногда получается... Это «иногда» - настоящее чудо.
Впрочем, все наши достаточно регулярные чудеса не принесли нам ни славы, ни богатства. Зато мне было позволено узнать какое это счастье, когда сплетаются Могу и Умею.
Это мое последнее занятие в больнице. Совсем последнее. На прощание не было ни фейерверка, ни оркестра, ни цветов. Мы просто сказали друг другу спасибо.
Сажусь в машину, включаю радио. В тишину больничного двора врывается Сasta Diva. Дивный женский голос переливается страстью и нежностью. Он взлетает над обыденностью и суетой, над искушением тараканьих бегов, над радостями мышиной возни… Он рассказывает о том, что в этом мире есть другое измерение. В нем единица и точка отсчета – Чудо, и камни там могут превращаться в птиц.
Мне было позволено к этому прикоснуться.
Евгения Белякова Вчера было занятие группы Тау (у нас группы обозначаются буквами греческого алфавита). Это «свежачок» - первый год, четвертое занятие. Проходили мы клинику – что такое психопатологический диатез и т.д. Вымоталась ужасно, приехала домой выжатая, как лимон. Ощущение, что я их перегрузила информацией. Это было видно на стихосложении – все немного «поплыли». С другой стороны, очень хотелось объяснить, зачем им все это нужно. Донести, что в их жизни наши занятия сейчас - самое главное. Как всегда, куча странных, не имеющих отношения к делу вопросов: про ЕГ, про мимику актеров… Как хитро защищается человеческий мозг! Главное, не понять самого главного. Но вообще группа мне нравится. Презентация себя оправдала! Единственно, группа слишком большая и не все тянут сильную программу. А у нас начинаются сложные ассоциации, для некоторых это засада... Смотрю еще месяц, и 2-3 человек переведу в вольнослушатели, еще пару - на группу с облегченной программой к Светлане. Кого точно пока не знаю, одни наметки. Тогда и в нормальный ритм войдем, и успевать будем больше. Ах, когда группа работает на полную отдачу – это такой подарок! И для группы, и для меня, и для Вселенной...
Евгения Белякова Живопись пока бедненькая, это и понятно, живопись отражает состояние чувственной сферы. Плохо у нас пока с чувственностью. И в анкетах такие странные вещи пишут! Особенно удивляют заказы волшебной палочке. Много пустого, нелепого. А вот со стихами прорвались. Сильная группа. Басни были очень хороши – большинство честные и качественные. Честные - это когда действительно ПРО СЕБЯ. Качественные - это когда каждое слово подобрано, выстрадано. А сильная группа это когда не врут себе и окружающим. ИМ надо и они работают. Чтобы выбраться, чтобы прорасти, чтобы взлететь! Впечатление, что часть народу, наконец, стали понимать, куда попали. А как на польке оторвались! Сегодня мы танцевали польку «в кабачке на Монмартре». За ногами и руками никто уже не следит, все действительно танцуют, и ах, как горели глаза! После занятия у меня осталось ощущение осмысленности и наполненности моей жизни. Между прочим, так в энциклопедическом словаре обозначается понятие счастья…
Евгения Белякова Все сплоченнее, все собраннее, все умнее, все энергичнее. Впрочем, пока они работают за счет моей энергетики, ума, опыта, образования. За счет МОЕГО интереса к жизни. И задачи перед ними ставлю я. Это работа в кредит. Это еще не жизнь, это преддверие. Перед дверью. Собственная жизнь начнется только когда пойдет СВОЯ энергия, и задачи будут ставиться собственные. Я не знаю, когда это произойдет. Бывает по-разному. У некоторых никогда. И вся жизнь – в кредит, за счет чужих сил, мыслей, поступков. У других, подстегнутых болью и тоской по живой жизни, это происходит…раньше или позже. Но никогда, ни у кого – легко и быстро! А начинается все с малого. Когда невозможно прийти на занятие с неряшливой подделкой. Когда в каждом задании нащупывается новая ступенька лестницы. Лестницы, ведущей из ямы наверх. Когда на фигню становится ужасно жаль сил и времени, потому что каждая минута занятия драгоценна. Может быть, со временем, драгоценным станет и каждый день жизни. Может быть… А вообще, хорошее, крепкое занятие.
Евгения Белякова Интересно, что большинство наши упражнения - и живопись, и ассоциации, и стихи не делают, а насилуют. Причем одни насилуют зверски-истово, а другие индифферентно-вяло... Думаю, в той же манере, и те и другие насилуют жизнь. А потом удивляются, что у них с ней не складываются отношения… Кто ж вас за изнасилование полюбит? Вопрос на засыпку – а вы ее, жизнь, любите? А хоть что-нибудь или кого-нибудь любите?? А если честно?... Может быть, поэтому такое странное отношение ко времени занятий. Пока задаются идиотские вопросы, пока задания делаются кое-как, пока мы это кое-как разбираем – время жизни уходит... ВАШЕЙ ЖИЗНИ!
Евгения Белякова На другой день после занятия обзвонила некоторых товарищей из группы, отправила к А.П. на индивидуалку. Интересно, что я еще должна и гоняться за людьми, и уговаривать, и подстегивать, и стимулировать, чтобы человек не только захотел вылезти из своей ямы, но хоть одно движение сделал в нужном направлении! Получила массу завуалированных претензий, типа: «хожу уже 9 занятий, а где обещанные яркие, сильные, эмоции?» Господа халявщики! Нет, и не будет вам эмоций. Нет, и не будет вам ни Любви, ни Жизни. Не заработали! Те эмоции, о которых вы мечтаете – божий дар. Их ищут, за ними за тридевять земель ходят, их отвоевывают, завоевывают… Каждый имеет ровно столько любви, тепла и света в душе, сколько прикладывает сил, чтобы их добыть.
Евгения Белякова Ряды группы редеют. Не все понимают почему, поэтому раздается вопль: «за что»? Ведь люди старались… Старались куда? Старались зачем? Происходит подмена понятий – затраченные силы и время выдаются за главный результат. «Мы копали от забора и до обеда». Представляете, Золушка с утра до вечера готовит еду – режет, парит, варит… А все, что приготовила пережарено, переварено, несъедобно, невкусно…А она обижается - ведь старалась, бедная. Ах, дорогие мои! Да не оценивается нигде и никем голое старание, оценивается только результат. На группах АСТ к 10 занятию главный результат это поумнение, активная и продуктивная работа мысли, умение анализировать. В книге Курта Воннегута описан надгробный камень, на нем надпись - «Он старался». Страшная надпись. Получается, больше про него за всю жизнь и сказать было нечего...
Евгения Белякова Как всех шарахнуло от теории про инфантилизм! Слова Богу, поумнели настолько, что способны воспринять эту информацию глубоко и серьезно. А вообще, роскошное занятие! Кажется, к третьему месяцу большинство врубились, что значит работа души. Стихи умные и в самую суть и сколько живой, неподдельной боли! А по живописи можно сделать вывод о кредо каждого из участников. У одних только наброски. Много. Но наброски. Похоже, эта жизнь для них как репетиция. У других вроде и тщательно сделанные, законченные работы, а жизни в них нет. Третьи, с тайной надеждой, что не заметят, ничего не принесли. Но с удовольствием смотрели чужое. Интересно же, как люди чувствуют, и думают, и добиваются чего-то... Зато на польке все оторвались по полной! Лица светились… Как же я люблю свою работу! За ее непредсказуемость – ну невозможно, при всем моем опыте, абсолютно точно предсказать, как человек пойдет на группе. Ты на него ставку делаешь, а он скурвился… Ты на 90% уверен, что ничего не получится – а он вверх полез. А еще люблю, за то, что сама умнею с каждым занятием, с каждой группой. Еще за многое люблю, но об этом позже.
Евгения Белякова Набираем обороты. Стихи получаются даже у тех, кто об этом никогда не мечтал. Уже не только не боимся душу открывать, но и ЕСТЬ, ЧТО ОТКРЫВАТЬ. Группа Тау! У большинства из вас стали проклевываться в душе живые росточки чувств. Берегите их! Хольте и лелейте! Некоторых с непривычки это может напугать, а вы попробуйте этому обрадоваться…
Евгения Белякова Отсев продолжается. Печально, но закономерно. А еще типично. Дама, которой я предложила перейти в вольнослушатели, решила, что она придет на следующий год. И уж тогда будет заниматься, как следует! Она очень удивилась, когда я сказала, что не возьму ее. Ни на следующий год, никогда. По тому, КАК человек работает, видно, стоит игра свеч, или не стоит. Синие Птицы не любят, когда им морочат голову, и не прилетают дважды...
Евгения Белякова Стихи все изысканнее, (чего не скажешь о живописи). Глаза все умнее. Разговоры все глубже… За роялем вышли на интересную мысль. Все мы мечтаем, чтобы где-нибудь на Земле было место, где нас будут любить «такими, какие мы есть», где безоговорочно примут нас любых - глупых, жалких, убогих, нелепых… В глубине души мы по - детски обижены, что все на свете надо завоевывать – и свое место под солнцем, и дружбу, и любовь… Мы бы так хотели получить все это на халяву, без усилий, без траты душевных сил и времени! Ан, нет, не получается. Не дают нам за один грош кучу пятаков. Правда, несправедливо?! Я могу утешить всех, кто хочет, чтоб их принимали «такими, как есть». Есть такой адрес, где безоговорочно принимают всех. Это Смерть. Она единственная, кого завоевывать не надо.
Евгения Белякова Стихи просто отличные! Живопись вразумительная, но пока всего лишь… вразумительная. Хотелось бы чувственности. Очередной эксперимент века. Последние годы народ на наших занятиях все больше пользуется диктофонами, а живопись многие фотографируют. И начали мы отмечать, что группы двигаются не только медленнее, но и качественно хуже. Потому что на занятии можно вполуха и вполглаза. Потому что иллюзия, что все, что не успел, можно потом догнать, дослушать, досмотреть. Происходит чудовищная подмена. Вместо того чтобы душу включить и почувствовать живопись, ее фоткают. Вместо того чтобы поймать хоть один драгоценный камень из россыпи мыслей и чувств, что кидается на занятии к ногам каждого, их на диктофон пишут. Архивируют. С надеждой, что потом можно переслушать и все понять. И формируется то же отношение к жизни– ПОТОМ увижу, разгляжу, разберусь, пойму… Да нету никакого «потом»!!! Ни остановить, ни заархивировать мгновение нельзя. Получится – «мумия мгновения». Представляете: "сегодня с утра меня посетила мумия печали. Но вечером ко мне пришла мумия любви и принесла с собой мумию радости. В тот момент я решила, что мумия моей Жизни удалась!"
Евгения Белякова Разбор живописи в динамике. По накопленным за пол года работам видно все: от психического состояния человека до его жизненных стратегий. Один делает шаг вперед и немедленно 2 шага назад. Другой стоит на месте и ждет бульдозер, который его сдвинет с места. Третий долго сомневается, накапливает, но уж прыгает, так сразу через лестничный пролет… Потом были стихи - глубокие, честные. И уже не стихосложение, уже поэзия… После занятия лица у рояля светились, как будто у каждого внутри горела маленькая лампадка. Перефразируя Достоевского, хотелось сказать: «Запомните этот вечер. Сегодня вы были - живые!»
Последние недели я чувствовала, что увядаю. И вовсе не от двойной нагрузки (презентация + курс типологии для актеров студии Виктюка). Любая нагрузка по плечу, когда она возвращается результатом, когда от нее умнеешь. Последние недели я тупела. И отчаяние бродило рядом. Потому что ТАК заниматься мне не интересно. Не мой масштаб! Я предлагаю царскую корону, а от меня хотят дешевую фенечку… Группа Тау, спасибо! Вы меня реанимировали. Знаете, что означает слово «реанимация»? Возвращение души.
Евгения Белякова
«Дивная, дивная жизнь была на Тауницком озере!» Г. Ибсен.
Дивное занятие было в среду на группе Тау! Группа сейчас в той счастливой поре, когда пришло понимание, ЗАЧЕМ они здесь, и еще наработались умения, а еще появились желания... В общем, часть котят утонула, зато остальные, вопреки предначертанному природой, научились плавать. И получают от этого удовольствие! После занятия отмечали очередной день рождения. И в мерцании свечей звучали умные, нестандартные тосты, и лица были живые – и, ах, какие красивые! Проснулась на другой день в чудесном настроении. Потому что я умею удерживать в своей психике все «чудные мгновения», подаренные мне Жизнью. Я умею их искать, ловить, удерживать, и с великой благодарностью хранить в памяти. Может быть, поэтому мне с годами все интереснее и вкуснее жить... Хотите так? Научитесь, наконец, делиться! Не в приватных беседах друг с другом, а с Миром. Это значит, писать в гостевой. Поймите, наша «гостевуха» не нуждается в подкормке, она достаточно активная. И это надо не нам, а вам. Это тоже часть психотерапии – сформулировать для себя, чем этот день отличается от других. Ведь для того, чтобы описать свои ощущения их приходится осмысливать. И пока их осмысляешь, подбирая каждое слово, они удерживаются и п р и с в а и в а ю т с я психикой. Иначе какой смысл в бочку без дна наливать драгоценное вино?
Евгения Белякова В молитве «Отче наш» есть слова: «Хлеб наш насущный даждь нам днесь». Никто не может, не должен молится: «Чудо насущное даждь нам днесь». Я так молюсь. О, я знаю, чудо не может быть насущным, оно - Чудо… И все же, ищу его в каждом дне. Потому что самое страшное для меня – пустой и пресный день, без открытий, без радостного (или горестного) выдоха к концу дня: «Как интересно!» Иногда сама нахожу, иногда посылается… В среду с группой Тау мы сотворили его вместе. Благодарю группу Тау за великолепное занятие. От начала до конца - честно, глубоко, качественно. Благодарю Натулищу за доверие ко мне и за великое мужество в нашем с ней театре...
Евгения Белякова Последнее занятие группы Тау. Разбор живописи второго полугодия. Как всегда, много гостей из других групп. Еще бы, чужую динамику посмотреть, со своей сравнить! Ведь по динамике в живописи можно прочитать мироощущение человека, его миропонимание. А еще, его подсознательное кредо… Заглядывали ли вы в лицо своему кредо? Мы заглянули. Реакции были - от восторга до смертной тоски… Затем мы дочитывали финалы мелодрам. Герои (субличности) уже настрадались и заработали себе счастье… Какое? Оказалось, это самое сложное, ответить на вопрос: чего я хочу? Шаблонное представление о счастье на этом этапе уже не привлекательно. А о своем - весьма туманные представления... А потом было фехтование - бой с Судьбой. Великолепные авторские постановки с такими трюками, с такой внутренней свободой и драйвом, что кровью могу подписаться - за 20 лет работы никогда ничего подобного не видела! Все наши упражнения для того, чтобы вызвать и присвоить ощущения. Если этот драйв из фехтования перейдет в каждый день, это будет - ЖИЗНЬ! Группа Тау закончила свой первый год… обучения? Поумнения? Просветления? Может быть, они сами про это расскажут?
Мое напутствие группе Тау на лето: Помнить, что нет раз и навсегда завоеванных высот. Каждый день, просыпаясь, задайте себе вопрос: Я кто? Я зачем здесь? И попробуйте ответить на него честно. Постарайтесь, как можно чаще писать в гостевую книгу о том, что увидели, поняли, почувствовали... Вы будете писать, зная, что вашу запись через несколько дней сотрут. Вы будете писать для незнакомых вам людей, без надежды, что вас услышат, оценят, похвалят, да вообще отзовутся! Но это и есть - отдавать! А еще это значит нести дальше огонек, зажженный в вас на занятиях АСТ. Только передавая другим этот огонек можно разжечь в себе пламя. В противном случае быстро вернешься к исходнику. Проверено.
Евгения Белякова Группа Тау открыла свой новый сезон. Теперь у них есть титул. Они называются - старшая сильная группа. Обязывает… К чему? А вот это мы и выясним на следующем занятии вместе с группой Тау. За лето несколько расклеились, но совсем чуть-чуть. В общем и целом живенькие, что говорит о качестве нашей реанимации (напомню, «реанимация» в переводе – возвращение души). Зато один человек, несмотря на большие каникулы, прямо расцвел! Это видно было и по живым, сияющим глазам, и по богатой мимике с оттенками и полутонами, и по умному, оригинальному коллажу. В этом, собственно, и состоит наша главная задача: запустить этот полумертвый механизм так, чтобы дальше он сам набирал обороты. Произошло только у одного. Почему? Секрет прост. У большинства в группе Тау один страшный «симптом» сохранился в неизменности – это зацикленность на себе. Кроме себя пока никого и ничего не видим и не ценим. Симптом? Или смысл и цель жизни? А тот единственный, у кого движение вперед и вверх продолжилось, просто научился за прошлый год отдавать… Просто? А вы попробуйте! Вообще же все прошло в отличном темпе и с неплохими (после лета) результатами. Только отчего-то не было во мне искрящейся радости, как бывает обычно, после удачного занятия. Мне было одиноко и навалилась усталость. Мне очень не хватило живого отклика. Им все это интересно? Им все это надо? И на другой день от Тау ни слова в гостевой. А «был ли мальчик» (то бишь занятие)? И куда делись драгоценные россыпи мыслей, брошенные к их ногам? Вспомнилась фраза из речи прошлогодней группы: «…Нас вполне устраивает брать то, что так радостно эти полубоги отдают». Тень группы Сигма. Девиз группы Сигма. Стратегия группы Сигма. А вдруг, и ее судьба?
Евгения Белякова Говорили все о том же, о мертвом и живом мире. Слава Богу, здесь хотя бы понимали, о чем я - в глазах была смертная тоска по живому и настоящему. О Тау пока рассказывать особо нечего. Пытаемся войти в работу, будет что-нибудь интересное, обязательно расскажу. А пока поделюсь, как мы отмечали мой день рождения. Было очень много цветов, чтобы унести их все, пришлось вызывать на подмогу Плюшу. Сразу после занятия мы со Светой и Плюшей поехали в наш ресторанчик на Гоголевском бульваре. Цветы стояли вокруг нашего столика в вазах и ведрах. И мы подумали, что не можем радоваться этому буйству жизни в одиночку. Простите меня все, но мы распотрошили эти замечательные букеты и с охапками цветов вышли на улицу. Мы тормозили машины, залавливали редких, в этот час, прохожих, и одаривали их цветами. Думаете, народ удивлялся и радовался? Фигушки! Мы столкнулись с настороженностью и подозрительностью, с претензиями («почему вот эти белые, а не те красные?») А кое-кто воспринял это как само собой разумеющееся («дайте-ка мне вон ту лилию») Один практичный дядька посетовал: «Где ж вы были раньше? Я жене уже букет купил, а мог бы сэкономить». Офисный клерк решил, что это рекламная акция (в час ночи?). Сотрудник генштаба после небольшого допроса (что происходит??) унес розу в негнущейся, вытянутой перед собой руке. А радости было мало. Запомнился толстый дядька, который захохотал и сказал: «Здорово!» и еще беззубый дворник, который совершенно по-детски расцвел и понес сиреневый георгин как царский скипетр... В православии есть такая икона - «Нечаянной радости». Интересно, а многие ли способны оценить не придуманную заранее, нечаянную радость?
Евгения Белякова Почти вошли в рабочее состояние. Коллажи – вразумительные. До шедевров пока далеко, но хоть понятно! И кое-кто даже удовольствие получать стал. Психологические детективы - искренне и глубоко, слушались с замиранием сердца. Театр не только яркий, но и умный. Конечно, разница между первым и вторым годом колоссальная. Не только потому, что на одном языке разговариваем, просто уровень миропонимания принципиально другой. Спасибо Тау, на прошедшем занятии мне было с вами интересно! Жаль, не успели такое вкусное лакомство, как разбор сыгранных театральных этюдов. Время – ваш враг… А подружиться не пробовали? Или хотя бы заметить его?
Евгения Белякова Занятие страшное. Совершенно мертвый ввод в риторику, который обычно идет «на ура». Это базовое занятие, и не про риторику оно, а про «чем мы отличаемся от животных». Судя по эмоциональным реакциям, с таким же успехом я могла бы рассказывать про риторику морским котикам или тюленям. Спрашиваю, группу: что будем делать, работаем дальше или закрываем группу? В ответ - молчание. И я вижу - в глазах плещется боль и… покорное смирение. Смирение скота ведомого на бойню. Идет такая коровка, молодая, в самом соку, идет, тупо понурив голову. Ей бы перескочить через загородку, ведь там луга с вкусной травой, леса и реки! Но идем на бойню. На смерть. Даже попытки нет отстоять, отбить свое право на жизнь!!! Своих желаний вообще нет, есть веление природы. А природа велела дойти и подставить затылок. Давайте отбросим политкорректность и назовем вещи своими именами. Дети – пеналы (оно же психопатологический диатез) для природы и человечества - это второй сорт. Пришли из тумана, вяло протосковали отпущенный срок, нарожали таких же убогих, показали им, как никчемна жизнь, и ушли в туман… Бывает иначе? Бывает. Могу назвать много великих, и не великих тоже. Они не случайно выбравшиеся, они для себя выбрали живой мир. Ему природа: «пошел вон, второй сорт, тебе не положено», а он не в дверь, так в окно. Бывает. Не часто. Мы создали идеальные условия для «дорасти до человеков». Согласитесь, никто никогда за всю вашу жизнь не возился с вами так, как возятся на АСТ. Не вглядывался, не ловил нюансы и оттенки вашей обедненной человеческими качествами души. Не радовался крошечным сдвигам, мельчайшим успехам… Никто. Никогда. Нигде. Тогда почему?????
Евгения Белякова Продолжаем разбираться, как кому с кем работается. Оказывается, говорить искренне не значит обижать. Оказывается, искренность не рушит отношения, а делает их крепче и глубже! Группа Тау сейчас получает уникальный опыт человеческих отношений, без манипуляций, равнодушия политкорректности и вранья. Если этот опыт суметь перенести в жизнь… это будет совсем другая жизнь!
Евгения Белякова Занятие густое, полновесное. Какой же это кайф, когда мы с группой говорим на одном языке! И какой же это кайф, когда мы стремимся - к одному… А еще группа Тау, кажется очень близко подошла к одной из главных тайн бытия. Она гласит: На хрена тебе результат, если ты не получаешь удовольствие от процесса? Конечный результат жизни, это что? Правильно, смерть. А много ли радости вы получили по дороге к ней? Считаю, что наши три с половиной часа занятий мы прожили достойно.
Евгения Белякова Очищение… Вот как это называется! Очищение. Группа Тау сейчас как ледокол, разбивающий страшные льды игр, иллюзий, политкорректности, равнодушия… Мы идем к чистой воде, мы идем к теплым морям Душевной Близости и цветущим островам Искренности. И каждое занятие - поиск, битва, боль, открытия, праздник, но никак не повседневность. Какое естественное словосочетание - группа работает. Такое же естественное, как «птица летает». Нам все интереснее вместе.
Евгения Белякова Хочу поблагодарить группу Тау за пережитые вместе мгновения. Нас накрыло. А меня до сих пор колотит. Мы все прикоснулись к редкому, (даже в моем опыте) чуду реанимации. Когда не только на твоих глазах, но и твоими усилиями в человека возвращается душа… Чудо. Таинство.
Такие мгновения не случаются вдруг, ни с того ни с сего. Мы это все вместе заработали.
Евгения Белякова Как оказалось, расслабляющие мозги каникулы в этот раз на группу Тау почти не повлияли (в отличии от прошлого года). Пришли бодрые и готовые ко всему, немедленно натянули паруса и радостно двинулись в путь. Потому что уже вкусили, что плыть навстречу ветру интереснее, чем гнить в порту. Спасибо, группа Тау, за яркие реакции, за умные комментарии, за великий труд - думать.
А еще, у нас с группой Тау был дивная Новогодняя ночь, полностью и целиком сымпровизированная. Заранее было условлено только место встречи – наш со Светой ресторан на Гоголевском. Это не просто ресторан. Это место, где нас любят. История следующая. Месяца два назад официантка Лилечка намекнула нам, что она работает в Новый год... ну, да, развлекательной программы у них не будет… но если мы вдруг захотим... И мы захотели! А в последний день занятий позвали группу Тау. И они явились. Именно явились! Они были после спектакля Виктюка «Служанки», поэтому не вошли в ресторан, как порядочные люди, а, как бы это сказать, клубясь, вплыли. В общем, кто смотрел «Служанок», знает эту знаменитую, вычурную и изысканную виктюковскую пластику. Вот так группа Тау и появилась в условленном месте. И с этого начался наш общий праздник. В этом ресторане нам можно было все. Сдвинуть столы как нам удобно, погасить свет как мы хотим. На вопрос: «а можно...», нам отвечали: «вам можно все». А управляющий подарил нам бутылку особого, волшебного вина и велел выпить в 2 часа ночи. Было очень красиво: елка, камин, и почти все наши были в вечерних туалетах. Была очень вкусная еда. А еще сюрпризы - когда без 5 двенадцать вбежала Ольга-из-Америки, а уже после 12 прискакала Богинская, и так красиво и театрально страдала за окном, показывая, как она хочет к нам... Телевизор мы вырубили и гимн спели сами. Мы танцевали полонез, и польку, и сиртаки, и смесь всех этих танцев. Мы разговаривали об умном и главном – о Жизни, о Смерти, о Любви. Мы штурмовали памятник Гоголю, вернее, снежную кучу вокруг него. И мы бесконечно импровизировали, а поводом для импровизации служило все вокруг! Наверное, праздник получился, потому что не было случайных людей. Людей, которых надо было бы заводить, веселить. Праздник сплетался нашими общими усилиями, и была дивная атмосфера, потому что золотой мячик любой брошенной идеи немедленно подхватывался всеми… Я прямо чувствовала, как этот золотой мячик парит над нашими головами!
Вас не было с нами в эту чудесную новогоднюю ночь? Ах, не позвали… А ведь могли… Тогда почему?...
P.S. Попытались рассказать на других группах о том, какой может быть встреча Нового года, но нас сбили на лету репликой: «а мы тоже хорошо посидели». Рассказывать дальше не захотелось. Так, наверное, футболисту экстра-класса неохота рассказывать про чемпионат мира людям, которые в ответ говорят: «ну, да, я тоже в настольный футбол иногда поигрываю»
P.P.S. А ведь, наверное, многие понятия не имеют, что это такое – Настоящий Праздник…
Евгения Белякова На группе Тау я люблю рассказывать, что в моей жизни произошло ценного. С ними в кайф делиться сокровенным! Потому что они моими мыслями и чувствами не подпитываются, не жрут их, не хапают. Они принимают это как Дар - с благодарностью, и с ними можно обсудить все это. На равных. При этом мы успели все, и еще немножко больше. Работали четыре часа, и было не в напряг ни мне, ни им. Новый материал по театру я давала, когда время занятия уже кончилось. Потому что им хочется давать еще и еще. А к концу занятия произошло чудо – у меня перестала болеть спина. Боль, с которой я давно живу, как будто выключили! Она вернулась - после езды на машине по гололеду, но ее не было на занятии!
Евгения Белякова Крепкое, рабочее, живое занятие. Но я сегодня хотела не об этом. Самое интересное было после занятия. Очередная попытка реанимации. Мы бились за уходящую под лед душу. И пришедшая посмотреть занятие Ольга Вячеславовна (наш психотерапевт) немедленно включилась в эту битву. А душа помощь не принимала и даже от нее не отбрыкивалась. Молча, не глядя вокруг, не глядя никуда, погружалась в полынью. И от этого было особенно страшно… В этот раз мы ее вытащили. Но я до сих пор совсем не уверена, что ей это было надо. Спасибо, группа Тау за то, что мы бились плечом к плечу, за пережитые вместе тоску, и ужас, и отчаяние…
А еще всем нам предупреждение Свыше - эта полынья ждет каждого, кто забудет о ней.
Евгения Белякова В пушкинском музее есть картина Ван Гога «Виноградники в Арле». И если она вам откроется, она вас просто снесет, сотрет в порошок. Это будет, будто вас ошпарили. Мазки - рваные, грубые. Душное солнце. Кипящее масло реки. Испарина. Запах земли и раздавленного в пальцах винограда... Слово «созерцание» к ней никак не подходит. Не для нее. Чтобы ее почувствовать, надо войти внутрь, в это действо, тогда слышатся запахи, и ощущается вся ее обжигающая мощь. А еще, глядя на нее, приходят странные мысли. Жизнь - это тяжелая работа… И сразу вспоминается: «хлеб свой насущный будешь добывать в поте лица своего»... Но почему такие сочные, горящие цвета? Это же праздник! Гимн. Чему? Работе? Действию? Движению? Напряжению? Я могу только догадываться, что хотел сказать автор. Но это состояние я очень хорошо знаю. Нет ничего выше, сильнее, вкуснее его!
В группе Тау 8 человек. А гостей было 9. Работать было тяжело даже мне. Потому что психотерапевтический процесс интимен, он не для публики. Тогда зачем я позвала столько гостей? Чтобы мы научились работать в любых условиях. Как говорит наш ослепительный Ефим Борисович: «Даже если тебе оставлена щель, ты должен в ней состояться». На этом занятии мы состоялись. Вопреки условиям! К концу занятия часть наших гостей устала и вырубилась. А группа Тау была как горячий гейзер. В их лицах отражались, искрились, переливались сочные, горящие цвета «Виноградников в Арле».
Евгения Белякова Я люблю давать на группе Тау новый материал. У меня каждый раз ощущение, что мы вместе идем по пещере Аладдина, и я не просто показываю им сокровища, а разделяю их с ними. Дело в том, что любой теоретический материал они немедленно начинают прикладывать к себе, а заодно и к законам мироздания. И за это им открываются сложные взаимосвязи и хитросплетения жизни. Всякий, кто посмотрит на участников группы Тау, невооруженным глазом увидит, как это полезно для здоровья: ни намека на тревожность и подозрительность, наоборот, открытые, активные, буйные, и сияющие! В этот раз новый материал по театру их накрыл. И включились мозги на полную катушку. И пошли проводить параллели между балетом, который они сейчас ставят, трагедией, которую пишут, театром и… жизнью. Господи, мы ж ради этого и работаем!
Евгения Белякова В театральной импровизации группа очередной раз переплюнула школу- студию МХАТ. Света, которая пришла посмотреть занятие, стонала от восторга. А более артистичной риторики у меня за 20 лет работы, право, не было При этом занятие сложное, многое не получается. На самом деле это нормально, не может все всегда удаваться. Другое дело - отношение к этому. Какой блестящий анализ был у нас с группой, почему не получается! Они уже знают, что поиск – самое интересное и вкусное, что может быть в жизни. Как я люблю это состояние! Ты точно гончая на охоте - собран и возбужден одновременно. Голова ясная и холодная, ум обострен – ты ищешь! Шаришь по всем кустам, углам и закоулкам. И какие неожиданные и разнообразные варианты ответов подбрасывает тебе благодарный мозг! И ах, какой кайф, когда бросаешь мысль, и она подхватывается, и имеет продолжение, и вырастает до идеи… В начале занятия у меня дико болела спина, к тому же меня душил насморк, и я мерзко кашляла. Инстинкт самосохранения подсказывал, что в 10 надо закончить и ехать домой лечиться. Фигушки! Мы проработали еще час, и не трепались за роялем, а работали с балетами. И домой я ехала с чудным послевкусием крепкого, ароматного кофе, сваренного любящими и умеющими руками. В кофе было добавлено чуточку ликера бейлис
Евгения Белякова Театр великолепен, все остальное – трагедии и балеты стремительно покатились под гору. И то и другое требует сложного, тонкого самоанализа. Возможно, мы пока не дозрели до него. Хотя возможно, что мы уткнулись в потолок… Пока не знаю. Знаю другое - спадов не надо бояться! Спад - это закономерно, это время осмысления. Будем надеяться.
Евгения Белякова К нам пришла группа Бета почти в полном составе. Были и еще гости. Работать почему-то было очень тяжело. Не из-за гостей. Что-то внутри группы происходит, как будто мотор, набравший обороты, устал и пытается остановиться. День рождения у рояля это явственно показал. И свечи горели, и слова теплые говорились, а праздника не случилось. Я не знаю почему. Будем анализировать вместе с группой.
Евгения Белякова «Главное, не бойтесь жизни: она веселая, занятная, чудная штука, эта жизнь! Она похожа на огромное здание с тысячами комнат, в которых свет, пение, чудные картины, умные, изящные люди, смех, танцы, любовь. А вы, в этом дворце, до сих пор видели один только темный, тесный чуланчик, весь в сору и паутине…». Куприн, «Поединок».
Группа Тау не будет писать трагедию и ставить парный балет со своей чертой характера. Оказалось, не по зубам. Мы подошли к двери в другое измерение, развернулись, и сломя голову побежали назад. Мы отложили встречу со своим Высшим «Я». Или отменили. Группа Тау к этому измерению прикоснулась, группа Тау знает его вкус. Группа Тау говорит о нем с сияющими глазами: как мысли обретают удивительную ясность и четкость, как успеваешь за день все, и как это ВСЕ - в опьяняющую радость. Тогда почему? Потому что туда не пускают сразу? Потому что с тупой работоспособностью туда не пробиться? Я знаю почему. Я и Герман Гессе: «…Нам надо продраться через столько грязи и вздора, чтобы прийти домой. И у нас нет никого, кто бы повел нас, единственный наш вожатый – это тоска по дому». Группе Тау не хватило «тоски по дому». На самом деле все не так плохо. Ведь все завоеванное до этого момента – драйв, умение видеть людей и общаться с ними останется при них. Возможно, с них хватит. Что дальше? Будем работать – ставить групповой балет агрессии и писать драму. Это Тау более знакомо. Но может, когда-нибудь, если «тоска по дому» станет по-настоящему страстной, мы придем и к трагедии? Может быть, если у нас еще останется время…
Евгения Белякова Риторика для Тау остается сильным местом – умно и очень артистично. А больше ничего не успели, так как был ввод в драму. Драма - самый страшный, самый честный, самый безнадежный жанр. Группа Тау, как будто, прониклась, но мне показалось, что до самых печенок не дошло. Может быть, начнем писать – торкнет?
Евгения Белякова Новый балет - и опять облом. Страшная подмена балетных - летящих, поющих движений на театральные. Ну, да, в театре можно и коряво, лишь бы выразительно. Но ведь у нас цель в балетах – выйти на высокий слог души и тела, а с корявыми движениями это не реально. На главной странице нашего сайта, там где «подробно о каждом из семи видов искусств» есть кнопочка «Пластика». Цитата оттуда: «Мы учимся владеть своим телом как инструментом, способным выразить тончайшие движения души...» Чего же не хватает группе Тау - владения телом или тончайших движений души? Зато на театре у нас получился чудный совместный мастер-класс! Я мастер-класс по театру давать умею и люблю. А сама удовольствие получаю редко, потому что это вкусное блюдо, как правило, быстро и молча сжирают. Но на этом занятии мы отрывались все на равных. Стоило подкинуть нюанс поведения или поворот сюжета, как их ловили на лету, и давай обыгрывать во все стороны! В конце занятия у меня возникло дивное ощущение свободы, перемешанной с диким восторгом. С ними и поехала домой. Как удивительно переплетены в жизни - поражения и победы!
Евгения Белякова Риторика - умная, сложная и честная. Групповой балет просто здорово. Этакое не стыдно и показать. Ипсилон, ждите нас с гастролями! Театр – блеск. Чего не хватает? Времени…
Евгения Белякова Чем мы заканчиваем этот год? В театре импровизации вышли на ослепительную внутреннюю свободу. Очень хороши групповые балеты – ставили их на удивление быстро, при этом всегда находили оригинальное творческое решение. В риторике чудным образом соединились глубина мысли и блистательный артистизм. Во время сочинения драм большинство доросли до тонкой наблюдательности. Уже не за собой – за людьми вокруг. А какая роскошная речь у персонажей пьес! У каждого своя, неповторимая, только ему присущая. Через язык драмы мы прикоснулись и к высшему искусству драматурга (но разве только драматурга?) - когда одна реплика передает все: характер человека, его мечты, его претензии к жизни, и даже его судьбу…
Есть одна ложка дегтя, которая страшно портит вкус этой бочке меда. Группе Тау свойственно обнуляться. Это допустимо − в начале первого года. Но дальше, когда люди уже понимают, сколько богатств кидается к их ногам на наших занятиях… Что-то в этом обнулении есть мерзкое, нечестное. На прошлом занятии блестяще поставили и станцевали один из самых сложных балетов - «Коряги». Уходили умные и вдохновенные, потому что прикоснулись к другому уровню импровизации, другому измерению добра и зла. А я про себя принялась сочинять послевкусие на Тау. Оно было − со словами благодарности. Каждый день открывала гостевую с замершим сердцем. Кто что вынес после балета? Какие мысли? Какие чувства? А никакие. В течение недели в гостевой ни слова. Драгоценный опыт, сакральное знание, огонек в горсти, который передают из рук в руки, оставили при себе. Оказалось, нет ни мыслей, ни чувств, которыми бы хотелось поделиться. Все условия игры забыты. В конце второго года??? По обоюдному согласию у нас должен быть третий год. Так мы решили. Чтоб застолбить золотую жилу, которая называется Творчество. Сегодня я не знаю. Сомнения меня гложат. Опять вдохновлять, вздрючивать и окучивать? Не хочу. А по-другому мы не умеем... Мне очень печально, но я это переживу. Я умнею на своих печалях.
Евгения Белякова Боюсь, что у группы Тау третьего года не будет. Для меня это такой же шок, как и для них. Проснулась сегодня утром с ощущением острой боли в области сердца. Точно вчера мне сообщили о смерти близкого и любимого человека. Хотя все решила я сама. Почему?? За что?? Везде есть правила игры. В футболе, в шахматах, в преферансе. Есть правила игры и на психотерапевтических группах АСТ. Они просты и красивы: если у тебя получилось выбраться из тюрьмы, передай этот опыт идущим вслед за тобой. Все знают, что у нас не обычная гостевая. Люди пишут не про занятия, не про задания, а про свою борьбу за жизнь против душевной смерти. И естественно, к Сильной Старшей Группе особый спрос. Им дают больше, им удается больше, но и отдавать они должны больше. Это по-честному. Посты в гостевой от Старших, это как письма с воли. Где ты описываешь – какая она, свобода, как там, в живом мире, какие там радости, какие ловушки и опасности подстерегают на пути. Этих писем очень ждут, там, в тюрьме. Ведь заключены туда все - пожизненно… Смелая группа Тау из тюрьмы выбралась. Сильная группа Тау себе свободу завоевала. Последние месяцы Тау жизнь пила ковшами, она в ней купалась, танцевала, летала! И чем лучше становилось собственное самочувствие, тем меньше хотелось вспоминать об идущих следом. Да и о том, откуда сам вылез… На Тау мы много говорили об этом в течение года. Впрочем, мы говорим об этом на всех группах. А сколько в архиве гостевой наших душераздирающих постов на эту тему! Не доходит. Не проходит. И тянутся жадные ручонки за следующим куском. Ну, да, я помню, что надо делиться, но это потом, потом… А, пока, можно, еще кусочек? Взять, урвать, выдрать, стащить... И вдруг тебя схватили за руку и сказали короткое слово: ВСЕ. И все кончилось. И ты так удивлен, растерян, потрясен, и ничего не понимаешь – почему? За что? Ведь так старательно выполнялись все задания. Ах, милые мои! Наши занятия и наши задания только предлог, повод. Для того, чтобы попробовать (хотя бы попробовать!) стать Человеком. А иначе, ЗАЧЕМ ВСЕ? Группа Тау принесла мне цветы на последнее занятие. От души подобранные, изысканные, авторские букеты. Я вернула их назад. Не смогла их взять. Цветы ассоциируются с праздником. Праздника не было. Было общее горе. Цветы я попросила унести с собой. И смотреть, как они увядают, потом засыхают... И вспоминать, что был шанс...
Евгения Белякова Сразу дала много-много пластики. Для разгону. А еще, наша пластика весьма показательна, она вам все про человека расскажет - от его нынешнего психического состояния, до его жизненного кредо… Ну, все и повылезло. На польке вроде у всех ноги и руки идут в правильном направлении, а веселого, заводного танца нет. Физкультура какая-то. На полонезе исчезло достоинство. Зато сиртаки был очень хорош! Понятно, уже вошли в раж. А вот в балете агрессии потеряли энергетику, ту самую, которой Тау когда-то славилась. Зато анализ «что происходит и почему» был вполне на уровне.
Поздравляю всех с началом занятий! Страшно подумать, но ничего этого могло не быть…
Евгения Белякова Начало занятия вяловатое, что вполне простительно после лета. А потом началась риторика. И произошло… Я до сих пор не знаю, как это назвать. На сцену вышел человек, в обыденной жизни ораторскими талантами не блещущий - голос тихий, экает и мекает, прежде чем мысль выразить. (Если совсем честно, то с вербалкой там всегда были проблемы.) Но в этот раз… Человек на сцене был дерзок и свободен. Каждое слово, каждый жест, поворот головы, стон или шепот все - «туда». Речь, вроде, по заданию, не подкопаешься. Но на самом деле это было обращение к своей группе, к тем людям, с которыми проработал два года, и которые позволили себе (по разным, вполне объективным причинам) съехать, расползтись, снизить обороты. И в этой речи, выстроенной по всем законам риторики, было что-то переворачивающее нутро - стон души, облеченный в мантию высокой риторики. Это было больше задания и выше психотерапии. Дурацкие, затрепанные слова: «гражданская позиция», «гражданское мужество». Мне даже неудобно было их произносить. Хотя на самом деле они обозначают, что в твоей жизни есть что-то еще, кроме СЕБЯ. Что такое шедевр в искусстве? Как это получается? Откуда берется? Сегодня я могу ответить на эти вопросы - это Искусство, замешанное на крови сердца. Было и еще одно чудо на занятии. Но пока герой этого чуда молчит… Следовательно, и мне следует молчать.
Евгения Белякова …Странная загадка человеческой психики. Как это может быть, что сегодня это дорого для тебя, а завтра не представляет никакой ценности? Может быть, природа специально дала психике этот предохранитель, оберегающий ее от невосполнимых потерь? Чтоб легко забывать, спокойно терять, чтоб «не очень надо было»… Вот такие размышления вызвали у меня занятия на группе Тау...
Евгения Белякова Несколько занятий подряд у нас идет театральное упражнение «Бал». Это три мгновенных трансформации из образа в образ. Например, из застенчивой, мечтательной барышни в злобную старуху, а через минуту в гуляку и пьяницу бретера. Похожее было на «восковых фигурах», но «бал» на порядок сложнее, потому что здесь предполагается не только соло, но и взаимодействие с партнерами. Как же я люблю импровизацию! Дивная, завораживающая игра. Когда можешь играть все, что угодно, femme fatale и enfant terrible, женщин и мужчин, юных и в летах, наглых и жеманных; грубых, нежных, страстных… Ловить взгляд и настроение партнера, вместе плести сюжет и складывать отношения не зная заранее, куда, в этом счастливом угаре, забредешь. И потом, после пятиминутного этюда тебя еще долго не отпускает. Будто мощный костер, вспыхнувший на сцене, никак не хочет умирать, и внутри все мерцает и переливается, от перебегающего по углям огня... Что у нас получилось, я надеюсь, расскажут те, кто был приглашен на этот замечательный бал!
Евгения Белякова Пристойная риторика (судебное красноречие) с красивым анализом. И... полное обнуление на театре. Театр у Тау всегда был сильным местом, и вдруг... Вдруг? Нет никаких вдруг, есть следствие и есть причины. В чем я убеждена абсолютно, так это в закономерности всего, что с нами происходит. Что там, в подсознании заставляет всю группу резко давать сбой? Мы не первый раз сталкиваемся с этим. Думаю. Размышляю. Ищу. Если мы разгадаем эту загадку психики, возможно, у нас у всех начнется новая жизнь. Пока я в растерянности.
Евгения Белякова У группы Тау сейчас сложный период. На глазах смываются, нивелируются, утрачиваются навыки, которые когда-то доставляли громадное наслаждение. Представьте, себе, что вы с великим удовольствием гоняли в детстве на велосипеде. И сейчас решили вспомнить, как это было. Сели на велосипед и обнаружили, что ничего не помните - как держать равновесие, как крутить педали… В группе Тау примерно то же происходит с театром. Мы забыли, что такое импровизация и зачем мы выходим на сцену. Зачем – это я могу напомнить. Наши театральные упражнения могут подарить Ослепительное Чувство Свободы. Но может быть, Свобода и не была целью? Цель была другая – слегка раскрепоститься? Раскрепостились весьма. Что дальше? Интересно, у меня примерно так же складываются отношения с электрическими сигаретами. Одно время я была увлечена ими, а последнее время стала их забывать. Потому что бросить курить, на самом деле, цели не было. Было желание снизить количество сигарет, выкуриваемых в день. Снизила. И стала забывать...
Евгения Белякова Изумительное занятие! Атмосфера Олимпа, на котором собираются Боги и гневаются, печалятся, радуются, созидают, а главное – размышляют. Спасибо, Тау, это было и вправду – божественно…
Евгения Белякова А мы с группой Тау летим в поднебесье, и порой мне кажется, мы та самая стая лебедей, которую когда-то увидел гадкий утенок... Надо сказать, что на группе Тау на каждом занятии присутствует несколько человек из тех, кто идет на презентацию. Работать очень тяжело даже мне, потому что реакции самые разные, не всегда адекватные. А Тау, НЕСМОТРЯ ни на что, стабильно работают на 100 градусов! У нас большой перелет через океан, и, надеюсь, мы уже прошли «точку невозврата», и нам нужны не только смелость и отвага, но и доверие друг к другу, и надежность всех членов стаи. И какая разница, куда мы прилетим, ведь мы получаем такое удовольствие от самого полета! Ах, какое это наслаждение, когда сильные, мощные крылья держат тебя в воздухе, а внизу проплывают города и страны... Вы не пробовали? Так хоть позавидуйте нам!!! Евгения Белякова Благодарю группу Тау за театральный этюд "Дон Жуан". Последний раз этот этюд играли 6 лет назад. В дальнейшем, так получалось, что группы не дозревали... Благодарю Тау за то, что дозрели. А еще - за честность и искренность во время этого театрального этюда.
Если это был театральный этюд...
Лиля
Финал занятий – я шла к этому четыре года. Настает момент, когда тропинка выводит тебя из леса к дому. Ворота открыты, из них навстречу тебе выходит Жизнь (ее играла ЕП) – ты делаешь шаг на сцену. Вернее, в странное, залитое светом пространство. Стены рухнули, зрительный зал сжался и канул в небытие. Было тихо, звучали только наши два голоса. Все это напоминало сон или клиническую смерть, когда о ней говорят те, кто был по ту сторону бытия.
Я не чувствовала тела, на душе была какая-то тихая радость и облегчение оттого, что мы встретились. Никуда больше не нужно нестись сломя голову - ты наконец-то дома. Вот она – твоя Жизнь. Вот он – ваш самый важный, единственный разговор.
Взгляд у моей жизни был любящий, усталый и непонимающий. «Как же так? У нас с тобой бывают встречи, нам так хорошо вместе. Почему же ты забываешь меня?». Она говорила, а я держала обе ее руки, благоговейно всматриваясь в каждую черточку, с ужасом понимая, что она ждала меня, а я ее – не узнавала…
Я прижимала Жизнь к себе изо всех сил и плакала, боясь, что она исчезнет. И я до сих пор помню ее объятия, мне чудесно хорошо на душе, как будто она вошла в меня и осталась жить. Немного боязно – ведь теперь, зная, что она существует, я отвечаю за нас двоих.
Леха
Перед встречей я трясся, как кленовый лист на ветру… Чувствовал себя маленьким хромым муравьишкой.
Но когда встретился глазами с Доном, на меня потоком хлынуло столько Любви, Тепла, Нежности. Они рвались гейзером из самой черноты его глаз. И меня закружило, подняло над Землей. В этом потоке, как в объятиях, я отогрелся и плакал как маленький, которого забрали из “комнаты страхов” и вывели на цветущую, залитую солнцем опушку…
Жизнь шептала: ”Я знаю, ты по ночам зовешь меня. Но у нас никак не получается встретиться. Мы как будто живем в параллельных мирах. Почему?”
От вопроса возник оглушительный шок. Ведь все это время, до встречи, я видел совсем другое! Мне казалось, что Жизнь – это садовник, который хочет выдрать меня из земли своего огорода, как сорняк…
Но только сейчас, держа ее за руки, я увидел, почувствовал каждой ворсиночкой - это не так. Я держал за руки Жизнь, смотрел в ее глаза и слышал шепот: ”Я еще жду тебя. Но я не могу ждать вечно… Сделай хоть шаг навстречу мне… Ищи меня. Ищи в каждом дне!”
И сейчас я помню эти ощущения Любви. Я помню этот огромный струящийся во мне поток. Настоящий золотой дождь, свежесть и ласку которого хочу носить в себе и искать в каждом дне.
Катя
Я к жизни шла предъявлять претензии и обиды. Собственно, она мне представлялась эдаким слепоглухонемым ударным орудием судьбы.
Выхожу на сцену, поднимаю глаза и первое потрясение: моя жизнь совсем не такая, как я думала. И дело не в том, что её играет человек. Она не глухая, она не слепая…она живая, любопытная! Она хочет ко мне подойти, но побаивается!
Моя жизнь меня побаивается… Что же я такого с ней делаю?
А я делаю. Не замечаю знаков, не ловлю нюансов. И вообще не очень-то доверяю. И вот, когда жизнь говорит тебе в лицо: «Мне же больно от этого», вот тут что-то переворачивается и обрывается внутри. Это не она слепое орудие, это я слепое орудие своих игр.
А еще жизнь шёпотом сказала мне: «Господи, у тебя столько всего уже могло быть». И вот тут захотелось взвыть в голос. Ты вдруг остро и резко понимаешь: правда, могло. Даже не понимаешь, чувствуешь кожей. Свою неведомую, вкусную, горько-кисло-солено-сладкую несостоявшуюся жизнь. Какая она могла бы быть.
Да, ты конечно уже себе наврал, что ничего такого тебе и не хотелось. Что аппетита уже нету. А он, оказывается, есть, острый, жадный.
Я очень благодарна этой будоражащей тоске. Хожу с утра и раздуваю её, как уголь, которому нельзя потухнуть.
Наташа
Я не знаю, что это было. Поток нежности, восхищения, благоговения. Благодарности, что Дон Жуан, он же Жизнь, сейчас здесь, рядом. К нему можно прикоснуться, почувствовать. Я плакала, и мы обнимались. Горячо. Порывисто. Жадно. Не было ничего вокруг, кроме нас... и времени не было... И такого у меня никогда не было...
Олька
Моя встреча с Дон Жуаном началась со слов: «Почему ты бегаешь от меня?» И будто рухнула плотина, заклубилась, рванула, хлынула вода. Страх, что истратил все шансы. Отчаяние, что это прощание. Ноги подкашиваются. Шаг не могу сделать. А потом прикосновение Жизни, она крепко берет за руки – ловит над пропастью. Ты падал, летел в тар-тарары, а тебя поймали.
«Ты боишься встретиться со мной, потому что не знаешь, что хочешь от меня. Узнай меня». И время замерло. Жизнь обняла. И меня накрыло потоком такой невероятной нежности! Руки такие теплые! Пахнет ландышами… Пространство вокруг густое, прозрачное, легкое солнечно-желтое. Оно живое. Плавно течет. На минуту произошла встреча, самая желанная. Ты делал вид, что можешь без этого обойтись, занимаясь важными делами. Но в твоей жизни никогда не было такого горячего прикосновения, струящегося сквозь кожу. Никогда не было разговора без слов, одними глазами, о самом важном. Хотелось бесконечно прикасаться, обнимать, всем телом каждой клеточкой запомнить, запомнить, запомнить! Чтобы разыскать.
Это не было игрой.
Маша
Дон Жуан. Не этюд. Не упражнение. Таинство. Мистика. Сакральное действо. Разговор со своей жизнью. Никто не знал, как это будет, как это должно быть. Никаких правил. Одно условие – абсолютная честность. У нас получилось!
Дон Жуан. Не психотерапевт, а проводник, медиум, в теле которого материализуется жизнь каждого из нас. У каждого разная, со своими глазами, движениями, словами. Не роль. По правде.
Перед выходом на сцену развязываю шарф на шее, снимаю туфли – хочу быть босиком, полностью открытой перед своей жизнью. Ловлю настроение Дон Жуана – он сейчас какой? Как мне с ним? А он - игривый! Глаза горят, он флиртует! Самое главное, что я хочу ему сказать – это спасибо за то, что подарил мне второй шанс быть счастливой. Так не бывает - как будто ты опоздал на поезд, а он пришел за тобой еще раз. Не другой, а тот самый. Жизнь оказалась удивительно щедра ко мне!
Страшно было, что скажет Дон Жуан мне. И совершенно не ожидала, что он тоже скажет мне спасибо! Я ошеломлена, немножко растеряна, могу только переспросить – Я? Wow! А радость уже налилась в крови, как шампанское и вырывается наружу объятьями, прикосновениями пальцев, слезами, дрожью по всему телу, воздушными вихрями в груди, закрывающимися глазами и кружащейся головой, щекоткой в носу и под подбородком.
Время в его объятиях меняет свой ход – оно перестает быть линейным и уходит вглубь, становится густым и осязаемым. Меня поразило, как он узнал, что я хотела спросить и не спросила, ответил мне на вопрос, который я не задала и даже как будто уже забыла на сцене.
У меня благодарное ощущение наконец случившейся встречи, близкого разговора, о котором даже мечтать не решался.
Пишу и улыбаюсь, и снова задерживаю дыхание, и снова щекотно в носу. Какое счастье уметь это чувствовать и сказать: Дон Жуан, моя жизнь, я люблю тебя!
Лиля
Прошло больше месяца, как я закончила группу. Какие изменения стали для меня самыми важными?
У меня появилось постоянное чувство незаживающего одиночества и тоски по доверительным отношениям, по глубоким разговорам. Если не получается в общении с человеком подняться выше уровня быта, чувствую себя несчастной, бесполезной и очень тревожусь, что мимо проходит самое важное. Эта тоска настолько сильная, что толкает с людьми искать хоть крупицу живого. Я стала бояться потерять дорогого человека. В целом, тревог стало гораздо… больше. Но все они имеют реальную почву.
Я перестала ждать, что меня «найдут и помогут раскрыться», перестала предъявлять претензии богу, что желающих осчастливить меня не находится. Я знаю, что эту работу я должна делать сама, и только тогда у меня будет, чем поделиться, а значит, есть шанс на рост и развитие отношений.
Я стала видеть свое вранье и перестала уворачиваться от правды о себе. Теперь у меня есть опыт боли, когда узнаешь о себе самое гадкое и неприятное, есть опыт преодоления и изменения. Сейчас для меня ЛЕГЧЕ узнать о себе правду, чем продолжать лелеять свой светлый образ.
И, конечно, развившееся чувство неполноценности. Как у Джерома: «я зашел в библиотеку цветущим человеком, а выполз жалкой развалиной». Я пришла на группу с ощущением высокомерного превосходства над миром, а вышла с недоверчивым ощущением, что я бываю умной, мыслящей и иногда интересной.
Чувство, что я не понимаю, не дотягиваю – толкает вперед, а зависть к более сложным людям заставляет искать, как я могу к ним приблизиться.
Я это недовольство собой всячески оберегаю. И после трех лет в группе Тау чувствую, что я в самом начале какого-то большого и сложного, но чертовски интересного пути!
Ольга
Итоги трехлетней работы на группе.
Во-первых, удалось выйти из королевства кривых зеркал и увидеть себя реальную, не придуманную. Прошлые разборы пугали – ведь отражение в прямом зеркале было болезненной неожиданностью, да и в жизни петляла от правды о себе как заяц. Раньше боялась ее узнать, а теперь боюсь не узнать, ведь это потеря возможности изменить что-то в себе, своей жизни.
Меня перестало ненасытно мотать по странам, по людям, по увлечениям. Открылся завораживающий процесс осмысления, благодаря нему получается потребность в изменении и развитии реализовать не внешней сменной декораций, а через внутренние изменения.
А еще раньше все люди попадали под позитивно-безликое «хороший человек», а все черты характера - в примитивную систему «плохо - хорошо». Теперь затаив дух знакомлюсь с изумительной непохожестью человека рядом. Панибратский хлопок по плечу «мне все про тебя понятно» меняется на робкое прикосновение, иногда вырастающее до нежных чувственных объятий, близких отношений.
И еще ужасно важно, что научилась мечтать! Пусть пока по чуть-чуть, с трудом, но собирать образ своих желаний – это огромнейшее удовольствие!
Вот такие мои богачества из похода в удивительные края, куда, к счастью, меня взяли.
Маша
На разборе в этом году говорили не о том, кто какие цветы нарисовал и пьесы написал. Говорили о том, кто каким стал Человеком.
В прошлом году перед разбором я волновалась – что обо мне скажут другие. В этом году я тоже волновалась, только о том – что же я скажу о других, помогут ли мои слова человеку сложить картину о себе или заденут своей пустотой? За 3 года АСТ, я наконец-то стала переживать о том, как другим людям со мной, как им от моих слов и поступков. И только тогда у меня появились отношения, которыми я очень дорожу, и которые страшно потерять.
А еще люди стали оставлять во мне свой след. Оказывается, раньше этого у меня не было. Особенно, если след этот был болезненный. Одна из героинь моей мелодрамы так и говорила – «я буду купаться в чужой любви, но ни одной царапинки не останется на моем сердце». В этом году я почувствовала, как это, когда саднит сердце каждый раз, когда вспоминаешь человека. Пусть больно, но зато горячо, зато так я понимаю, что живая,
За 3 года у меня зародилось человеческое сердце, которого не было, и которое смогло впустить в себя не только боль, но и Любовь.
Ощущение как от нежданного, чудесного подарка, которого даже загадать раньше не могла, потому что не знала, что так бывает.
Наташа
Несмотря на напряжение и сложность, от разбора осталось радостное ощущение. Будто идешь по еще зимнему лесу в поисках банальных подснежников, а находишь такой красоты первоцветы, что все внутри замирает от восторга. Увлекательно это чертовски – докладывать, собирать образ другого человека, видеть, как он изменился за три года. Стало интересно думать про других людей, приглядываться, узнавать в давно знакомом новое.
Для меня главное приобретение за три года занятий - в моей жизни появились люди, к которым я неровно дышу, о которых думаю, переживаю и боюсь потерять.
Катя
Запоздалое про Разбор Полетов в конце курса АСТ.
Разбор был сложный. Внутренним взглядом приходилось охватывать то, что не привык охватывать. Было ощущение, что не хватает угла зрения. Что задыхаешься. Так иногда задыхаешься от слишком сильного встречного ветра, не можешь вдохнуть толком.
Вообще на разборе больше искали, чем констатировали. Говорили и думали о том, что можно назвать действительным достижением. Говорили о самых простых вещах. Способность открываться… потребность в друзьях... потребность в осмысленности. Говорить о простых вещах не упрощая оказалось очень сложно.
Вещи вроде бы простые, почти сами-собой-разумеющиеся, как бы обычные… Научился скучать. Три года прошло, сколько написано, сколько сыграно на сцене. А тоска по живому человеку, совершенно конкретному человеку только начала появляться.
Простые человеческие изменения происходят какими-то миллиметровыми шажками. Проще слететь в космос, открыть новую галактику, чем научиться в полный голос скучать.
Где-то вычитала. Все живое на земле, вся биосфера, все микроорганизмы, животные - это очень тонкая, мало чем защищенная пленка на поверхности планеты.
Так наверное и Человеческое - тонкая, нестойкая пленка на поверхности души.
Капризное растение, которое вянет о любого недогляда.
Обыкновенное, с таким трудом добываемое чудо.
Во вторник было 5 занятие группы Бета (первый год). Нахожусь в ступоре. До этого было четыре занятия радостного энтузиазма, который, как это бывает у детей, резко схлынул от первых трудностей. На теории "мило" обсуждали предложенные темы. Интересные мысли повисали в воздухе и, никем не замеченные, тихо падали и аккуратно затаптывались. Было ощущение, что у группы вагон времени, никто никуда не спешит... И те серьезные проблемы, о которых говорили на занятии, особенно никого не касались. Побазарили впустую! Неужели за этим пришли? Дальше было еще интереснее. В простых ассоциациях (до сложных можем не дойти) наговорили себе комплиментов. По ассоциациям получалось, что передо мной сидят: умные, тонкие, сложные, самодостаточные, свободные и независимые люди с обалденно интересной жизнью! У которых нет проблем!! Все это весьма странно, потому что группа работает по облегченной программе. И пока с ней НЕ справляется. Мы не успели ровно половину запланированного. Возмущает такое пренебрежительное отношение к моему и своему времени.
До конца первой ступени осталось 12 занятий. Пять уже ПРОШЛИ!
Светлана Захарова
Ехала с занятия, а в голове крутились вопросы:
Почему группа такая вялая?
Почему нет живого обсуждения?
И вдруг, как озарение. Я поняла: на группе не происходит самого главного - осмысления, ЗАЧЕМ выполняются задания, зачем живопись, зачем ассоциации, зачем пластика, зачем театр?
Осмысление - это не только мозгами, это когда нутром чувствуешь.
Когда больно от того, ЧТО понимаешь.
И очень больно от того, когда НЕ понимаешь...
Без осмысления задания превращаются в непонятную череду упражнений.
Без осмысления жизнь превращается в бессмысленную череду событий. И в ожидание чуда, способного изменить жизнь...
Чуда не будет. Не заработали!
Светлана Захарова
На мой взгляд - прекрасное занятие.
Группа работала с азартом, в стрессе мобилизовались, успели все!
Одни прямо ожили, потеплели, делиться начали. У других - совсем НИЧЕГО! Ну, мы и распрощались! Может быть... когда-нибудь... дозреют..., а может - никогда.
У большинства - накопление идет! Причем, по-разному. Кто-то нагло хапает. Кто-то тихо присосался. А кто-то почувствовал, и живое в жизнь запускает. Некоторые и запускают вроде бы, но и дамбы из холодности и высокомерия одновременно строят.
Обращаюсь к нежно присосавшимся и нагло хапающим:
Цель занятия - пробудить ощущения! Вся последующая неделя - на то, чтобы пытаться их вызывать и удерживать! Если вы живете с мыслью, что психотерапия у вас раз в неделю - на занятии вы хапаете.
Что будет дальше? Попробуйте сами догадаться…
Надежда Белякова (она же Плюша)
Группа Бета. Второй тренинг по актерскому мастерству у этой группы.
Честно говоря, я ждала большего. Ждала отклика, ждала драйва, ждала полёта… Когда уже знаешь основы упражнений, то можешь от них оттолкнуться и взлететь. Не летят. И не потому, что боятся. А потому, что НЕ РОЖДАЕТСЯ.
Мы вышли на эту мысль у рояля, но абстрактно, не относительно тренинга. Лишь потом в моей голове связалось, почему в людях не рождается собственного импульса в процессе выполнения тренинговых заданий. Они реагируют только на моё «подгонялово». Я уже дала крошечные крылышки, ну, хоть попробуйте взлететь!
Мой режиссёр говорит, что только ставит нас на рельсы. А всё остальное мы делаем сами… Почему же надо всё время ждать пинков? На ум пришло такое сравнение: если вагонетку никто не будет толкать, она так и останется в чёрном тоннеле под землёй, забытая, никому не нужная, с отсыревшим углём, не годным для горения…
Перечитала своё послевкусие от прошлого тренинга. Как же не совпадают мои ощущения! Неужели каждый раз надо давать новенькое, чтобы загорелись?
Евгения Петровна! Света! Какая же это тяжёлая работа – оживлять, зажигать! Испытав это на себе, я очень зауважала ваш труд. Искренне преклоняю колени...
Светлана Захарова
Совершенно удивительное занятие, негромкое и наполненное.
Первые искренние стихи. Чуткие, ранимые, одинокие - детские. Так звучало задание: написать детский стих. Прорвались годами запертые, спрятанные в самые далёкие уголки души, чувство ненужности, ощущение себя слабым и беспомощным перед всемогущим миром взрослых. Тоска по тому, чтобы тебя заметили, услышали, поняли, согрели, полюбили... И в каждом стихе - отчаянная невозможность душевной близости!
Размышления о близости.
Мы уже знаем, что близость не терпит игр. И на моих глазах игры отступили. Не строю иллюзий - на время. Но чувства, ожившие на этом занятии - возможно, самый весомый аргумент, чтобы их прекратить.
Светлана Захарова
Группа Бета - год работы. В нынешнем сезоне мне пришлось исполнять роль Мери Поппинс. Я придумывала кучу новых упражнений, устраивала всяческие чудеса (типа тренинга Плюши по актерскому мастерству), только что не летала на зонтике…
А ещё, как Мери Поппинс, я занималась воспитанием: учила давать эмоциональный отклик друг другу, делиться мыслями и чувствами, писать в гостевую...
Надо отдать должное, группа с восторгом кидалась на всё новенькое. Хотя, на самом деле, мы весь год гуляли, ходили и ползали по кругу. Раскапывали в завалах штампов своё, живое - и очень радовались. Потом все это зарывали, и тогда уж горевали и мучились. И вновь, с энтузиазмом, раскапывали...
Эта нестабильность меня измотала. А еще мне больно и обидно. Ну, как ещё надо прыгнуть и какого кролика достать из цилиндра, чтобы кто-нибудь чего-нибудь захотел вне этого замкнутого круга?
В результате нашей странной совместной деятельности, к концу года у группы возникло ощущение, что, «наверное, что-то не так». Наконец, увидели, что бегали по кругу, все вместе и каждый по отдельности. Вроде как спохватились. Сейчас, читая гостевую, радуюсь, что у группы началось некое взаимодействие.
К сожалению, не уверена, что Живые Чувства стали ценностью, за которую группа Бета готова биться до последнего. Пока милее эмоциональная вздрючка извне. А это вещи несравнимые. Представьте себе маленький, загаженный пруд с грязными утками и бескрайний, мощный, обжигающе чувственный океан…
Неужто в тухлом пруду купаться слаще?
Светлана Захарова
Группа Бета, второй год обучения. Первое занятие после летних каникул.
Сначала впечатление очень хорошее. На занятие пришла ГРУППА. Глаза - живые, заинтересованные. Лица светились. За лето группа объединилась! Но как же всё неоднозначно…
В процессе занятия оказалось, что настроя на работу у группы нет.
Опять политкорректное молчание в кругу. Если мысль появлялась, она, как было принято и в прошлом году, повисала в воздухе и никем не подхваченная, падала камнем и разбивалась вдребезги. На стихах - подмена: вместо ощущений – сплошные трактовки.
Выползла, как змея подколодная, подсознательная цель – любыми путями избежать острых углов. И группа вместо того, чтобы убить эту гадину, покорно поползла за ней в «…маленький, загаженный пруд с грязными утками…»
Обидно. Неужели опять по старому сценарию?
Светлана Захарова
«Режим молчания» был стрессом. Без эмоционального отклика сползли, стали хуже формулировать, потеряли чувство времени. Но более ярко обозначились проблемы группы, и от этого пошло осмысление. Возможно, вот так, в муках, рождается чувство ответственности за то, что делаешь.
На последнем занятии Группа работала собрано и качественно. Ни единого провисания, всё успели, а театр - в двойном объёме. Но самое главное - появилась глубина! Я считаю, это было лучшее занятие за всё время работы группы. Держу кулаки за то, чтобы группа удержала взятую высоту.
И ещё, я отметила, что с нетерпением жду вторника! Группа Бета, мне стало интересно работать с вами, и от этого внутри меня все поёт!
Светлана Захарова
Работаем по-прежнему неровно. Сил хватает на что-то одно.
Фехтование получается с полной отдачей, а вот театр не успеваем.
На живописи забыли, что такое чувственная фактура и цвет. Умер поиск новых ощущений, нюансируется только привычное состояние. И потянулось вслед за живописью сползание на стихах. Группа пишет сейчас три желания. А желания у большинства засушенные, примитивные, иллюзорные…
Что-то совсем хреново мне от последнего занятия. Особенно обидно за живопись. Ощущение от группы: расхлябанно-раскисшая распутица, с редкими прояснениями, когда бесконечный дождь ненадолго прекращается, чтобы зарядить с новой силой.
Надоело ждать милостей от диатезной природы. Их не будет! Это просто и очевидно. Для меня. А для вас, группа Бета?..
Светлана Захарова
По дороге на группу активно подбадривала себя, что в моей работе есть смысл. Но из глубины накатывало отчаяние. Предыдущее занятие не обнадёживало. И еще перед началом двое предупредили, что их не будет, по уважительной причине, как говорят в школе. Рушились два боя на фехтовании. Значит, кому-то придётся брать их на себя. Горло сдавило, в голове всплыли слова Е.П. «группа – это единый живой организм, и каждый в нем важен, как сердце, лёгкие, печень, почки. Начнёт отказывать один – отразиться на всех…»
Так, со сдавленным горлом, и начала занятие.
Круг, вместе со мной в нём 8 человек, такой маленький и тесный. Прошибла мысль: а сколько здесь тех, кому, правда, нужно стать живым?
И – чудо! У двоих - прорыв. Лица, движения, интонации и ритм речи, наполненность - совсем другие, с оттенками, настоящие. И стихи у них, и живопись, и бои на фехтовании… Чуть отпустило, задышала.
А что остальные?
Одни когда-то прорвались и успокоились… Другие выполняют задания, чтобы не трогали, и тихо остаются при своём… Третьи совсем не выполняют, и тоже остаются при своём.
При своём – это значит привычная имитация жизни. Может быть, поэтому театр у группы не получился. Если не можешь прожить, прочувствовать выбранный характер, если не слышишь партнера, ничего, кроме скучного плоского кривлянья, получиться не может.
У меня в голове всю неделю звучит: «группа – это единый живой организм, и каждый в нем важен, как сердце, лёгкие, печень, почки. Начнёт отказывать один – отразиться на всех…»
Каким могло бы получиться занятие, какой могла бы стать жизнь, если бы каждый работал честно?
Светлана Захарова
Ощущение последних двух занятий: дробим закостенелый панцирь Смерти. Вопросами: Кому как с кем работается? Какая у кого цель? Зачем честная обратная связь? Ответами – честными, горькими, без купюр.
Пошли первые изменения в отношениях друг с другом, от равнодушно-поверхностных и милых к более серьёзным и сопричастным. В кисельной жиже начался процесс кристаллизации, и это радует. Легче стало дышать.
А ещё на группе начались пластические балеты. В движениях - всё та же жесткость. Тела - будто каменные. Старая система стоит насмерть и поддаётся с трудом. Ощущение, как будто из каменного тюремного мешка начали руками рыть проход на волю. Отчаянно, безнадёжно, вопреки всему… Но начали двигаться!
Светлана Захарова
Опять вернулись на круги своя…
Светлана Захарова
С сентября месяца все наши усилия шли на то, чтобы группа, наконец, заработала в полную силу: и «режим молчания», и «дни рождения», на которых говорили, как с кем работается, и сами упражнения - всё было нацелено на это.
И, наконец, пошло! Последние два занятия начали подниматься. У меня ощущение, как будто в слякотном, промокшем насквозь осеннем лесу мы разжигали костер. И он наконец взялся, начал разгораться. Стало меняться отношение друг к другу: от безразлично-политкорректного на честное и заинтересованное. В заданиях стали цеплять, а не избегать, те самые, глубокие проблемы.
Но меня не покидает тревога. Как мал и слаб еще наш костер, как легко его погасить. Не специально. Просто походя случайно наступив, или бросив сырую корягу. Как же не хватает мне пока от группы бережного, трепетного отношения к тому, что с таким трудом стало получаться. И ещё понимания, что за огонь в группе отвечает каждый. Если этого не случиться – группа обречена.
Светлана Захарова
С последнего занятия ехала счастливая. Внутри звучало и переливалось всеми цветами и оттенками: «Всё-таки, не зря мы работаем!»
Занятие было замечательным!! Группа работала истово, с драйвом и азартом.
Три часа без перерыва. Потому что так интересно, что оторваться невозможно! И еще появилось осознание, что только такая включенность в процесс и есть жизнь.
Я очень рада за группу, наконец-то им стало душно и тесно в маленьком диатезном мирке, где господствует ОБЕРЕЖЕНИЕ. Рада, что проскреблись, продолбились сквозь этот кокон, разогнали наползающий туман безразличия.
Главное - не останавливаться!
«…Лучше пусть я буду пеплом и пылью! Пусть лучше иссякнет мое пламя в ослепительной вспышке, чем плесень задушит его!» Д. Лондон.
Группа Бета, я желаю вам, чтобы в Новом Году эти слова стали вашим жизненным кредо.
Светлана Захарова
Два занятия после каникул. Чуть более вялые, чуть менее включенные, чуть более зацикленные на себе и … занятие получилось размазанным.
Непростым оно было с самого начала, когда один человек не пришел и не предупредил. Собраться так и не получилось. Но и не особо пытались. Повеяло, как из подвала, холодком безразличия. И группа незаметно для себя поплыла вниз. По привычному течению. В диатезное равнодушие.
Как легко может потухнуть уже разгоревшийся костер…
Пусто мне от этого.
Светлана Захарова
Финал курса по стихосложению – детская сказка в стихах. Большое и сложное задание, в котором каждое действующее лицо характеризуется своим стихотворным ритмом, яркой образной лексикой. Группа писала сказки два месяца. В результате - семь авторских, живых историй. Смогли, преодолели земное притяжение и взлетели!
Но самое главное происходило в процессе работы. На моих глазах группа сплачивалась. Чуткость, заинтересованность друг в друге, со-переживание, со-причастность – бесценный клад, который получилось найти!
После занятия, на котором читали финалы, впервые не могли разойтись. И тогда все поехали к С. И была чудная ночь, праздничный ужин: спагетти с сыром, соленые огурцы, вино и умные, вдохновенные разговоры до пяти утра…
А ещё, группа Бета поставила сиртаки со своим оригинальным сценическим рисунком. Они сплясали его с громадным наслаждением - от танца и друг от друга. Я их еще никогда такими не видела! Я восхищалась и немножко завидовала!
Светлана Захарова
Если бы вы знали, как я не люблю писать послевкусие, когда занятие не получается. Не потому, что не хочется разбираться в причинах неудач - причины уже выявлены, осмыслены, прочувствованы, разобраны. Прошло чуть больше месяца, как сами сформулировали, что делать чтобы «время не утекало в бездонный колодец». А группа взяла и всё обнулила …
Предлагаю решить простую задачу по математике, на пропорцию: до конца курса осталось 14 занятий. Группа Бета, сколько времени вам потребуется, чтобы забыть всё, что было наработано за два года?
Светлана Захарова
Вгрызаемся в мелодрамы. Идёт очень трудно. Каждый сосредоточен исключительно на себе. А на группе - лезет странная тупость, о которой писала неоднократно. Театр формальный и поверхностный. Эмоциональные реакции смазанные. Взаимодействие друг с другом потеряно. Время не ценно.
До конца курса осталось 13 занятий.
Светлана Захарова
Полтора месяца – тяжелое и нудное топтание на месте, потому что приходили на группу погруженные в себя, без всякого интереса друг к другу.
Но на прошлом занятии сдвинулись с мёртвой точки, и пошли навстречу друг другу. На театре прорвались: услышали, почувствовали, стали откликаться, и тут же получили от этого удовольствие! И пластические балеты получаются очень интересные. Мне нравится, как группа работает над ними - бережно и вдумчиво.
Возможно, всё это время шло накопление. У группы появился шанс взлететь. Не упустите его!
Светлана Захарова
Главное, что произошло за два года работы:
Формальности стало меньше. В работе появилась честность - ничего не замалчивается, всё обсуждается в открытую. Мы, наконец, заговорили на одном языке!
Стали связывать задания и жизнь. Если герой моей пьесы ради своего кайфа (права на безделье, покоя, стабильности и т.д. – нужное подчеркнуть) готов продать, предать, пойти по головам - значит то же самое я делаю в жизни. Признать это больно, но большинству удалось.
Группа попросила третий год. Зачем?
Когда мы подводили итоги наших занятий, практически у каждого звучала мысль, что до глубоких структурных изменений надо дорасти, иначе мы всего лишь подкрашиваем старую хибарку, которая нуждается в капитальном ремонте. За два года группа дозрела до этого понимания. Если его не закрепить, оно очень быстро сотрётся.
С одной стороны, я рада, что у нас будет третий год. С другой должна признаться: каждый раз, когда я шла на группу Бета, меня трясло от страха. Я никогда не знала, с чем столкнусь: то активные, но тупые; то тупые и, к тому же, вялые; то вдруг в ясном уме и твёрдой памяти; то та-а-кие вя-а-а-а-зкие, и при этом бесплодные…
Я выхаживаю этот сад два года, мне уже хочется плодов. А вам?
Наташа
Во вторник наша группа побывала на группе Бета с "гастролями". Мы танцевали свой балет на музыку Кармина Бурана.
После занятия отвратительное ощущение будто поела несвежих продуктов и тошнит так, что голова кружится.
Ребята, очень холодно с вами. Чертовски холодно.
Леха
На занятии группы Бета атмосфера ночи в таежном лесу. Участники группы Бета – это люди в широких толстых тулупах, через которые не проходит ни таежный холод, ни тепло прикосновения ладони. На ногах у них толстые валенки, от чего походка кажется неуклюжей. На руках - неудобные варежки. У участников группы Бета большие мохнатые шапки, сдвинутые на глаза, поэтому они плохо видят и слышат друг друга.
Олька
Группа Бета. Упражнения хотя и выполнялись, но из них доставали серцевину, самое ценное, и выстуживали равнодушием. На балете на лицах маски страдания, а тело расслабленное, ни грамма напряжения. «Не знаю, о чем писать в детективе» - а воздухе плотное облако взаимных обид. «Мне плохо оттого, что не получается» - а на театре все страдание по этому поводу - на одной интонации. Раздирающие монологи на детективах убивались молчанием.
Шла домой с ощущением, будто меня с ног до головы набили мокрым снегом, перемешанным с землей и ветками. На этой благодатной почве разворачивалось ощущение, что ничто не ценно, не имеет смысла. И это от одного занятия, а как людям, которые общаются с вами постоянно?
Натулища
Балет группы Бета.
Красивый подлог. Сначала я наивно поверила, что вам тяжело и страшно. А дальше, по неестественно трясущимся рукам и наигранно потекшим слезам стало видно, что это игра. Такая же тонкая, как подножки на вашем балете. Все действия нечаянные, зато результат очень конкретный - положили всех.
Занятие крепко засело в голове. Я помню вас еще полгода назад и летом. И не хочется принимать, что все это перемололось в центрифуге безразличия.
Катя
Тошно от посещения Беты. Нас кормили симуляцией. Симуляцией работы, симуляцией поиска, симуляцией бессилия и даже симуляцией слабоумия. Симуляция затмила все. Театр бедноватый – зато какой диапазон симулирования - от обильных слез до искаженного судорогой лица. Я все занятие покупалась на все уловки. Верила бессилию, непониманию, неумению. Все три часа, лезла что-то поправлять. Мы всей группой лезли…
Всем хороша симуляция, кроме одного – она не питает ни чувств, ни мыслей. После трех часов жевания непонятно чего, становится жаль бесцельно потраченного времени.
Таня Скво
Внутри ужасно гадко от имитации. Чем можно противостоять этому разрастающемуся равнодушию? Как можно остановить враньё? Думаю, что на театре, вместо псевдосочувствия псевдожалобам можно было честно сказать в этюде: не верю ни одному слову и мне плевать на тебя. Тогда с этим можно работать. А пока я это маскирую, диатез пожирает мышление, чувства, волю.
Лиля
Родилась такая мысль: а может быть, сама ценность чего бы то ни было измеряется усилиями, которые ты предпринимаешь для того, чтобы это не потерять?
Дима
Летом мы собирались, чтобы пьесы дописать, не выпасть. Но халтуру друг друга не секли, в мелодрамы толком не вслушивались, честно ничего не говорили. В итоге, на первых занятиях офигевали - слепота на пластике, ни одной мелодрамы не дописано, обсуждения заданий - вокруг да около. А найденные идеи никуда не прикладывались. До меня недавно только дошло, что моя летняя бойкость к разговорам о группе и про группу, подменила саму работу на группе.
Дима
Сильней всего запало то, КАК танцевали балет. На ту же музыку – мы (бета) друг друга топим, а Тау «встают с колен». Три раза мы привычно друг друга потопили. Посмотрели, как встают Тау, нам понравилось. Света предложила попробовать встать тоже. Стали пробовать. На точке, после которой должны сгибаться, по моим ощущениям, замерли чуть дольше. Как будто команды ждали «куда». Не дождались. Продолжили падать и топить, по старому сценарию.
Я чувствовал момент, когда мог попробовать, сделать шаг, попытаться встать. А ничего не ёкнуло. Ни злобы, ни решительности, ни страха. Я даже попытки не сделал.
Пытаюсь вспомнить, вставал ли я когда-либо сам? Но чего не возьму - везде поднимался только на внешнем импульсе (на пинке, на чужой энергетике и т.п). Чувствую себя ущербно.
Дима
Ощущение, что у нас на Бете - Лепрозорий. Но язвы друг друга, мы старательно не замечаем. При этом, каждый всё же знает, что сосед прокажённый, поэтому, на всякий случай, отсаживается друг от друга подальше. От других групп, мы изолировались – в гости не ходим, не приглашаем, на сайте редкими набегами...
Оля Сова
Вспоминаю занятие - ощущение, что это была смехотерапия. Света надела черную элегантную шляпку и перчатки: траур так траур по группе Бета! Занятие было подобно венецианскому карнавалу, где в гротескном страдании группы высвечивается его несерьезность и нечестность. Такое ощущение, что мы уже заигрались настолько, что сами поверили в карнавал и надетые страдальческие маски.
Ирина
Последнее занятие – резкое, на грани стеба. Траур по группе Бета – это вызывало протест и одновременно желание ерничать над собой и другими. Радости не прибавило, но сильно встряхнуло.
Светлана Захарова Дочитывали финалы мелодрам, которые дописывали летом. У всех оказались формальные куски, где чувства подменялись многословными рассуждениями. Страшно, что не заметили этого сами, хотя летом регулярно собирались и читали друг другу. Получился Сизифов труд. Тем не менее, с моей точки зрения занятие было рабочим А еще я довольна тем, как его провела!
Светлана Захарова На вводе в детектив сидели, как в институте на лекции по нелюбимому предмету: ни мыслей, ни вопросов, только расплывчатые комментарии. Уже стало ясно - за лето потеряли ВСЁ! Поэтому мне, уже второе занятие, приходится заново выставлять все ориентиры: как давать эмоциональные реакции, как ставить балет, как работать на живописи... До сих пор никем не осознаётся главная опасность – навсегда остаться тенями и сгинуть в болотной жиже. Ощущение от занятия, как будто из вязкой трясины вытаскиваешь на себе людей, а им всё равно...
Светлана Захарова На прошлом занятии опять полезло: внешняя активность при формальном выполнении заданий политкоректное замалчивание безразличие друг к другу резкое «поглупение» на болезненных вещах. Удручает, что это происходит на ТРЕТЬЕМ году занятий. Без элементарной честности дальнейшая работа не имеет смысла.
Светлана Захарова Появился намёк на работу. По крайней мере, это занятие имело смысл вести.
Светлана Захарова Одно и то же. Все недодумано, недоделано, недосолено, недоварено. Эту баланду едят большими ложками, давятся, мучаются и с увлечением страдают: негромко и обособлено - на занятии, а в гостевой - покаянно-пафасно, с кликушескими воплями «я не хочу назад!» «что же делать!». Было бы смешно… если б не было так страшно.
Светлана Захарова Простите, месяц не писала, была сильно загружена. Спешу наверстать упущенное. За это время у группы получилось включиться в работу. Как будто вспомнили, зачем всё это нужно, ради чего делаются упражнения. Явный прогресс на детективах, монологи – искренние и личные. На балетах появился «высокий слог» в движениях. На театре – долгожданная лёгкость в импровизации. Всё это получилось не «вдруг», а благодаря тому, что увидели ограниченность и убогость своих возможностей не только на упражнениях, но и начали проводить параллели с тем, что происходит в жизни. И пошел процесс наработки, появилась личная заинтересованность расширить диапазон собственных возможностей. Конечно, далеко не всё гладко, вылезла куча подводных камней, на которые мы постоянно напарываемся: жесткость старых установок, привычка «тупо копать от забора до обеда», нежелание напрягаться, неумение доделывать до конца. Но с группой сейчас работать интересно, потому что появился самостоятельный поиск. Кстати, и атмосфера на группе очень даже потеплела …)))
Светлана Захарова Опять «копали от забора до обеда». Ощущение, что группа в очередной раз забыла, зачем выполняются упражнения. Детектив пишется ради детектива, балет ставится ради балета, а до театра вообще второе занятие добраться не можем, не успеваем. Недоделки, механистичность, зависание на обсуждениях - сплошная имитация работы. Занятие не активизирует, и даже не развлекает! Скучное и бессмысленное действо.
Евгения Белякова и Светлана Захарова Мы тут посоветовались и решили - мы закрываем послевкусие.
Во-первых, нет сил и времени.
Но, главное, последние пол года впечатление, что нет смысла.
Простите.
Светлана Захарова Группа Дельта. Первый год. Первое занятие. Когда начинаешь новую группу ужасно волнуешься. Никогда не знаешь, какие придут, активные или вялые, как пойдет занятие, откликнутся или уйдут в себя… Но с первых минут воцарилась непринужденная атмосфера, и мое волнение отступило. Мне было легко и радостно вести занятие, потому что был ОТКЛИК. Довольно быстро большинство включилось в процесс и пошел диалог! На теории пытались понять, задавали вопросы. И еще, то, что я говорила, сразу пытались применить на практике - на живописи, на пластике, на театре. Я чувствовала, что меня слышат - по действиям! После занятия у меня осталось впечатление, что с этой группой не надо будет особым образом «плясать», заводить, и уговаривать работать. Очень хочется, чтобы мои ожидания не обманулись. P.S. Обдуманно не спешила вывешивать свое послевкусие. Было интересно, поделится ли кто-нибудь в течение недели в нашей гостевой. Но, увы, «их оказалось только двое...» . Анька, Макс спасибо! Остальные расползлись по своим норкам. Для расползшихся хочу заметить: АСТ раз в неделю эффективности не имеет!
Светлана Захарова Первое ощущение - занятие получилось. Группа была более включенной и собранной. Но, чем больше проходит времени после занятия, тем больше нарастает во мне тревога. Отношение у группы к занятиям строится на детском слепом доверии, замешанном на энтузиазме первых комсомольских строек: «Мы наш, мы новый мир построим, кто был ничем, тот станет всем!». Работа идет по принципу: поймали ощущение – здорово, что-то не получилось - и ладно. Главное, попали в нужное время в нужное место! И всё обязательно будет! Всё получится!! Страшно мне от этого оптимизма... Не секрет, что группа Дельта работает по облегченной программе и требования снижены! Осознания, из какой пропасти придется выбираться, ни у кого нет…
Светлана Захарова Работаем… Сейчас - уже более собрано и ритмично. Масштаб пропасти, из которой придётся выбираться, обрастает конкретикой. На живописи зал был просто завален набросками цветов. Живые искры, растиражированные и недоделанные, тонули в море повторов. А ведь цель эскизной работы – научиться искать, чтобы потом осмысленно, прочувствовано доработать эскиз и собрать свой уникальный внутренний букет. Подобрать цветам достойное основание в виде вазы и найти такое решение в фоне, чтобы букет засиял. Тогда и в жизни сияние появится! На ассоциациях на музыку столкнулись с тем, что ощущение праздника и восторга большинству не доступны. И на театре обломались на восторге. Жесты каменели, выразительность умирала. Но по моим ощущениям занятие получилось. Радует, что у группы появилось более серьёзное отношение. Слетела первая иллюзорная шелуха. Группа взяла курс на реальность. Удержать бы!
Светлана Захарова Занятие отвратительное. Напрягаться никто не хочет. Работали четыре человека из двенадцати. Мне было не интересно и муторно! После занятия отмечали день рождения. Делились впечатлением друг от друга. Вот тут лица просветлели, глаза загорелись. А у меня – радость пополам с горечью: не будет качественной, с полной отдачей работы – НЕЧЕМ БУДЕТ ДЕЛИТЬСЯ!
Светлана Захарова В день занятия узнали, что из-за выборов, начать и закончить нам придётся раньше. А когда пришли, оказалось, что дверь кладовки опечатана и за ней, остались живопись, музыкальные ассоциации, полька, сиртаки… Не потерять занятие стало делом принципа! И не потеряли! Бодрые и собранные, сразу, без раскачки, включились в работу. И всё прошло на одном дыхании, динамично и продуктивно. Так что, господа, стресс forever!! А теперь немного о группе, какая она сейчас. Цветы оживают, букеты собираются, появляется своя манера и более свободное владение материалом. Почувствовали раскованность и кайф на театре. На стихосложении наелись штампов, но свое живое пока не получается. На стихах параллельной группы Ипсилон плакали... Ипсилон, спасибо за ваши стихи, без них плутали бы мы в трех соснах, тщетно пытаясь отличить мертвое от живого. И мне, благодаря вашим стихам, гораздо легче обозначить, что такое трепетное, бьющееся, рвущееся на свободу по-настоящему Живое чувство. Впечатление, что занятие получилось.
Светлана Захарова Два занятия работали по нарастающей. Я увеличила нагрузку, задала хороший темп. Группа откликнулась, собралась. Работали истово, на одном дыхании. В результате: лица просветлели, на них стали отражаться первые негромкие переливы чувств. Когда не получалось упражнение, пытались анализировать. На разборе живописи включались в каждого человека. Короче – напрягались по-честному. У меня появилось уважение к группе и радость: «Движемся!!!» На последнем занятии шарахнулись в другую сторону. Нет, вялости не было! Группа была очень активной… в своем сопротивлении любому напряжению. Полезло высокомерие, единственный комментарий на теории «все понятно, дальше». Ассоциации – как первый раз в жизни. На стихах нет мыслей. Никаких. А какие оговорки полезли: «Я ВСЁ делаю, а у меня ничего не получается!», «Мне плохо, и я не знаю ПОЧЕМУ!», «Я пришла на сегодняшнее занятие бодрячком, а сейчас просто выжатая!» Претензии. Протест. За этими репликами звучало, что результат наших занятий не оправдал ожиданий. А я смотрела на живые лица, вслушивалась в интонации - разочарованные, сожалеющие, возмущенные… и видела явную динамику. Я очень хорошо помню, какими тусклыми и монотонными они были вначале этого года. Вот так, ожили и не заметили. Так же, не заметно, можно умереть.
Света Захарова
Прекрасное занятие! Группа работала с настоящим интересом! Мною кинутая мысль подхватывалась, как мячик и возвращалась откликом со всех сторон. Вела занятие легко и с драйвом!
После занятия, вышли на улицу, а там – первый снег! И группа с жаром, повизгивая от удовольствия, кинулась играть в снежки. Живые восторженные, свободные… Их лица светились!
А я помню, какими они пришли на группу 2 месяца назад: вялые, погруженные в себя, с тусклыми глазами, и будто скотчем приклеенными улыбками.
Помнят ли они об этом? Видят ли, какое чудо произошло с ними? Станут ли новые ощущения жизни ценными или останутся незамеченными, как случайный всплеск?
Светлана Захарова От занятия к занятию группа идет вверх. Все лучше и лучше слышат друг друга и откликаются. В этот раз держали напряжение. Был трудный разбор ассоциаций, но работали и комментировали все. И в результате, проявлялось кредо жизни каждого. И это вызывало восторг! Стихи качественные, получились практически у всех, и здесь переживали и болели друг за друга. На живописи с кайфом экспериментировали. И занятие получилось! Все же, мне хочется предостеречь группу. Пока, знакомое и доминирующее в жизни ощущение - монотонность. Так было всегда. Сейчас вы начинаете оживать, и появляется иллюзия - так будет всегда. Это страшное искушение…
Светлана Захарова Мне сейчас очень нравится атмосфера в группе. Изменилось отношение к домашним заданиям, от формально-абстрактного «надо», доросли до самостоятельных попыток понять «зачем». И в результате - чувственность на живописи, стихи уже третье занятие всё лучше и лучше, наконец-то стали получаться ассоциации. А какие были открытия на теории по семейным сценариям! Одним словом, появилась увлеченность процессом. И я с нетерпением жду пятницы, где меня встретят любопытные живые глаза с предвкушением: «Мы сейчас узнаем про себя и про жизнь что-то очень интересное!»
Светлана Захарова Последнее время, думая о группе Дельта наталкиваюсь на противоречивые чувства. Группа хорошая, занятия насыщенные…, а удовлетворения от работы нет. Мне кажется, я нашла причину. Есть такое очень хорошее выражение: «Подумать об кого-то». Это когда задаётся вопрос, с целью самому найти на него ответ. Только с таким подходом к работе на группе возможен результат. К сожалению, пока у группы Дельта этого нет. Последний месяц был для меня изматывающим. На занятиях группа была внешне активной. Но реагировали только на мой импульс. Покорно ждали моих указаний и выполняли их «от и до». Не больше! Шаг вперёд делался только после моего пинка и неоднократного разжевывания сути упражнений. Пока никто не даёт себе труда задуматься, что и зачем делает. Из-за этого все богатства, полученные на занятии, незаметно утекают сквозь пальцы! От этого горько. Я желаю группе Дельта в Новом Году научиться задавать себе как можно больше мучительных вопросов и искать на них ответы. Самим.
Светлана Захарова Ау-ууу! Есть кто живой???» А в ответ - четыре негромких голоса на форуме. Это моя группа Дельта, в которой на самом деле занимаются 12 человек! Было ли занятие? На самом деле, было. Получается - для четырёх. Остальные формально присутствовали, а потом на неделю расползлись по норкам. Но если после занятия у большинства не осталось ни мысли, ни ощущения, которым бы хотелось поделиться, стоит ли мне писать о своих? Думаю, нет. Не хочется делиться в пустоту. Группа Дельта, пока вы - всё ещё призрак. И до тех пор, пока не проявится каждый, занятия у вас будут такими же призрачными и бесплотными. Вам это надо?!
Светлана Захарова Не так давно подметила интересную вещь. То, каким будет занятие: вялым или энергичным, пустоватым или наполненным – видно уже по тому, как группа заходит в зал. На это занятие входили подтянутые, заряженные, с блеском в глазах. И занятие действительно получилось ритмичным и живым. Домашние задания – более качественные, на самом занятии – преодолевая каникулярный застой, мозги со скрипом, но включали. А ещё, на группе был первый разбор. Он получился! До человека достучались! И это было здорово, настоящий День Рождения! Правда, меня несколько задело, что вкладывались не в равной степени. По сути, разбор получился усилиями пяти человек. Тенденция: «я посижу, похапаю, а вы поработайте» - пока сохраняется на группе. Понятно, что сформулировать свои ощущения от человека трудно и непривычно. Но почему, одни пытаются, а другие не дают себе труда?
Светлана Захарова Отношение к себе, как к особой ценности. Отношение к людям вокруг, как к чему-то гораздо менее значимому. Поэтому со своими стихами и с живописью возимся - ведь это «мой внутренний мир». А с ассоциациями друг на друга большие проблемы. Вглядываться-то в других не интересно! Это - кредо жизни?
Светлана Захарова Наконец-то я увидела группу увлеченную, наполненную мыслями, свободно ткущую живое полотно занятия. Физически ощущалось, как от каждого тянулись разные ниточки: шелковые, мохеровые, из грубой колючей шерсти, из хлопка, льна, и тончайшего козьего пуха, и все они сплетались в причудливый, авторский узор. Занятие получилось - как hand-made шаль: тёплая, лёгкая, уютная, в которую хотелось укутаться. Такие авторские вещи, поразительно гармоничные, я встречала только на ярмарке маленького эстонского острова. И ещё мысль, которая родилась благодаря этому занятию. Если каждая минута наполнена смыслом, она приобретает ценность. Время становится чувственно осязаемым. Мы не успели сделать все запланированные упражнения, но у нас получилось наполнить смыслом каждую минуту занятия!
Светлана Захарова Главное событие – разбор живописи. Я люблю разборы, потому что когда видишь работы в динамике, становится очевидным, и не только мне - кто пытается пробиться, а кто отстаивает свои «декорации». Этот разбор получился менее живой и заинтересованный, чем предыдущий. Мне не хватило от группы анализа, проведения параллелей между живописью и теми особенностями, которые проявляются на занятиях. Ведь суть разбора – попытаться обобщить всё, что мы знаем о человеке, чтобы объективно выйти на основные тенденции в его жизни. На занятии было много гостей из всех работающих групп. И совершенно неожиданно, у нас получилось не просто занятие, а насыщенное, чудесное совместное действо. Первый замечательный опыт, который может стать традицией! Огромное спасибо всем, кто участвовал в создании этого занятия!
Евгения Белякова В гостях у группы Дельта. У Дельта был разбор живописи. Пришли все кто мог, из разных групп. В общей сложности было человек 30. Группа Дельта по идее, должна была испугаться такого количества незнакомых людей, зажаться… а ничего подобного, работали нормально. К концу занятия стало нарастать ощущение праздника, праздника одномыслящих, однодышащих. Спасибо группе Бета с их пламенным сиртаки, мы все получили истинное наслаждение! Мне очень жаль, что я не смогла остаться на посиделки. И я давилась восторгом и черной завистью, когда Света глубокой ночью рассказывала мне, как все перезнакомились друг с другом, и как устроили мозговой штурм до половины двенадцатого ночи, и как, чтобы снять усталость, все станцевали полонез – умеющие расхватали не умеющих, и полонез получился! И мне очень больно, что группа Ипсилон не поймала момент, не оценила его и ушла сразу после занятия. Упустили редкую возможность пообщаться с близкими по духу. Поспешили в свою привычную раковину заниматься душевным онанизмом и не заметили, что совсем рядом начинается Бал...
Светлана Захарова Всё занятие господствовало глухое давящее молчание. Как будто черная дыра открылась и с чавканьем засасывала все мои попытки расшевелить группу. У рояля спросила группу об ощущениях. Зашевелились, заговорили. С пренебрежением. С холодным равнодушием наблюдателей со стороны. Как будто не о своем занятии говорили, а о чем-то постороннем. Пара живых откликов в этом холоде потонула… Ехала домой и чувствовала отчаяние: занимаемся пол года, а между нами опять пропасть. Я кидаю мостики, а их никто не пытается поймать.
Светлана Захарова Занятие получилось замечательное. Прорыв сразу по всем фронтам. На живописи – почувствовали изысканность акварели, на стихах в одах себе – честно и с кайфом. Даже самое трудное для группы упражнение - ассоциации - получилось практически у всех. Ну, а на театре просто прыжок вверх - с первого этажа на пятый. Впервые пошла импровизация! Очень хочется, чтобы группа не успокоилась, не остановилась на достигнутом. Чтобы каждое занятие шли, хоть на шажочек, но вверх! P.S. группа Дельта, пересмотрите фотографии с нашего флэш-моба 8 марта. Чем ваши лица отличаются от лиц группы Тау?
Светлана Захарова Провальное занятие. Хуже в этом году у меня на группах ещё не было. Халтура доминировала. Особенно обидно, что всё это - после качественного взлёта! Всю неделю спрашивала себя – почему? Жизнь стала немного поярче, повкуснее, а большего и не надо? Или напротив, разочаровались, что за год успели так мало? А может, всё проще: ожить по-настоящему никому особо не надо. Гоню от себя эту мысль, но всё равно тяжело. Наши общие силы и время – куда они уходят? В никуда?? Тошно мне. … Год кончается. Сегодня - очередное занятие на группе Дельта. Куда же мы идём?
Светлана Захарова Последний месяц группа шла тяжело. Отношения стали более прохладными и формальными. Задания выполнялись, но общей работы не получалось. Мы топтались на месте: один - «подвыберется», двое - «утонут». И это - никого особо не трогало. Вчера занятие получилось. Появилась заинтересованность друг в друге. Атмосфера теплеет. Работать хочется. Жаль, что поздно. До конца первого года осталось только четыре занятия.
Светлана Захарова Группа Дельта закончила первый год. В начале нашей работы участники группы Дельта были абсолютно одинаковыми – как поленца. Одинаковыми в эмоциональных реакциях: в том, что с трудом выдерживали нагрузку наших занятий, в том, что никого кроме себя не слышали и не видели. Живописные работы отличить друг от друга было невозможно, и даже стихи были, как под копирку… В результате года работы: Проснулся интерес друг к другу. В живописи - динамика практически у всех, а стихи стали живыми и честными. Появилась собранность и выносливость. У большинства проклюнулась индивидуальность. Под конец мне даже стало интересно работать! И поэтому следующий год мы начинаем… сначала. К сожалению, в течение года группа позволяла себе вальяжную расслабуху, с краткими периодами мобилизации от моего пинка. Ни мозги, ни чувства не успели заработать в полную силу. Естественно, программу второго года группа не потянет. Так в чем же динамика? Год назад ни у кого из участников группы Дельта шансов на Жизнь не было. В переводе с английского одно из значений слова «chance» - «возможность». Сейчас эта ВОЗМОЖНОСТЬ появилась.
Светлана Захарова Мне очень понравился настрой с которым все пришли. Чувствовалось, что по занятиям скучали, ждали, волновались, предвкушали, думали… И занятие получилось стремительным и легким. Желаю группе не потерять этот настрой.
Светлана Захарова Впервые за всю историю группы Дельта успели ВСЁ! По сравнению с первым занятием лучше стали держать напряжение. Большинство стихов - честные. На театре с азартом искали ощущение через жест! К моему глубокому сожалению отношения с живописью ещё формальные. Грубо говоря, пока все просто мажут. И держу группу в рабочем ритме только я. Очень хочется: - чтобы ритм занятия научились держать сами; - чтобы на ассоциациях говорили, меньше, но более ёмко и точно; - чтобы в конце занятия оставалось время осмыслить и поделиться ощущениями. Хочется полноценной работы на каждом задании, чтобы всё, что мы делаем на занятии сплеталось разными мелодиями в единую симфонию с красивым мощным финалом. Реально ли это? А почему бы и нет!
Светлана Захарова В 8.45 я прервала занятие. Впервые в моей практике... Люди, отзанимавшиеся год, стали делать вид, что не знают и не понимают правил и требований работы на группе. Хотя об этом, не переставая говорится на каждом занятии, обсуждается в гостевой и на форуме… Ощущения подставы и внутренней избитости не проходит. Очень больно.
Светлана Захарова Почти все занятие занимались ассоциациями на музыку. А точнее разбирались с тем, что, как оказалось, никто в группе не понимает: что такое думать, как это придумывать, что такое формально и как это - искренне. А еще, что без личного отношения ничего не получится. Мы ничего не успели. Это показывает, в каком плачевном состоянии находится группа, и из какой дыры придется выбираться.
Cветлана Захарова Вербалка косит группу Дельта, как комбайн «Беларусь» целинные поля Казахстана. Масштаб усилий – грандиозный! Урожай сомнительный. Думая о регулярности «провальных» занятий, увидела закономерность: каждое новое задание по стихосложению ввергает группу в ступор. И после недели «мучений», на занятие, вместо людей, приходят бледные растерянные тени, зацикленные на своих неудачах, пытающиеся имитировать работу. И занятие проваливается. Но ведь есть еще живопись, ассоциации, сценическая пластика, театр! Можно добирать на них!
К сожалению, так работать пока не получается. Сидение в своих страданиях предпочтительней.
У нас пошла вторая неделя «мучений» с баснями. Что нас ждёт в четверг?
Светлана Захарова Хорошее сейчас время на моих группах, радостное. Бета - работает, Дельта - оживает. Эх, всегда бы так … Самое ценное для меня в работе – это динамика. Когда, слетают, внешне вполне приличные и привычные, но как будто приклеенные маски, когда во взгляде проявляются чувства и блеск мыслей, лица становятся «дышащими», а в пластике появляется мягкость и естественность. Именно это сейчас происходит с Дельтой. Самое страшное – когда группа останавливается на достигнутом, и в воздухе начинает витать никем не произносимое, но единодушно поддерживаемое «достаточно, большего нам не нужно». Тогда мгновенно исчезает то, что с таким трудом было наработано, и возвращаются привычные - панцирь, маска и пустой взгляд. Мечтаю (в конце концов, имею же я право)! Нет, заказываю Господу Богу, чтобы самое страшное в моей работе происходило как можно реже.
Светлана Захарова На последнем занятии группа, единодушно и не сговариваясь, отказалась «думать». Типа понапрягали мозги несколько занятий – и хва! Перестали думать, и тут же стали расползаться в разные стороны. И занятие - вялое и расхлябанное.
Евгения Белякова У нас с Дельтой начинают складываться отношения! В связи с потерей помещения у них занятия должны были пролететь на этой неделе. И вдруг они мне звонят, судя по шуму в телефоне, явно из какого-то присутственного места, и просят некоторые уточнения по упражнениям в ассоциациях. Выясняется, что они собрались в кафе и сами с собою занимаются ассоциациями (хотя никто не просил, не требовал, не заставлял!) А еще они предложили найти и снять помещение на один раз, чтобы не пропускать занятие - чтобы не упустить время… Мы говорили по громкой связи и очень смеялись все. И что-то было такое в этом коротком разговоре живое, что мое смятенное, последними событиями настроение, начало сигать по комнате солнечными зайчиками. Спасибо группа Дельта вы мне подарили такие вкусные, недвусмысленные знаки – очевидно, наши занятия ценны для вас!?
А помещение «на один раз» Дельта нашла, поэтому в пятницу мы с ними занимаемся по-полной.
"На дне она, где ил и водоросли, Спать в них ушла. Но сна и там нет…» М. Цветаева
Обычно на самом первом занятии мы с группой определяем главную цель наших занятий - куда и зачем мы будем двигаться. В этот раз я решила сделать это романтично – рассказала о Стране Живых. Мне хотелось заворожить их этой дивной страной, которая вроде бы совсем рядом, но большинству недоступна. Я очень старалась! А реакций не было... Поздно ночью, анализируя со Светой занятие, мы одновременно вышли на страшную мысль. Никто в группе Ипсилон не понял о чем идет речь! Во взглядах, которые я ловила, было детское доверие… и полное непонимание. Думаю, такой же абстракцией для меня было бы, если бы кто-нибудь вздумал поделиться со мной красивым решением сложной теоремы. Я бы поверила ему, что это здорово, но видела бы только ничего не значащий для меня набор цифр. У меня с математикой плохо… Правда, без знания высшей математики можно жить, а как жить без представления, что такое Жизнь?? А еще задавали странные вопросы. В переводе на русский язык, что-то типа: «Чем я рискую, если оживу?» Впечатление, что люди выясняют, подходит ли им климат страны, в которую они собрались на ПМЖ. Абсурд? Нонсенс! Уж и не знаю, плакать или смеяться… Занятие прошло вяло. К концу в глазах стало нарастать требовательное ожидание: «ну, давайте, заводите уже нас!» Мы действительно на презентации заводили группу своей энергетикой, кормили своими эмоциями. Платили за это тоже мы – смертельной усталостью, вплоть до того, что, я, как водитель, представляла собой реальную угрозу на дороге, поэтому ехала домой на аварийке. Мы понимаем, что никто никому не хочет зла, но как нам показалось, группа Ипсилон пока смутно представляет, что такое работа с собой. Возможно, в первую очередь стоит учиться именно этому - разжигать эмоции в себе, а не греться от внешнего источника. Правда Света меня утешала, что может быть моя речь у кого-нибудь в памяти отложиться. Не как заданная планка, но хотя бы как мечта. Я понимаю, нельзя тосковать по тому, чего у тебя никогда не было... А может, можно?
Евгения Белякова По домашним заданиям все отлично видно, и кто есть кто, и кто работает, а кто развлекается... В этот раз группа была поживее, но пока не появилось бережного отношения к времени. На теории было много вопросов не по делу, из серии: «А вот у меня есть знакомая…», «а если ребенок в семье ведет себя так, а у бабушки иначе…». Умоляю! Не надо про знакомых и родственников! Все услышанное на теории попробуйте приложить к себе. Подобные вопросы от лукавого - они же отвлекают всех и отнимают время. Теоретическая часть в контексте занятия достаточно коротка. Понять мысль, зацепить ее, да еще и сформулировать конкретный, умный, по делу вопрос - это требует душевного напряжения. (Кстати, как и написать в гостевой не первое пришедшее в голову, а выстраданное, обдуманное). Так давайте этому учиться! А в целом - крепкое рабочее занятие. Жаль, театр не успели.
Евгения Белякова Для большинства живопись пока что-то вроде войны в Афганистане - воюем честно, но с отвращением. Кайф от живописи ловят пока немногие. В стихосложении с размером ни у кого проблем нет, но попытки написать нестандартное, живое, теплое поздравление близкому человеку у большинства провалились. Пошли оправдания (не столько для меня, сколько для себя): не понял задания… не умею говорить теплые слова… Имеется ввиду, что чувствовать-то я все чувствую, просто высказать не могу. Можно подумать, где-то учат говорить слова «от души». Да нельзя этому научить! Если душа есть, она сама найдет живые слова. А если нет? Тогда в штампы утыкаемся. Вот и попробуй признаться себе, что теплые слова не родятся, потому что душа холодна и пуста. Может быть, вследствие этого по-настоящему близких людей рядом нету? Интересно, насколько это кого задело? Ведь почти у всех семьи, дети... И все же группа потихоньку оживает. Это видно по глазам, вопросам, реакциям… И мне кажется, некоторые даже начинают понимать, зачем они здесь! «Раз ты напеваешь, значит, группа прошла хорошо» - резюмировала моя дочь поздно ночью.
Евгения Белякова Двигаемся вверх и вперед, к осмыслению. Уже и общение у рояля стало на порядок интереснее, и жизни в лицах больше… Но я сегодня не об этом. Страсти по послевкусию. Большинство не может понять, что происходит. И уже прозвучали с разных сторон слова с подмигиванием: «понятно, это не иначе как психотерапевтическая провокация…». Ну, да, в свое время, когда мы объявили, что не будем публиковать статьи на сайте, в гостевой писали - педагогический ход. То есть все, чтобы психотерапевт ни делал, это он теми или иными способами стимулирует своих пациентов. Это что ж за чудовищная помешанность на себе? Я знаю, есть такая фишка в нашей работе - в психотерапевте начинают видеть идеальную мамашу (вне зависимости от возраста и пола), которая дни и ночи напролет думает только о ребенке, как бы ей его получше накормить, обиходить, развлечь, воспитать… И все, что она делает, это исключительно ориентируясь на его нужды, потому что своих у нее нет и быть не может. Ребятки, милые, у меня полноценная и насыщенная событиями и людьми жизнь! У меня есть друзья, и Любовь, и еще я книжку пишу, и когда выкраиваю на это время, это такое счастье!!! Я понимаю смысл послевкусия для вас. Маленький нюанс – это должно иметь смысл и для меня. С группой Тау смысла я пока не вижу. Они умные, даже очень умные. Только холодные, как смерть. На прошлом занятии человек рыдает на монологе, и видно, что все переживают, но почему-то сидят по своим жердочкам. И простого человеческого движения – подойти, обнять – ни у кого. А во мне тоска смертная нарастает. Только когда я спросила: «а подойти не хочется?» с места стронулись… Странная тенденция наблюдается последние годы: люди умнеют, повышается стеничность, а человеческого не вызревает…
Евгения Белякова Великолепное занятие! Успели все. И живопись, наконец-то, пробудилась почти у всех. Пять (5!!!) стихов пошли в антологию. Полька в губернском городе была залихватской и разбитной. На театре зрители задерживали дыхание вместе с актерами и забывали выдохнуть. Плакали на стихах. Плакали после театра. Зато у рояля лица светились… Полновесное, полноценное занятие. Я почти не устала, потому и послевкусие пишу сразу.
Евгения Белякова Вялые, тухлые… Но! Неожиданный прорыв у двоих из 12. Прорыв настоящий и везде. Какое-то резкое потепление и поумнение, прямо на глазах. Ах, да разве дело в стихах или картинках??? Они всего лишь свидетельство того, что с нами происходит. Чем страшна, и чем гениальна АСТ – ВСЕ видно! Невозможно ни скрыть, ни наврать - ни окружающим, ни себе… А то, что стухли, по-человечески понятно – осень; неумение разжигать и удерживать в себе огонь; ожидание внешних стимулов; карма, порча, сглаз… Что там еще?
Евгения Белякова Дивное занятие! Были хорошие вопросы на теории, и с акварелью играли смело и с удовольствием, а в театральных этюдах близко-близко подошли к искренности... Ну, а на стихосложении потрясение - 9 стихов из 11 пошли в антологию!!! Мы писали эпитафию себе самому, почти у всех получилось лаконично, честно и глубоко. Странная мысль – а не повесить ли эти эпитафии на главной странице? Может быть, чтобы получилась жизнь, надо как можно чаще думать о смерти? Хотя для меня, наверное, дело не в количестве получившихся работ. В этот раз на занятии царила живая атмосфера поиска - нет ничего в жизни слаще и вкуснее ее!
Евгения Белякова Занятие тяжелое. Послевкусие от занятия – как будто плыла сквозь кисель, проплыла совсем ничего, а устала смертельно. Это все разбор живописи. Разбирала в основном Света, я помогала, а из группы комментировали двое. Остальные помалкивали. Чего поняли – не знаю, обратных реакций видно не было. Живой театр у одной пары, у остальных – осколками, всплесками. А потом было отмечание рождения ребенка Стаса, и это было самое ужасное. Теплые слова нашлись тоже только у двоих, остальные молчали, глядя в рояль. Возможно, все переживали то, что всплыло на живописи. То есть опять же переживали о себе и про себя. А радость Стаса задавили, загасили этим задумчивым, холодным туманом, окружавшим рояль со всеми атрибутами праздника - свечками, тортом и шампанским. Мне пришлось опять что-то такое вести, типа стол, опять солировать, хотя, извините, мое рабочее время кончилось. А самое страшное, что мое предложение написать поздравительные стихи большинство восприняли как… домашнее задание! Группа Ипсилон, за что вы так, и меня и Стаса?
Евгения Белякова Мне занятие понравилось! Не то, чтобы прямо все поймали одну высоченную волну и взлетели на ней к звездам… Это бывает редко и к этому долгий путь. Но для меня драгоценным было то, что еще у троих в стихах зазвучали живые и свободные ноты. Теперь в группе Ипсилон каждый может сказать, что у него за два месяца работы хоть раз, хоть что-то, но получилось по-настоящему. Тем более, что у нас никогда никого не хвалят просто так, чтобы сказать приятное или морально поддержать. И уж если говорят «Здорово!» значит, это правда здорово. И когда мы говорим «получилось» - это не про театральный этюд, картинку, стих… Это ведь душа на мгновение ожила! Это ступенька в Живой мир.
Любопытное наблюдение. На теоретической части я видела взволнованные, перевернутые, опрокинутые лица. Мы проходили «семейные сценарии», материал с одной стороны узнаваемый, с другой - шокирующий. Только я объявила перерыв, вместо того, чтобы еще повариться в этом новом знании, осмыслить его… немедленно переключились и разговор пошел о чем-то мелком, незначительном. Только что анекдоты не рассказывали! Я прямо слышала, как Инстинкт Самосохранения возмущенно вопит: «Забудь! Не парься! Много будешь знать - скоро состаришься!» Возможно, когда-нибудь мы дозреем, чтобы слышать в себе божественный зов, а не инстинкт.
А домашнее задание у группы Ипсилон интереснейшее! Разобраться, чем измеряется: Ценность мгновения Ценность человека Ценность времени Ценность жизни
Или хотя бы серьезно подумать об этом…
Евгения Белякова Странное занятие. Не пустое, это точно, но и не полное. Не горячее, да и не холодное. Не яркое… не тусклое… Какое? Никакое. Мои ощущения? Растерянность. На живописи у меня в голове прояснилось. По суетливой и бессмысленной возне с красками стало понятно, что прежний опыт работы (с углем, сангиной, соусом) не переноситься в новые задания. То есть, каждое новое задание - как с нуля. И до меня только сейчас дошло, что большинство из группы Ипсилон до сих пор не знает, что это такое – душевное напряжение, без которого никакое пробуждение невозможно. Даже не догадываются… Мы вроде про это говорили… Оказалось, никуда ничего не отложилось. Оказалось, душевное напряжение - это некий набор слов, без образа, без вкуса, без запаха... Еще закралась мысль, что нам, психотерапевтам, больше надо, чтобы наши пациенты ожили. «Право мертвых быть мертвыми?»
Евгения Белякова Усталая я чего-то. Не от Ипсилон, и не от жизни, а просто устала. Наши группы, плюс МХАТ, плюс презентация. Много. А Ипсилон ничего. Хорошо анализировали накопленные за два месяца ассоциации. Жаль, никого до конца не торкнуло, что мы видим ПОЛНУЮ картину того, что представляет человек на данном этапе. Меня аж подбрасывало внутри, когда все кусочки соединялись в единое целое! И можно было увидеть его судьбу, и не только прошлое, но и будущее. И не только его, но и судьбу его детей…Отчего-то это никого не напугало и не обрадовало. Отчего? С ассоциациями провозились долго. Ощущения конечности Времени пока на группе нет. Зато на живописи очередной эксперимент. Мы должны были рисовать горы, в цвете. Не успевали. Предложила сделать почеркушку сангиной, соусом или углем, на выбор. Набросать объемную форму. До конца занятия оставалось 7 минут. Успели. Справились! Да еще на большом формате!! В легкую… Стресс forever?? А театр и пластику не успели. Может, нам назначить кого-нибудь Чувством Времени группы Ипсилон? На каждой группе, например, есть человек, выполняющий роль ее Совести… Почему бы не Чувства Времени?
Евгения Белякова Очень пристойный разбор семейных сценариев. Комментарии умные. Но вялые. Ощущение, что весь материал идет через мозги, не трогая эмоции. Поэтому живопись малоцветная, а в стихах много пафоса и мало настоящего. Возможно, народ надеется, что когда-нибудь количество знаний перейдет в качество эмоций? Это как? Кажется, все еще решают, «на хрена козе баян». То есть Живой мир. Типа, а вдруг мне это не подойдет. Вдруг, я потеряю больше, чем поимею. Даже такая элитная «вещица» как Любовь не сильно манит. Хотя все знают и даже признают, что детям-пеналам любовь не светит. Ничего, кроме привязанности и чувства долга. Даже для настоящей страсти надо эмоции иметь – много и сильных… А в целом занятие не плохое, вполне рабочее. Но как я мечтаю написать: «Великолепное занятие! Группа Ипсилон, мне было с вами тепло, и вкусно, и интересно! Запомните, сегодня вы были живые!» Пока мечтаю…
Евгения Белякова «Великолепное занятие! Группа Ипсилон, мне было с вами тепло, и вкусно, и интересно! Вы были живые!» Несколько недель назад я мечтала написать эти слова. Сейчас я их пишу.
Простите, ребятки милые, но что-либо еще осмысленное написать нет сил. Подкосила нас не человеческая нагрузка. Нам бы еще недельку продержаться…
Евгения Белякова Занятие - стресс. Я не пришла вовремя, я сидела в пробке. Дала задание по живописи по телефону. Группа успела и самостоятельно задание выполнить, и ассоциации обсудить. Я попала на занятие только к 9 вечера. Занимались до 11. Мне понравилась попытка самостоятельности (наконец-то!), мне не понравилась общая готовность немедленно (как я вошла) отказаться от нее и ожидание-желание, чтоб их зажгли. А заодно соединили, слепили, изваяли. А я вроде зажигателя, Пигмалиона и хребта, на котором это все держится. То-то у меня спина так болит! Интересно, в течение многих лет хребтом, ваятелем и зажигателем были наши упражнения. Сейчас пошла тенденция загораться исключительно от психотерапевта. А что если когда-нибудь я не приду совсем?
Что тревожит. Группы как таковой до сих пор нет. Есть отдельные индивидуумы (о личностях говорить рано) связанные рамками занятий. А еще есть рамки семьи и рамки работы. Эти рамки нужны, чтоб не рассыпаться окончательно. К тому же рамки охраняют от мыслей о бессмысленности существования…
Евгения Белякова Милые. Но вялые. Люди, в принципе, все хорошие. Только друг другу не интересны и не нужны. Интересно, а кому нужны? Интересно, а кому интересны?? А если честно... Группа Ипсилон старательно шпарит мимо единственной в их жизни уникальной возможности – научиться вглядываться в других людей. Вглядываться медленно, пристально и со смаком…
Похоже, группа Ипсилон так и не родилась. Какая то замершая беременность…
Светлана Захарова Вела занятие, так как Е.П. сейчас в больнице. Спасибо группе Тау, что были на занятии! Я бы иначе умерла. Расползающаяся в разные стороны, вялая не рабочая группа, безразличная к тому, что происходит. У меня было ощущение, что все занятие мы плавали в манной каше, захлёбывались манной кашей, а в конце - в ней утонули. Всё уже было в нашей жизни! «В простых ассоциациях (до сложных можем не дойти) наговорили себе комплиментов. По ассоциациям получалось, что передо мной сидят: умные, тонкие, сложные, самодостаточные, свободные и независимые люди, с обалденно интересной жизнью! У которых нет проблем!! Все это весьма странно, потому, что эта группа работает по облегченной программе. И пока с ней НЕ справляется…» Послевкусие группы Бета от 03.10.2008. Не могу не отметить, что потенциал группы Ипсилон выше, чем у группы Дельта. Моя группа слабее, но работать с ними мне интереснее, потому что им ИНТЕРЕСНО.
Евгения Белякова Спасибо группе Тау, что были на занятии. Я бы без вас умерла... Такие же вялые, как всегда последнее время. От отчаяния сделали «похороны». И свечки горели, и все мы смотрели в яму, и я спрашивала, что мы знали о «покойном». Что было в его жизни настоящего? О чем мечтал? Чего хотел? В основном следовал ответ: «Не знаю». Сначала эти слова звучали с удивлением, даже с содроганием, потом спокойно так… А у меня волосы дыбом. Ощущение, что не упражнение, а, правда - погост. Встали из могил и холодно констатируют факт: А я про соседнего покойника ничего не знаю. - А тебе от этого как? - А никак. Лежу в своей могиле, починяю примусы, никого не трогаю… Ах, да, во время занятия немного поплакали. А потом лица стали опять мертвые и пустые. Сейчас можно с уверенностью сказать, что первый тайм мы проиграли. Всухую. За четыре месяца не сдвинулись ни на миллиметр, ни на грамм. Так и не узнали, что такое душевное напряжение, так и не поняли, как это – думать, так и не проснулся ни к чему интерес. За свой гомеостаз готовы заплатить жизнью - и своей, и близких, и сотоварищей по группе. Холодно. Пусто. Страшно.
Евгения Белякова Милые, но вялые...
Господи, как же я хочу написать про группу Ипсилон не только эти слова!!!
Евгения Белякова Занятие шло в бешеном темпе – так оно было построено. И мертвящее ощущение пустоты, покорности и бездействия, характерное для группы Ипсилон, к концу чуть отступило. Мне показалось, что на этом корабле, так и стоящем на приколе в порту, чуть шевельнулись паруса… А первый разбор провалился. Выяснилось, что формулировать точно и по делу никто до сих пор не умеет. Да и у разбираемого основная цель была ни в коем случае не впустить в себя, то, что ему говорили. Услышать, но не понять. А главное, не почувствовать. Частично ему это удалось – бедный, бедный, несчастный НЕвезунчик. Ему шанс – а он его, скомкав, в самый темный угол. И забыть, забыть поскорее. Чтобы душа не дай Бог, не развилась, не дозрела до живого… Пробуем дальше!
Евгения Белякова Мне кажется, мы сдвинулись с мертвой точки. Разбор получился. Право же, это был принципиально другой уровень! Мне, конечно, от группы хотелось бы более точных комментариев и большей глубины… Может, дорастем? Очень порадовало, что ассоциации у большинства удались. Это значит, что начали видеть! Это значит, что начали думать! Стихосложение у троих живо, у остальных непропеченное, недоваренное, недосоленное… Зато мы успели все, чему я была очень рада. На группе Ипсилон мы давно ничего не успевали. А к концу занятия группа сдулась. У рояля попытались обсудить животрепещущий вопрос, что такое халтура в нашей работе. Интересно, самое активное участие в разговоре проявили те, кто как раз знает, что такое качественная работа. И насмерть молчали те, кто знаком только с Ее Величеством Имитацией (подпольная кличка – Халтура). Ни вопросов, ни комментариев, ничего. И мне стало холодно и тоскливо, и возник вопрос: какого хрена я трачу свои силы и время сверх положенного? Официальное время занятия – 3 часа, и видит Бог, я эти 3 часа работаю на 100 градусов. А еще час – куда? кому? зачем?? Может, тему не ту выбрали? Может, имеет смысл говорить о том, что больше волнует и тревожит? О душевной близости, например? Или о Любви - где она живет, кому светит, с кем случается, а с кем никогда… Группа Ипсилон, заказывайте!
Евгения Белякова Замечательный разбор – умно, точно, эмоционально. Стихи – блистательно! Глубоко, и очень близко к понятию «поэзия». Новый театр на интонации – пробуем. Но уже видим и слышим где вранье, а где живое, и можем сами про себя сформулировать – «отшить человека от себя могу, а завоевать его дружбу не умею». К середине занятия представила, как пишу в послевкусии: «Занятие прошло великолепно!» Но тут группа потеряли темп - на ассоциациях. Долго и занудно объясняли, что имеют в виду…. Неважно, сейчас я верю, что прорвемся. Группа Ипсилон, с Днем рождения вас!!!
Евгения Белякова Хорошо. Просто отлично! В чем секрет? А работать начали. Вкус почувствовали. Разбор не очень вразумительный, зато ассоциации, наконец, пошли. А на стихах пол группы трясло. Плакали. Оживаем потихоньку. Группа Ипсилон, дальше будет сложнее, больнее… и все интереснее! И успевать будем все - как только время станет ценностью... Не совсем пока понимаю, нужны ли посиделки после группы, потому что опять все становятся милые и вялые. Может, пока отменим посиделки? Подождем, пока дорастем до желания и умения делиться мыслями и чувствами? Это время сверх положенного, мой дар вам. Оно вам нужно? И все равно, послевкусие у меня прекрасное. Мы, хоть и на веслах, а плывем!
Евгения Белякова Милые, но вялые. Опять. Взяли и обнулились!!! Ассоциации примитивные до слез. На фехтовании у большинства движения в раскрячку. Театр не успели. Я думала, мы уже плывем. Хоть на лодке, на веслах, но двигаемся вперед! Мы действительно плывем – во все стороны. Оказалось, мы рыбья стая… Ощущение бессилия…
Евгения Белякова Ассоциации выявили страшную вещь - кто любовь испытать способен, потому что эта клетка в мозгу есть, а кто нет. Ни к кому и ни к чему. Это не приговор, способность любить развивается. Иногда. Если на это все силы положить. По моему опыту редко их туда направляют. Потому что природа дала нам замечательную возможность получать удовольствие без всякой любви. Ну, и зачем тогда??? Фехтование, наконец, пошло. Театр – здорово! Группа Ипсилон вновь на грани пробуждения. На грани. Мы к этой грани уже в который раз подходим, а потом даже не отходим, а отлетаем... Ощущение от занятия – движения вперед, зато после занятия накатил страх: что не запомнят драгоценные минуты жизни, которые явственно звучали в процессе занятия, особенно на театре.
Евгения Белякова Группу Ипсилон сейчас можно сравнить с садом ранней весной, когда снег уже сошел и появляются первые ростки. Еще слабые, еще не понятно, взойдут или не взойдут, перенесут ли неизбежные ночные заморозки, но смотришь на едва зазеленевший сад, и сердце радуется. Разбор отличный! Стихи великолепны! Ассоциации все тоньше и сложнее. Начинаем ставить бои на фехтовании. Осталась одна беда – время. Мы его не чувствуем, потому что не знаем ему цену. И оно мстит - проходит мимо. Театр, который в прошлый раз был великолепен (впервые в истории Ипсилон!) не успели. И еще моя вечная забота и боль – понимает ли Ипсилон, что расти начали? Чувствуют ли проклюнувшуюся в них жизнь? Удержат ли в течение недели эти ощущения?
Евгения Белякова Вроде двигаемся вперед и вверх. Слово «вроде» выскочило, потому что я толком не знаю, группа Ипсилон это движение чувствует? И как им от этого? Для них это движение ценно - или по фигу? Им это надо? Или по фигу? А АСТ им нужно или как? Для меня ответы на эти вопросы теряются во мраке…
Евгения Белякова На теории проходили широко известную Пирамиду потребностей (она же иерархия ценностей) Маслоу. Кажется, задело. Особенно о развитии личности, которое у Маслоу на самой верхушке, где пирамида узенькая-узенькая. Жаль, никто не увидел связи между с нынешним материал одного из прошлых занятий - о Выигрывающих и Проигрывающих. Мысль простая и очевидная, что Выигрывающие могут быть только там, наверху. Всем остальным суждено купаться в претензиях и манипуляциях, хлебать полными чашами тревогу, раздражение и тоску, и «проживать свою жизнь, являясь кем угодно, но не самим собой» (Э.Берн) Послевкусие у меня от занятия замечательное. Группа сейчас в хорошей рабочей форме. А фехтование (первые бои) просто отлично!
Евгения Белякова Хорошо! Наконец-то группа вошла в рабочий процесс. Именно процесс, а не разовый всплеск деятельности. Жаль одного, что год заканчивается. Если бы мы в сентябре с этого начинали…
Евгения Белякова Год работы. Что произошло за это время? Близко познакомились со своими иллюзиями, и даже посмотрели им в лицо. Слегка прикоснулись к реальности. Во всяком случае, обнаружили, что она существует. Доросли до группы, то есть научились слышать, видеть и ценить друг друга. Но главное, вылезли из затхлого болота к чистой воде. Правда, уплыли недалеко, так в гавани и крутились почти весь год. Что это? Непонимание истинных размеров беды? Игра в прятки с подаренным шансом – кто кого найдет? Или большего не надо? Нам понадобился год раскачки, чтобы войти в рабочий режим, чтоб научиться думать. Почему так долго? Потому что большинство пришли с подсознательной целью, чтобы им сделали красиво. Чтобы их не просто пробудили к жизни, но перед этим обязательно этой жизнью очаровали. Показали товар лицом. Разрекламировали его. Уговаривали и втюхивали его до тех пор, пока не захочется купить… На эту фигню ушла масса сил и времени… На последних занятиях группа сделала резкий рывок вверх – впервые за год я видела на Ипсилон «живое письмо» (так расшифровывается слово живопись), а какая свобода появилась на сцене! «Восковые фигуры», право же, были одни из лучших - за мою 20-летнюю практику!!! После занятия мы пошли к кинотеатру «Прага» и у торцевой стены сплясали сиртаки. Просто так, для себя. Потому что хотелось танцевать!
Вне всякого сомнения, мы заканчиваем курс в плюсе. И дело не только в живописи или театре. Произошло самое важное - у большинства пробудились экзистенциальные вопросы: Куда я иду? Зачем? Что я делаю со своей жизнью? И можно ли назвать это жизнью? А какой еще бывает жизнь?... Эти вопросы не свойственны ни самым умным собакам, ни дельфинам, ни обезьянам. Только человеку. Если он человек. Несмотря на прорыв, в следующем году мы начинаем с группой Ипсилон курс сначала. Мы разрыхлили и удобрили мерзлый грунт, и, возможно, тот же материал ляжет в более благодатную и благодарную почву. Тогда и задания будут вызывать не тоску, не досаду, не раздражение, а живую радость. К остаткам «выживших» в группе Ипсилон, вливаем свежую кровь новеньких, и − вперед! Туда, где реальность вкуснее фантазий. Туда, где жизнь можно не придумывать и не бояться. Туда, где она кипит внутри и вокруг. Не только кипит! Она бьет, дарит, зовет, отбирает, награждает, ранит… и манит, манит, манит…
Евгения Белякова Первые занятия после летних каникул. Шла на занятие напряженная – что увижу после лета? А группа мне понравилась! Понравилось, как искали на театре. Понравилось доброжелательное отношение к новеньким. Понравилось серьезное отношение к заданиям, в частности, к ассоциациям. Было видно, как народ насторожился перед ассоциациями – боялись, что не получится (и это после года занятий!). Хороший знак! Настоящая беда, это когда человек нисколько не волнуется перед новым заданием, потому что втайне уверен, что все у него получиться. Вот тогда уже мне становиться страшно... К концу занятия стало ясно, что трое из «стареньких» за лето все-таки «умерли». Но остальные-то живенькие! И еще - я была рада видеть родные лица!
Евгения Белякова Работаем. Неплохо. Разгоняемся. Как только будет что-то интересное всем, а не только мне и участникам группы Ипсилон, обязательно напишу.
Евгения Белякова Дивное занятие было у нас в понедельник на Ипсилон. Мы сумели связать теорию и все упражнения (от стиха про еду до папье-маше) в единое полотно. Получился цельнотканый гобелен удивительной красоты. Мы ткали его вместе и получали от этого громадное наслаждение. Как же это правильно, что мы проходим программу первого года по второму разу. Материал, вроде, вам знакомый, (вы так думали, правда?) а тут как посыпались удивительные открытия... Это совсем другая «проходка». А по масштабу мышления, по глубине мировосприятия у меня ощущение, что это совсем другие люди... Спасибо, группа Ипсилон! С каким удовольствием я пишу эти волшебные слова: МНЕ БЫЛО С ВАМИ ОЧЕНЬ ИНТЕРЕСНО!!!
Евгения Белякова Милые, но вялые...
Евгения Белякова Милые, умные... но вялые.
Евгения Белякова Все было бы ничего, но ЧАС на ассоциации слишком много. Не успеваем все остальное. От этого мне печально.
Евгения Белякова У каждого в группе есть успехи - у кого на театральных упражнениях, у кого в ассоциациях или стихах... При этом группа вялая, ни свои ни чужие успехи не вдохновляют и не радуют, а неудачи воспринимаются как должное. Вновь ощущение себя клоуном перед сумрачно молчащей толпой... Люди добрые! Аль вам мои песни и пляски не ндрравятся?
Евгения Белякова Занятие, построенное на «позитиве» (модное современное словцо). Мы говорили о счастье, а потом делали упражнения, которые вызывали то самое ощущение счастья. Без наркотиков, спиртного, дискотеки, прыганья с парашютом и катанья на доске с парусом на супер крутой морской волне... без внезапно свалившихся на голову денег, славы, власти... без удивительных совпадений и особых условий… Получилось. У нас получилось. Запомнить бы это ощущение!
Евгения Белякова На последнем занятии группы Ипсилон я почувствовала себя чем-то типа ресторана. С особым меню. Тут вам и закусочки различные, и суп, и горячее, и десерты всякие, от фруктов до сладостей... Вот народ приходит раз в неделю и обжирается. Им на неделю вполне хватает. У большинства в психике господствует убогий, детский расчет – взять, урвать, получить. Очень обижаются, когда недополучили, например, от партнера по театру или пластике. Самое страшное, что до сих пор даже вопрос не встал – я-то сам кому чего дал на занятии и в последующие за ним дни. Не взял, а дал...
Жуткая это штука – биологическая доминанта!
Евгения Белякова Последнее время работать противно. Слишком многое на группе некачественно и нечестно. Каждый раз после занятия во рту вкус жидкого растворимого кофе. Не кофе, а бурда.
Евгения Белякова и Светлана Захарова Мы тут посоветовались и решили - мы закрываем послевкусие.
Во-первых, нет сил и времени.
Но, главное, последние пол года впечатление, что нет смысла.
Простите.
